Мстислав Дерзкий. Часть 6 - Тимур Машуков

Их пальцы скользили по поверхности карты, и с каждым прикосновением на ней вспыхивали и перемещались призрачные фигурки — синие, обозначающие наших воинов, и багровые, символизирующие орды нежити.

Это было завораживающее зрелище. Тактика рождалась прямо на моих глазах в споре между безудержной, почти хаотичной агрессией Видара и выверенной, столетиями отточенной стратегией Китежа. Судя по накалу страстей и тому, что основные контуры плана уже проступали на карте, дело близилось к завершению. Они уже не столько спорили, сколько шлифовали детали, находя точки соприкосновения между двумя столь разными подходами.

Я не стал вступать в спор. Мое вмешательство сейчас только сбило бы найденный ими хрупкий ритм. Войско духов — их стихия. Пусть они, знающие каждую возможность своих бойцов, сами и доведут план до ума.

Тихо пройдя вдоль стены, я опустился в высокое кожаное кресло в углу комнаты. Оно стояло в тени, в стороне от основного света, падавшего на карту. Здесь я мог наблюдать за происходящим, оставаясь практически невидимым.

Достал свой коммуникатор — холодный, глянцевый прямоугольник, столь чуждый этой древней обстановке. Управление империей не терпит пауз, даже когда ее император готовится к походу в царство мертвых.

Я пролистывал доклады. Министерство финансов беспокоилось о росте инфляции на фоне военных приготовлений. Министерство внутренних дел доносило о всплеске уличной преступности в Нижнем Городе — том самом кишащем пороком и отчаянием районе столицы, что всегда был гнойником на теле империи. Военные докладывали о перемещениях циньских войск у границы.

Все это были важные, неотложные дела. Мир живых продолжал вертеться со своим набором проблем, не подозревая, что его судьба решается сейчас в этой комнате.

Глава 14

Глава 14

Я пролистывал доклады. Министерство финансов беспокоилось о росте инфляции на фоне военных приготовлений. Министерство внутренних дел доносило о всплеске уличной преступности в Нижнем Городе — том самом кишащем пороком и отчаянием районе столицы, что всегда был гнойником на теле империи. Военные докладывали о перемещениях циньских войск у границы.

Все это были важные, неотложные дела. Мир живых продолжал вертеться со своим набором проблем, не подозревая, что его судьба решается сейчас в этой комнате.

И одно из этих дел требовало немедленного решения. Контакты с криминалом Нижнего Города. Раньше этим занималась Арина. Она, с ее жилкой авантюризма и умением находить общий язык с кем угодно, была идеальным посредником. Она знала все тайные ходы, все кланы и группировки. Она держала этот кипящий котел если не под контролем, то хотя бы в состоянии управляемого хаоса.

Теперь Арину ждал суд и, с огромной вероятностью, казнь. Предательство такого уровня не прощают. Значит, нужно было срочно искать замену. Кому можно поручить эту грязную, опасную, но жизненно важную работу? Вега? Нет, она была моими глазами и ушами, начальником службы внутренней охраны, но не переговорщиком с уголовным миром. Ее стиль — оборона последних рубежей, а не застольные беседы с воровскими авторитетами. Кто-то из старых аристократов? Слишком прямы и чопорны, их там просто съедят. Да и не будут они мараться.

Впрочем, есть у меня один вариант… Мысль зацепилась за имя, промелькнувшее в одном из докладов. Капитан жандармерии Игнатьев. Человек не из знати, выбившийся из низов. Жесткий, прагматичный, с темным прошлым, о котором предпочитали не лишний раз не упоминать, особенно в его присутствии Поговаривали, что у него в Нижнем Городе до сих пор есть связи. Что он умеет говорить на языке улиц и его там уважают. А главное — он абсолютно лоялен не системе, не аристократическим кланам, а лично мне. После дела Шуйского, которого искренне презирал, он был одним из тех, кто не дрогнул.

Да, возможно это рискованный выбор. Но других подходящих кандидатур все равно не было.

Я отправил короткое зашифрованное распоряжение начальнику штаба жандармерии: «Капитана Игнатьева к шестнадцати часам в мой временный кабинет. Дело государственной важности».

Решение было принято. Теперь оставалось ждать. Я отложил коммуникатор и снова перевел взгляд в сторону стола.

Спор к этому времени стих. Видар, скрестив руки, смотрел на карту с выражением скептического, но вынужденного согласия на лице. Дядька Китеж с легкой улыбкой кивнул ему. План, судя по всему, был готов.

— Ну что, твое величество, — обернулся ко мне Видар. — Кажется, мы придумали, как вломиться в дом к богине смерти и навести там свои порядки. Хочешь послушать, во что ты ввязываешься?

— Конечно, хочет, да и я охотно послушаю.

Дверь в приемную бесшумно отворилась, и в проеме возникла высокая, знакомая до боли фигура.

Отец. Он вошел с той же величавой, но теперь уже несколько замедленной походкой, будто нес на своих плечах не только груз тысячелетнего ожидания, но и свежие, трепетные впечатления от встречи с праправнучкой. Его взгляд, еще секунду назад мягкий и умиротворенный, вновь обрел привычную стальную твердость, но в глубине глаз все еще теплился отблеск недавнего умиления.

Он молча занял свое место у камина, и все присутствующие, даже Видар, на мгновение замолчали, отдавая невольную дань уважения его возрасту и статусу.

— Ну что, — нарушил молчание Видар, его голос, лишенный всякой лирики, вернул всех к суровой реальности. — Все порешали. Слушайте.

Он шагнул к столу и снова склонился над картой Нави. Его палец с пронзительной точностью стилета тронул одну из самых крупных багровых меток.

— Здесь, у Реквиемного ущелья, сосредоточена треть всех их сил. Лобовой штурм — самоубийство. Поэтому мы не пойдем в лоб.

Его палец рванулся в сторону, описывая широкую дугу по краю карты.

— Основные силы под командованием Китежа и его командиров наносят отвлекающий удар здесь, у Студеного Шпиля. Явно, шумно, с максимальным размахом. Мы создадим у них впечатление, что это и есть главное наступление. Они бросят туда все резервы.

Затем палец Видара резко сменил направление, устремившись вглубь вражеской территории, в обход основных сил нежити.

— Пока они будут заняты, специально подобранный ударный отряд — быстрый, тихий и смертоносный — просочится сюда, через Поющие топи. Местность там адская, но вполне проходимая для небольших групп. Их задача — выйти в тыл к основному скоплению у Реквиемного ущелья и посеять там хаос. Уничтожить командные пункты, духов-некромантов, поддерживающих связь. Дестабилизировать фронт.

И, наконец, его палец остановился на небольшой, но зловеще пульсирующей черной точке в самом центре карты.

— А мы с тобой, Мстислав, и с твоим отцом пойдем сюда. К Черному