Хроники пепельной весны. Магма ведьм - Анна Альфредовна Старобинец

– Это Блаженные Острова, – ответили добрые люди. – Единственные в мире обитаемые земли, благословленные богом. Все остальное – непригодная для жизни ледяная пустыня. И только наши пять островов согреваются гейзерами и вулканами.

– Как я рада, что буду теперь жить в таком чудном месте! – воскликнула Герда.

– А с чего ты взяла, что мы позволим тебе остаться? – сказали добрые люди. – На Блаженных Островах все жители чем-нибудь ценны. У нас есть семья Охотников – они выслеживают и убивают древних зверей с четырьмя ногами и угощают всех вкусным мясом. Есть семья Наездников – они держат табун отборных муров и умеют объезжать этих диких и непокорных животных. Вот семья Пришедших по Воде – спасаясь бегством от злого Кая, они прибыли на наши острова из других земель и привезли с собой ценные заморские товары. Еще у нас есть Ледяные Лорды – их семья владеет чистыми ледниками, эти люди самые знатные. А вот это – Хранители Яблони, у них имеются семена Священных растений, а также иконки с изображением Священного плода; это наше духовенство, жрецы и священнослужители, они помогают нам говорить с Господом. Наконец, вот наша уважаемая семья Воинов; у них есть оружие, чтобы в случае опасности нас защитить.

– Почему же они не защитили вас от Кая? – удивилась Герда.

– Потому что они не обучены сражаться с чудовищами. Воины умеют сражаться только с людьми. С теми из нас, кто нарушает порядок.

– Может быть, вы возьмете меня к себе в награду за то, что я победила Кая? – с надеждой спросила Герда.

– Ты победила его слезами. Но слезы нам здесь не нужны, ведь это счастливые острова. У тебя есть что-нибудь, кроме слез? Что-то действительно ценное?

– Нет, – ответила Герда. – Я так спешила, чтобы найти Кая прежде, чем он уничтожит мир, что ничего с собой не взяла. И даже моя деревянная лодка разбилась о льды.

– Что ж, тогда ты нам не нужна. Тем более что ты грязная, вся в этой мерзкой слизи своего брата, ведь ты его обнимала.

– Что же мне делать, куда идти? – заплакала Герда.

– Ну вот, опять слезы. Может быть, тебя примет Сокрытый народ? Попробуй к ним попроситься.

– Что за Сокрытый народ?

– Это бездушные маги и колдуны, они живут под землей, у них есть волшебные предметы, посредством которых они творят свои черные чудеса и общаются со Злым Братом.

– Я не хочу жить с бездушными! – еще горше заплакала Герда. – Пожалуйста, возьмите меня к себе! Я могу вас поить молоком из своих грудей, обделяя им моих собственных детей. Я готова отдавать свои волосы, они у меня густые и быстро растут, из них можно вязать для вас теплые вещи, а сама я согласна мерзнуть. Я могу дарить мужчинам свою любовь. И еще я готова выполнять тяжелую физическую работу.

– Хорошо, раз так, оставайся, – согласились добрые люди.

И Герда осталась на Блаженных Островах, и от нее пошли все безродные. А от добрых людей пошли все знатные роды.

Вот и сказочке конец. Да и проповедь уже почти что закончилась.

Вы, конечно, заметили, что меня зовут так же, как переродившегося злого героя притчи. Это редкое имя. Впервые прочтя эту сказку, я обратился к матери, которая меня так назвала. Спросил ее, знала ли она, что Кай – имя сказочного чудовища. Она ответила: «Да». И объяснила, что нарекла меня так в назидание и чтобы предостеречь, «ибо всегда необходимо помнить о происках Злого Брата». Я благодарен моей матушке за этот ценный урок. И ныне преподаю его вам.

Сегодня мы похоронили нашу безродную сестру Лею. Безродным нечего нам давать, кроме своей любви, своего труда, своего молока и своих волос. Но разве же это мало? Усопшая Лея давала все это щедро, и мы за это должны уважать ее память. А если кто испытывает к безродной Лее презрение – задумайтесь, уж не происки ли это в вашей душе Злого Брата?

На этом все. Подходите за благословением.

Сию проповедь прочел игумен Кай из рода Пришедших по Воде в Церкви безродных в Чистых Холмах в 91й день зимы 1669 года от Рождества Великого Джи.

Записал церковный писарь Арсений, сын Яны, по приказу епископа Сванура из рода Хранителей Яблони с целью предоставления Ее Величеству королеве.

К тексту проповеди также прилагаются:

– показания епископа Сванура об оскорбительных словах игумена Кая в адрес Ее Величества королевы;

– показания могильщика Виктора (в прошлом стремянного) о применении игуменом Каем ведьминого молока в колдовских целях;

– жалобы знатных прихожан, возмущенных еретическим характером проповеди игумена Кая.

24

Юлфа выложила на оловянный поднос грибной пирог из лишайниковой муки, чуть спрыснула его кисло-соленым соусом и подала на стол. Отрезала один кусок Магнусу, другой – его сыну Алексу, десятилетнему вечно сонному увальню, который якобы готовился к поступлению в королевский столичный университет и под этим предлогом вообще ничего не делал. Пирог они оба любили, и Юлфа научилась его готовить исключительно ради них, сама же довольствовалась просто вареным мурьим яйцом. От теста она в последние дни отказывалась, чтобы к свадьбе чуть похудеть и влезть в потрясающее шелковое платье невесты, которое приглядела на Черном рынке.

– Восхитительно, дорогая. – Магнус блаженно зажмурился, пережевывая пирог. – Просто тает во рту. Да еще и с пряностями!

Доктор открыл глаза и взглянул на сына, сидевшего от него по правую руку. При этом он не повернул голову, а обратился к отражению Алекса в большом зеркале на стене. Зеркала теперь висели в каждом из помещений, включая столовую, и Магнус не упускал ни единого случая в них заглянуть. Тем более что кожа у зеркального его сына казалась менее угреватой, чем у сына, сидевшего рядом с ним. Смотреть на зеркального было куда приятней.

– Правда вкусно, Алекс?

Зеркальный Алекс положил себе на тарелку второй кусок зеркального пирога и буркнул:

– Нормально.

С его стороны это был, можно сказать, комплимент. Юлфину стряпню он терпеть не мог. Как и, впрочем, ее саму. Намерение отца жениться на этой старухе Алекса бесило настолько, что он и впрямь был уже почти готов заняться учебой – лишь бы только отсюда уехать и не жить с ней под одной крышей.

– Ты была сегодня в Церкви безродных? – поинтересовался Магнус. – Как все прошло, дорогая?

– Познавательно, – ответила Юлфа. – Игумен рассказал про одного человека, который превратился в чудовище.

– Как жаль, что я был с больными и не смог прийти в церковь, – без малейшего сожаления сказал Магнус. – Ты подошла к игумену после проповеди?

– Да,