Ночь Жатвы - Елена Новак

– Прости, давай без мертвецов, хорошо? – Я с надеждой взглянула на ее тонкую фигуру, укутанную в белое одеяло.

– Хорошо-хорошо. – Эвелин подняла ладонь. – Тогда расскажу лучше кровавую историю Нортенвиля.

Она ловким движением достала из тумбы белую свечу, зажгла фитиль, и по комнате разнесся запах лаванды. Мои любимые цветы. На душе сразу стало немного спокойней.

– Давным-давно здесь жил кровавый граф Даниэль Арделиан. По вечерам он закатывал немыслимые пиры, а ночью принимал кровавые ванны. Графа любили, ненавидели, боялись, никто не мог остаться к нему равнодушным, – монотонный голос Эвелин словно доносился издалека, меня все сильнее клонило в сон, пришлось ущипнуть себя за палец, чтобы не отключиться в середине истории.

– Говорят, Арделиан был прекрасным и немного жутким. А еще… – Эвелин понизила голос и с трепетом произнесла: – Он был вампиром. Самым сильным из всех существующих.

Сон как рукой сняло, снова вспомнились слова мертвой девчонки. Почему ее мучила жажда? Почему она ожила после смерти? И пули одноглазого учителя были серебряными, неужели…

По телу пробежали мурашки.

– У графа был брат, – продолжала соседка, – они любили веселиться вместе, закусывать чернокожими рабами, а на десерт есть местных фермеров. Однажды ночью, напившись вина, Арделиан вместе с братом решили навестить деревню рядом со своими угодьями.

И там граф встретил свою любовь. Это была простая девушка с руками, покрытыми мозолями от тяжелой работы. Граф подарил ей свободу и богатство – все, о чем только можно мечтать…

Я фыркнула. Наверное, не очень приятно жить с кровопийцей. Мне даже стало немного жаль эту несчастную.

Эвелин на миг замолчала.

– И что же дальше? – Внезапно мне стало интересно, чем все закончилось.

Соседка сморщила нос:

– Не помню. Вроде как та девица не оценила даров графа. Она впала в уныние и страдала всю свою жизнь. – Эвелин поднесла указательный палец к губам. – Слышишь?

В комнате стало тихо, до нас доносились только завывания ветра.

– Это не ветер воет, это плачет призрак избранницы графа. В Нортенвиле ее называют Дева с разбитым сердцем. Не веришь? – Она надула губы, взглянув на меня. – Толстый Стиви даже один раз видел призрак Девы: из туалета как-то ночью шла женщина в белой вуали. Вот так!

– Нет, отчего же, верю, мне даже ее жаль.

– Жаль? – Эвелин неожиданно рассмеялась. – Это ведь глупо! Граф предложил ей все богатства мира, безбедную жизнь. А то, что он пил кровь… – На миг по лицу соседки пробежала тень сомнения, она начала грызть ногти и пробормотала: – Что с того? Все сильные мира пьют кровь. В любом случае отказываться от такого глупо!

– Сильные мира? – Я с удивлением на нее взглянула.

– А, это была шутка. – Эвелин махнула рукой и беззаботно рассмеялась. Только в глазах ее появился какой-то странный лихорадочный блеск.

– Кстати, тебе нравится Майкл? – соседка быстро сменила тему.

Я вздрогнула и тяжело вздохнула, вспомнив о его куртке, которую завтра предстоит отдать в чистку.

– Нет, мы с ним даже не друзья, Эвелин. С чего он мне должен нравиться?

Этот ответ прозвучал вполне убедительно, но в груди появилось странное чувство тревоги. Мне даже стало немного стыдно за то, что я сделала на балконе.

– Пф-ф, ты такая наивная. Для этого вовсе не надо быть друзьями. Вот, к примеру, ты испытываешь волнение, когда его видишь или берешь за руку?

Я вспомнила, как гулко билось мое сердце, когда мы проводили эксперимент в кафе «Розовый закат». Но ведь это не мои чувства! Мы просто были связаны в прошлой жизни и в другой реальности. Нине Райн из этого мира абсолютно наплевать на заносчивого, самодовольного… От злости я сжала кулаки и быстро сказала:

– Нет, ничего такого. Не верь сплетням, Эвелин.

Она с сочувствием на меня взглянула:

– Надеюсь, это правда. Могу сказать по секрету: Арабелла в бешенстве. Старайся держаться от них с Майклом подальше, иначе тебя уничтожат.

– Да. – Я легла на кровать, глядя на желтый диск луны. – Спасибо за совет, Эвелин.

Отчего-то в этот момент мне стало грустно и одиноко. Раньше со мной всегда был Эрни, он мог помочь, дать дельный совет, защитить от хулиганов. А теперь я совершенно одна вдали от дома и мамы. У меня есть только Стив, но он как большой ребенок.

Столько жутких событий случилось в эту ночь! Кто эти люди? И за что они будут судить Эрни?

Как жаль, что мне не с кем все это обсудить.

– Ты уже спать? – соседка разочарованно вздохнула и задула свечу.

– Спокойной ночи. – Я натянула одеяло на голову и провалилась в тревожный сон.

Где-то между сном и явью я услышала приглушенный шепот из тумбочки:

– Аим Лерай не любит ясные ночи. В такие ночи ведьмы творят свое черное колдовство.

* * *

Ночь была ясной. Я слишком долго гостила у подруги и возвращалась домой уже затемно.

Наверное, лучше было переночевать у Марты, а утром вернуться. Но ведь в пять часов надо уже выводить овец, моя милая овечка Джульетта будет скучать без свежей травы.

С этими мыслями, напевая знакомую мелодию, я почти бежала домой.

В округе было как-то непривычно тихо. Неужели все спят?

Овцы не блеяли, собаки не лаяли, словно все вымерли.

Посреди дороги стоял огромный черный пес.

Его глаза горели в темноте.

– Куп! – Я помахала ему рукой. – Ты почему не в будке? Неужели сбежал? Иди сюда!

Увидев меня, пес заскулил и, поджав хвост, скрылся в кустах.

Не нравилось мне все это. Слишком ясная ночь. Затихший поселок, пропитанный ночным холодом, и какой-то знакомый запах. Я втянула носом воздух.

Неужели это кровь?

В голове возникла непрошеная мысль: скрыться, убежать к Марте и не возвращаться до утра…

Но здесь папа с мамой и брат. А вдруг с ними что-то случилось?

Может, волк съел овцу, оттого и старый Купер напугался, оттого и кровью пахнет.

Успокоив себя этими мыслями, я быстрым шагом направилась к своему дому.

Странно, двери в дом соседей открыты. Забыли запереть?

Я дошла до знакомого домика с зеленой крышей. Скрипнули ворота. Свет в окнах не горел. Под ногами было что-то бурое. Кровь?

Я зашла на наш участок и охнула.

На траве лежали мертвые овечки, а среди них моя милая Джульетта.

Похоже, им перегрызли горло. Но следов волчьих укусов на теле Джульетты не было, только два маленьких пореза на шее, похожие на следы клыков.

– Господи, – прошептала я, приложив ладонь ко рту. В голове возникла запоздалая догадка:

«Кровавые братья пришли за нами. Раньше они убивали своих рабов, а теперь