Долг человечества. Том 4 - Артем Сластин

хихикающие над ситуацией, сейчас были в основном собранными и сосредоточенными. Тогда-то я и отдал сделанные мною двенадцать посохов. Быстро, не слишком аккуратно, но и растягивать разминку было чревато потерей интереса.

В глубине души я верил, что идея Владимира воспринимается не как развлечение для изнывающих вечерами людей от массы свободного времени, которое они тратили в основном на беседы о «погоде», а как инвестиция в их собственные возможности.

Так случилось, что многие здесь вообще не имели боевого опыта. Никакого. Не знали даже, с какой стороны меч держать, это если утрированно. Но на текущий момент все так или иначе его получили. Женя была некоторое время в составе нашей группы сразу после инициации, и ей приходилось бороться. Да и в последней вылазке с Катей во главе она этот самый опыт получила. По крайней мере моральный, от осознания того, что врагов нужно убивать.

Егор тоже. До сей поры он был невольником, но только в последнем выходе смог не только использовать свой навык для поддержки группы, но еще и сам попробовал кровь на вкус. Микаэль был воином и прошел несколько стычек, пока его не поймали, но и сам он, по характеру, был бойцом без страха. Неумелым — факт, но это поправимо, и именно этого желал добиться Владимир.

Ира неплохо стреляла, но у любого бойца есть почти безграничный простор для самосовершенствования. Как по горизонтали, осваивая новые способы и техники, так и по вертикали, оттачивая мастерство в чем-то одном. Все как в нашей прошлой, привычной жизни, очень похоже на карьерный рост. Разве что крови поменьше.

Об остальных я не слишком беспокоился. Борис знатный вояка, прошедший не один десяток различных столкновений, и научившийся адаптироваться к почти любой ситуации. Ему-то такая физкультура больше всех на пользу пойдет, а вот в бою он многим и сам даст фору. Варя отдельный случай — ей, конечно, не помешало бы уметь орудовать оружием или хотя бы понимать, как действовать, если враг возник прямо перед ней, но главная ее сила все же не в оружии, а в волшебстве, в котором она хорошо освоилась. А Катя и вовсе возглавляет отряд тех, кто осознанно идет сражаться. Уж за кого-кого, а за нее вообще думать не стоит.

Единственной, кто все-таки позанималась физкультурой, но отказалась от спаррингов, была Каролина Терентьевна.

— Бросьте, мальчишки-девчонки, ну куда мне, старухе. Ну убьют меня, и дело с концом, а уж с копьем я прыгать точно не смогу. У меня колени, спина, зрение ни к черту. Эти ироды, кто нас сюда поместил, забрали у меня очки, так что все, что мне остается — это готовить еду да присматривать за бытом, чтобы все были в тепле и накормлены.

— Я тоже пас. — Отказалась Виолетта, и если вначале мне показалось, что она все-таки примет участие, то после заявления Кары тоже решилась отложить тупое копье. — Не думаю, что когда-то смогу сражаться за свою жизнь, не тратьте на меня силы и время.

Владимир, молчаливо слушавший причитания о нелегкой судьбе, хмурился, не встречаясь взглядами со сдавшимися женщинами. Смотрел куда-то на их колени. Но мне, стоящему сбоку, было прекрасно видно, как яростно он скалится исподлобья, пряча эту кошмарную улыбку от взоров людей напротив.

Стоило Виолетте закончить и потянуться к столбу, дабы прислонить к нему выданное мной копье, бывший кинолог в один миг оказался возле девушки, с мечом наголо, появившимся у него в руках моментально! Острие застыло в нескольких сандиметрах от лица девушки, и по толпе прошелся удивленный и шокированный вздох.

Девушка отбила удар, отвела лезвие от головы, и сейчас ошарашенно пялилась то на инструктора, то на меня.

— Видишь, — убрал Владимир меч в ножны, которые он держал в левой руке, — что-то в тебе еще есть, что хочет жить. Берись за копье! Ты сражаешься с Марком. Егор, выступаешь с Борисом. Варя, бери копье и старайся уклоняться от стрел Иры, Ира, ты наоборот, должна попасть!

— Но там же боевые стрелы! — Воскликнула волшебница огня, поняв, что ей предлагают какое-то плохое соперничество.

— Ты приоритетная цель для врагов! Они не будут ждать, когда ты зальешь всех пламенем. Уклоняйся, сжигай стрелы, как хочешь, но ты должна выжить! — Походу, Владимир вошел в раж и боевое исступление одновременно. — Лиза, — рыкнул он, — дерешься с Линь Синь! Не переусердствовать! — Для того, чтобы быть понятым, он повторил все то же самое, только для китаянки, жестами указав противников. — Катя, ты с Микаэлем! Я с проигравшими в каждой паре сойдусь, и не переусердствуйте!

— А навыки? Навыки можно? — Выкрикнула Лиза, встав уже наизготовку, напротив китаянки, почти обнимавшей свое копье.

— Нужно! Варя, тебя это не касается, ты только обороняешься! Вопросы⁈ Нет? Тогда в бой! — Отдав команду на старт сражений один на один, Владимир быстро покинул широкую площадку и присоединился к Каролине, что-то ей объясняя.

— Марк, раз уж выхода у меня нет, я буду нападать! — Поставила меня, зачем-то, в известность Виолетта, и прямолинейно бросилась в атаку, выставив «острие» вперед.

Что ж, могу отдать зачинщику этого события должное. Несмотря на то, что опыт у него не совсем профильный, он явно понимает, что делает. Однако, остался вопрос, который никак у меня не укладывался в голове — по какому принципу он вообще распределял пары? На первый взгляд выглядели сражающиеся как совершенно случайный набор, быть может даже в алфавитном порядке, но так глубоко я задумываться не стал.

Так или иначе, он рассчитывал каждую пару чему-то научить. Если меня он поставил с Виолеттой, то ей явно хотел показать опасных и сложных противников, с которыми, вполне вероятно, судьба еще может девушку свести. Но чего он хотел вложить в меня? Я настолько читаю этот прямолинейный выпад, что отобьюсь и выиграю всего одним движением.

Может, это попытка научить меня состраданию? Или обману ради того, чтобы кто-то другой поверил в себя? Черт побери, не понимаю. А Виолетта уже прямо-таки совсем близко, еще полсекунды и ткнет копьем меня в грудь.

Позже узнаю, а пока не буду портить процесс обучения. Буду стараться действовать от обороны, не налегая в ответ. Прямой выпад Виолетты я отвел ударом обухом по древку, отошел в сторону, пропустив бегущую на меня в атаке девушку. Она вывела копье на меня, обернулась, и снова кинулась в атаку, ничего не изменив в своей тактике.

Я повторил движение — сшиб прямой удар в бок и уклонился, пропуская Виолетту мимо себя. Круг замкнулся, и я видел, что точно так же и