Неправильный попаданец - Катэр Вэй

глаза будто попытались выпрыгнуть наружу. — Мой пушистый друг говорит, что нужны разломы тёмных оттенков, но не насыщенные. Желательно — не выше двух-трёх человеческих ростов. — Я попытался перевести метраж в «попугаи».

— Такие разломы есть! — кивнул лягух, неотрывно глядя на хомяка. — Только это плохие разломы. Они серьёзно охраняются — в них водятся отвратительные существа. Миры, в которые ведут эти разломы, — мёртвые миры. Когда-то в них были открыты пути из-за грани. В здравом уме ни один Квакер не полезет в такой разлом.

— О здравомыслии речи и не идёт, — усмехнулся я. — Когда будете готовы выдвигаться — приходите!

— Я уже готов! — удивил меня «проводник». — Карта разломов у меня в голове.

— Дайте нам тогда пару земных часов — Помыться, переодеться, покушать, попить чаю и кофе — и заходите, — попытался я выпроводить Квакакия.

— Я ваш сопровождающий и буду с вами всегда! — отрезал лягух. — Пока вы не спасёте моего дядю.

Вот это поворот! «Глаза и уши в полный рост», — подумал я. И, по-видимому, ещё и немалой силы — слишком самоуверенно он себя ведёт. Возникает вопрос: как общаться со своими людьми? Есть ли функция переключения языка? Я вообще не понимаю, как говорю с ним.

— Андрей? Клим? — обратился я к своим витязям. — Когда я с рептилией общаюсь, вы меня понимаете?

— Да! — ответил один.

— Нет! — возразил другой.

— Стоп! — помотал я головой. — Клим, объяснись, пожалуйста.

— Что объяснять? Ты квакаешь, как болотная жаба. Я даже в страшном сне не могу представить, чтобы человек издавал такие звуки.

— Понятно! — кивнул я. — А ты, стало быть, Андрюша, полиглот ещё тот?

— Я понимаю, но говорить на их языке не могу.

— Прям как собака… Стоп! Клим, сейчас ты меня понимаешь? — мои глаза расширились.

— Сейчас — да! — кивнул он и сложил руки на груди.

— Квакакий! — развернулся я к племяннику Владыки, но передумал. — Хотя… нет, ничего. Присаживайтесь и чувствуйте себя как дома. Ах, да… Вы же и так дома. — Чуть подумав, я решил навести справки: — Не поведаете ли вы нам историю мира, о любезнейший Квакакий? Я смотрю, целители у вас есть — вон Клима подлатали, да и Владыка ваш ещё дышит. У меня плохо в голове всё укладывается — я немножечко глупенький.

— Несколько столетий назад, когда великий Кваг — наш Владыка — был ещё маленьким Квакером, в наш мир пришла беда, — начал рассказ Квакакий. — Разломы! Они открывались повсеместно.

Тогда мы ещё ничего толком не знали ни о других мирах, ни о границе миров, ни об устройстве вселенной. У нас была магия — могущественная. Наши воины обладали безумной силой. Наш мир был велик, а боги — добры и почитаемы нами.

Сразу три вселенные столкнулись и образовали между собой связи. У нашей вселенной был Демиург — бог-создатель. У одной из вселенных — тоже. Две вселенные объединились против нас. Бойня оказалась ужасной, а итог — закономерным: одна вселенная полностью уничтожена, наша — критически повреждена, а третья — практически безжизненна.

Наш Демиург впал в ярость, когда убили его дочь. Он уничтожил вселенную напавшего Демиурга вместе с ним — и сам покинул наш мир прихватив с собой всех подобных тебе по дару. Может, это спасло нас, а может, и погубило.

В итоге во всех трёх вселенных не осталось ни единого бога. Разломы по большей части потухли, магия стала покидать наши миры. Нет богов — нет магии и силы. Мы — вырождающийся вид, и придёт момент, когда магия полностью иссякнет на планете.

Я видел такие миры. Существа, живущие там, вырождаются. Покажите им магический огонёк — и они полмира отдадут за возможность кидаться огнём. Дикие создания… — Квакакий покачал головой вздыхая, и вновь продолжил свой монолог:

— Но несколько (если считать по вашим меркам) дней назад случилось странное: начали появляться новые разломы — как тот, из которого вы и вышли. Они пока односторонние. Из некоторых выходят монстры, из двух — разумные существа; сейчас с ними идут переговоры. А вы — варвары, которые сразу в драку полезли.

Но важно не это. Когда появились разломы, наша магия и сила вновь стали расти. В былые времена вы не смогли бы справиться даже с ребёнком-Квакером — не говоря уже о целом отряде охраны разлома. Если бы не усиление магии, Владыка был бы уже мёртв. Думаю, как и вы — после ваших деяний.

— Почему тогда не подождать, пока магия не станет ещё сильнее? — задал я вполне логичный вопрос.

— Ничто не вечно под двумя солнцами, и Владыка рано или поздно погибнет. Да и нет гарантии, что магия продолжит усиливаться, а не исчезнет в одночасье.

— Пушистик! — прокричал я. — Я знаю, что ты тут! Выходи, гад пушистый!

— Пи-пи, — обиженно пропищал хомяк. Выглядел он крайне замученным.

— Я знаю, мы с тобой плохо ладим, но надо же как-то жить: хлеб жевать, воду пить, болеть, глотать драже и настроение держать на восьмом этаже.

Петруша в моей голове захихикал — видимо, прослушал полную версию песни в моей памяти. Хомяк же непонимающе вздохнул.

— Братан! Рассказывай, как увеличить вместилище моей грёбаной силы, — с наигранной строгостью обратился я к хомяку.

Пушистик ничего не сказал: развернулся и полез на кровать. Причём с первого раза у него не получилось — он свалился, почти добравшись до верха. Страдальчески вздохнул, кинул на меня вопросительный взгляд. Я лишь развёл руками.

— Пик-пук! — покачал головой хомяк и растворился в воздухе.

— Хозяин, — начал Андрей, — зря вы так. Деймону надо помогать!

— Он мне не захотел помогать, — уже без шуток и строго отрезал я. — С чего мне надо ему помогать?

— Квакакий? — сменил я собеседника. — До падения ваших богов как вы развивали свой дар?

— Мы были очень воинственной планетой. Безумный прирост населения приводил к постоянным войнам. Сражения были нашей жизнью. При убийстве врага мы поглощали часть его силы — тем самым развивали дар.

— Что поменялось? Вы перестали плодиться? — немного не уловил я суть.

— Именно, — печально вздохнул Квакакий. — Население сокращается. Войны сейчас нежелательны — иначе мы исчезнем, как многие другие планеты.

— Клим? — мне срочно нужен был перекрёстный допрос. — У нас на планете так же?

— Нет! — сказал, как отрезал, витязь. — Я тебе уже всё рассказал.

— А как вообще получают дар? — решил уточнить я.

— Тебя должен выбрать бог-покровитель, — пожал он плечами.

— А другие варианты? Я так понял, что не все имеют дар на Земле.

— Конечно, не все. Считается, это как-то связано с душой, — затянул Клим. — Я даже не знаю точно. Иногда бывает так, что в какой-то ситуации