Неправильный попаданец - Катэр Вэй

Он перестал жевать, посмотрел на кусок мяса, наколотый на вилку, с которого капал пряный соус — тот самый, что он подносил к своему рту. Замер. Рот его открылся, затем закрылся. Лицо стало пунцово-красным — Клим смутился.

— Можешь не отвечать, — я поднялся из-за стола, вытирая руки белоснежной тканевой салфеткой. Небрежно швырнул её в пустую тарелку. — Я даже не понимаю, зачем вашу троицу таскаю за собой. Вы мне совершенно не нужны. Балласт. Ты подумай об этом на досуге. Хорошо?

И, не дожидаясь ответа, я открыл дверь и вышел из комнаты вон. Лёгкая обида уколола моё чёрствое сердце, но я загнал эти чувства поглубже. Еда добавила сил, и, хотя слабость ещё чувствовалась в теле, я перемещался довольно свободно.

Как я и предполагал, сразу за дверью меня дожидались провожатые к властителю местных земель. А значит, впереди меня ждала самая большая авантюра в моей жизни.

— Владыка ждёт! — произнёс кто-то из лягух.

— Ну так веди! — рявкнул я грубо, в приказном тоне. Зелёные, поклонившись, поспешили вперёд, указывая мне путь.

Внутри проскочило старое, позабытое чувство неуверенности. Я шёл туда, где вариантов к отступлению у меня не было…

Путешествие по замку вышло недолгим — всего пара минут и несколько лестниц, по которым я пробежал бодрым кабанчиком. С каждым движением силы возвращались ко мне, и двигаться становилось всё легче и легче.

Меня привели не в тронный зал, как в прошлый раз, а в личные покои Владыки. Сейчас он выглядел совершенно иначе. Видели раздавленную лягушку на трассе? Вот именно так сейчас и выглядел Владыка.

Он лежал на кровати блинчиком, едва дышал. Глаза-щёлочки смотрели на меня с надеждой, а в голове раздалось:

— Спаси меня, Воскрешатель…

Глава 12

Я не успел ни слова сказать, ни даже мысли сформулировать. Хомяк с истошным воплем вцепился в мою штанину и начал неистово тащить назад. Силы у него оказалось немерено — я оступился и чуть не упал.

Пушистик перешёл к более решительным мерам: залез на меня, схватил за пышные щёки и упёрся лбом в мой лоб.

— Пи-пи-пи! Пик-пу-пик! Пи-пу-пок! — орал он мне прямо в лицо.

— Это что за существо? — раздался голос одной из жаб. — Вчера с вами его не было!

Пушистик замер, медленно развернулся, затем врезал себе лапкой по морде и растворился в воздухе. Теперь его не видел даже я — это крайне меня удивило.

— Не обращайте внимания, — слегка улыбнулся я. — Это моя шиза, периодически проявляется.

Я почувствовал укус в области пятой точки, но вида не подал. Зато Петруша в моей голове засуетился:

— Дядя Толя, даже не думайте! — категорически высказался мой сосед по голове. — Сил на его воскрешение в жемчужине не хватит, а мы с вами не выдержим. Хомяк гарантировано отъедет, а следом за ним и мы.

«Вот же нахватался пацан словечек! — мысленно усмехнулся я. — Видимо, изрядно поднаторел в жаргоне, копаясь в моих воспоминаниях. Проныра мелкий».

Я ничего не ответил — на меня требовательно смотрел сквозь маленькие щёлочки Владыка.

— Уважаемый Владыка, а как вы хотите, чтобы я вас спас? — решил я уточнить.

— Я скоро умру! Вчерашнее появление перед народом мне дорого стоило, — даже в моей голове его голос звучал уставшим. — Мои целители не справляются. Ты должен меня воскресить!

— Дядя Толя! — завизжал Петруша. — Не вздумайте!

— И сколько дней вы ещё можете продержаться? — с каменным лицом спросил я.

— Целители говорят, что я проживу не больше трёх дней, — ответил Владыка.

— Петруша! Ты не в курсе, сколько тут часов в сутках? — мысленно махнул я рукой. — А, пофиг!

— На закате третьего дня я воскрешу вас! — громогласно и максимально пафосно продекламировал я.

Хомяк проявился передо мной, упал на спину и потерял сознание. Владыка перевёл на него взгляд, но промолчал. Петруша бился в припадке истерики у меня в голове, мешая сосредоточиться.

— Человек! В нашем мире не бывает закатов. В нашей системе два солнца, которые держат планету в равновесии. Вечный день и вечное тепло, — смеясь, прохрипел он перейдя на простую речь с мысленной.

— Как тогда понять, когда пройдут ваши три дня? — тут у меня сжалось всё, что может и не может.

— Человеческие миры все одинаковы, — усмехнулся он. — Вначале сказать, а потом думать. Если пересчитать на ваше времяисчисление — у тебя три месяца.

Хомяк резко сел и, широко раскрыв глаза, уставился на Владыку. Потом перевёл на меня неверящий взгляд, поднял большой палец вверх — и снова потерял сознание. Петруша в моей голове начал икать — видимо, от нервов. Я держался из последних сил: в кишках бурлило, и всё норовило вырваться сзади.

Но, видимо, поглощение жемчужин не прошло даром — мой организм стал гораздо крепче. Я мог контролировать своё тело. Слабо и с натяжкой, но мог.

— Владыка! Мне нужен доступ к разломам! — спохватился я, когда пауза начала затягиваться.

— Для чего? — с сомнением спросил Владыка.

— Моя сила! Я черпаю её из разломных тварей, — не стал я особо выдумывать. — Если я не буду уничтожать их, я не смогу вас спасти.

— Какие разломы тебя интересуют? — начал Владыка. — Впрочем, не важно. Квакакий — мой племянник. Он всё устроит. Но помни! — голос Владыки стал резко серьёзным. — Не пытайся меня обмануть! Наш мир древний, и мы правим в нём — как и в тысячах других миров.

Я ничего не ответил, лишь слегка склонил голову в понимающем жесте. Нам указали на дверь и в полном молчании сопроводили наружу. Впереди шёл какой-то лягух, весь в цацках — возможно, это и был тот самый племянник. Вообще, все они тут странные и не слишком гостеприимные.

Лишь когда нас вернули в комнату, лягух соизволил заговорить:

— Я Квакакий, племянник Владыки. Что вам необходимо для удобства? — коротко и ёмко.

— Давайте, наверное, ещё еды. Одежду для меня и моих слуг, что бы мы могли сменить это грязное и вонючее тряпьё на что-то нормальное. И что у вас по оружию? Нам бы не помешали парочка добротных мечей, — поразмыслил я и добавил: — Проводника по разломам и…

— Я ваш проводник! — опять коротко и ёмко отозвался он.

— Вы прекрасный собеседник, Квакакий, — заметил я. Лягух промолчал, а я продолжил: — Нужны разломы с разумными или полуразумными существами.

Тут посреди комнаты материализовался хомяк и покрутил пальцем у виска:

— Пик-пук! Пик-пу-пок, пи-пип-пи, пилв-пон-пот, пильк-пи-пиль!

— Даже так? — удивился я и начал переводить для Квакакия, у которого и без того выпученные