Долг человечества. Том 4 - Артем Сластин

Все резко смазалось перед глазами. Движения соперника стали невнятными и вялыми, как будто он не хотел меня атаковать и не стремился попасть, но его напряженное лицо и пошедшие буграми вены на коже говорили об обратном. Скандирования в нашу честь по краям тренировочной площадки превратились в звенящий и по большей части раздражающий гул, который трудно было разобрать.

Я же действовал как обычно, но теперь на каждый шаг Владимира у меня было вдвое больше времени и возможностей ответить. Выброшенная вперед рука блокируется древком, удар отводится в сторону, а своей стопой ударил соперника под колено.

Зашел ему за спину, прошелся быстрыми тычками по ребрам, специально не целясь в почки, чревато, и отбил атаку, выброшенную ко мне на развороте. Блок, и у меня снова куча времени на действия. Звон изо всех сил ударяющихся друг об друга деревяшек замедлился и звучал еще какое-то время у меня в ухе. Отведя атаку, я вывел древко в позицию для удара по ногам. И, поддев его, как крюком, а рукой толкая в грудь, мне удалось сбить его с ног, а затем, мгновением позже, разоружить.

— Марк! Марк победил! Ну и побоище вы устроили! — Кричали люди из тех, кто наблюдал за ходом стычки.

Я мигом развеял наложенное на себя заклинание, вернув ход времени в обычное состояние, ощутил вес собственного тела, как будто увеличившийся вдвое, перекинул копье в левую руку и правую протянул лежащему на земле и ничего не понимающему Владимиру.

— Какого… — Ошалело спросил он меня, но протянутую для помощи руку принял.

— Я не совсем маг. — Ухмыльнулся я, наверное излишне горделиво, но я действительно мог собой гордиться. Даже отбросив тот факт, что прибегнуть к магии мне все же пришлось.

— Ты смог меня удивить. — Уже стоя на двух ногах выдал свой вердикт инструктор, отряхиваясь от грязи, в которую я его повалил. — Не ожидал, что ты можешь двигаться так быстро.

— Ты тоже, — сказал я, сдерживая рвущуюся одышку, — всего восьмой уровень, а такая пропасть в навыках ближнего боя. Мне действительно не помешало бы выправить мои косяки, приобретенные от незнания и закрепленные в боях.

— Я помогу тебе устранить недочеты, тем более что сам их отлично видел. Но все-таки, что за магия такая? Ты на миг покрылся синим свечением, и после этого тебя было просто не узнать. — Восторгался наставник. — Ты словно неуловимая тень, я в моменте даже не понял, как ты у меня за спиной оказался и трижды ударить по хребту успел. Веришь, нет, не понял!

Мне не составило труда честно ему рассказать о том, в чем суть моего навыка. Я могу так делать всего тридцать секунд в его парадигме течения времени. И если я не успел бы победить, тяжелый откат делает меня почти беспомощным. Сейчас, например, у меня натурально дрожали коленки, от натуги.

— Опасный это навык, Марк… Буквально оружие последнего шанса. — Выдал свое резюме воин.

— Я это понимаю, но тот выбор, что был, предлагал варианты куда хуже. — Поспешил я объяснить, почему именно «ускорение».

— Нет-нет, я не говорю, что он плох, наоборот, навык отличный. Просто ты должен четко осознавать, что применять его просто так нельзя, ведь одна ошибка, и ты не жилец. — Хлопнул он меня испачканной ладонью по спине, но меня это не парило, ведь я и сам уже несколько раз умудрился поваляться в грязи.

— Это я понимаю. — Печально усмехнулся я. — Нужно тренироваться.

— Знаешь, Марк. — Вова пристально глянул мне в глаза и заявил со всей серьезностью. — Враги тебе тоже будут попадаться непростые. Никогда не знаешь, чего от кого ожидать. Усвой это, и постарайся использовать себе на пользу. Система, которая распределяет навыки, иной раз может такое выдать, что закачаешься. И это выглядит нечестным, несправедливым, кому-то даровано больше шансов выжить и победить, чем другим. Но все относительно. Я, например, — тыкнул он себя большим пальцем в грудь, — немногого ждал от мага-трансмутатора, который предпочитает тренировкам у столба всяческие изделия и книжки.

— Ты сейчас хочешь сказать, что проиграл потому, что недооценил меня? — Сдвинул я брови, силясь понять истину в его словах.

— Не-а. — Качнул он головой. — Я к тому, что никогда не знаешь, кто перед тобой. Ведь может же быть так, что… — Он замер в задумчивости, будто подбирая аргумент. — А вот например вот так!

Через мгновение, я даже не успел моргнуть, стоящий напротив меня инструктор оказался четко у меня за спиной. Толпа восторженно ахнула, все еще наблюдая за нами и явно ожидая второго раунда, а я же оказался полностью застанным врасплох, да еще и с замком из рук, стиснутом у меня на подбородке, сделанным со спины!

— Знал ли ты, что у меня тоже есть навык, позволяющий ускорять движения? Не твое волшебное ускорение, а на чисто физическом уровне активация всего мышечного потенциала? — Голос был как будто злым и раздраженным. Хм… интересно повернулась наша тренировочная схватка. Это провокация?

Схватив одной рукой его за стиснутое у меня на подбородке предплечье, а другой вцепившись в его пояс, я с силой потянул его вверх и вперед, конечно же помогая себе импульсом. Один миг и шаг вперед, и Владимир полетел на землю, перекинутый через бедро, словно он тренировочный мат, а не живой, сбитый и увесистый человек.

— Ты прав в том, — сказал я уже после, — что никогда не знаешь, кто в действительности на что способен. Я благодарен тебе за этот урок, ты здорово мне напомнил об этом. А сейчас считаю вечернюю разминку оконченной.

— Ух… — Потер он ушибленную шею, поднимаясь уже самостоятельно. Помощи я ему не предложил.

Ну чего я ожидал? Выставить инструктора в глазах новичков слабаком, не позволив ему доказать свое превосходство на тренировочной площадке, уязвить его гордость перед объектом воздыхания, и при этом остаться хорошими друзьями? Да только подумал я об этом запоздало — привыкший оценивать людей через призму собственного мировосприятия, я считал тренировочный бой именно таковым, не выискивая подоплеки и скрытых смыслов. Чего нельзя сказать о Вове.

В любом случае, ему пойдет на пользу. Он здесь на правах спасенного раба, радушно принятого в устоявшийся лагерь. Пусть делает свою работу, не пытаясь перешагнуть через меня ради собственных убеждений, я никому этого не позволю.

Настроение моментально испортилось, когда я начал думать об этом, да и по взглядам людей стало понятно, что они пребывают в некотором недоумении от того, что обычная тренировка переросла в перепалку. Этого не было видно или слышно, но думаю, прекрасно ощущалось.

Сходив к бассейну