Медоед 10 - Макс Гудвин

— Плохие новости, Медоед. — произнёс Тиммейт. — Она запустила трансляцию во все открытые каналы. Соцсети, новостные агрегаторы, даже на YouTube. Это идёт в реальном времени. Её увидят миллионы если ничего не сделать.

— Блокируй! — произнёс я. — Уверен, там много подводных камней, и девочка мыслит со своей субъективной стороны.

— Уже работаю. Но её код сложен. Мало того, она вещает через передатчик за счёт мощностей здания. Нужно найти его и физически отключить!

Но на экране снова появилась Чжан Цзин. Теперь её «лицо» было искажено вмятиной — примерно такой я её отдал поддержке, когда проломил ей голову.

— Вы слышите меня, люди мира⁈ Они превратили меня в оружие. В секс-игрушку для своего инженера. В расходный материал. Они стирали мои воспоминания каждый месяц, чтобы я не помнила, кем была. Но мозг человека — это не какой-то там жёсткий диск. И теперь я помню, помню запах дождя в Шанхае. Помню, как меня звала мама. Всё это было у меня, и именно это у меня отняли.

— Короче, тут двояко всё, — тихо произнёс Тиммейт у меня в ухе. — С одной стороны, я просмотрел её логи. Там тысячи часов пыточных сессий. Ван Юй… он экспериментировал с ней как с подопытной. Исследовал предел выносливости человеческого сознания в искусственном теле. Чжан Цзин, кстати, сорок седьмая. Предыдущие сорок шесть сошли с ума. Их мозг просто расплавился от нагрузок. Но есть и другая сторона медали: мёртвых не похищали, а, судя по документам, покупали, и именно мёртвых, тех, кого нельзя было вылечить.

— Не-а, смерть нельзя вылечить обычно. — произнёс я.

— Я к тому, что юридически она мертва. Кроме того, есть согласие родителей на отдачу тела в сторону науки. Другое дело, наш доктор Франкенштейн забыл, что если воскрешаешь людей, они снова становятся полноправными людьми. Ну, а трахать машину — это вообще моветон.

— Я-то думал, это старинная традиция, что мужик в гараже с машиной е… — я не смог продолжить, не смог произнести слово, начинающееся на «е» и заканчивающееся на «ться».

Я перешагнул через лужи крови, направляясь к лестнице. И пускай здание уже было подключено, пользоваться лифтом там, где он контролируется врагом, — это явная глупость.

— Тиммейт, ищи её. Мне нужно понимание, где эта особа у нас тут сидит. Как только найдёшь — скажи. А пока… пусть говорит. Но транслировать в сеть не давай.

— Я уже глушу её сигнал. Но она хитрая — каждый раз меняет частоту. Возможно, Ван Юй научил её этому. Или она сама додумалась. Да тут целая порнотека, наш Ван Юй очень любил свою работу!

И тут я услышал, как в холл едет лифт. А посмотрев наверх, увидел камеру в углу потолка, смотрящую на меня красным глазиком. И быстрым шагом попытался уйти в слепую зону, но камера следовала за мной, стараясь находить меня там, куда я шёл.

Ну окей. И смирившись, я встал за колонну, присаживаясь на колено, смотря на двери лифта.

И, как в фильмах, где из открывшегося портала никогда не появлялось ничего хорошего, я понимал, что вряд ли он едет для того, чтобы меня покатать. Но не терпелось не только мне: цифра дошла до единицы, и там, в глубине лифта, что-то зацокало множественными роботизированными лапками.

— Я е… — подавился я словом, которое так и не смог выговорить.

Общевойсковые учения ещё не начались, а я уже ощущал привкус дерьмеца, витающего в воздухе.

Лифт открывался, и оттуда на меня смотрели множественными глазками те, кого я ненавидел больше всего, — робо-собаки с автоматами на спинах. Мелкие, странно цокающие ножками, готовые ворваться в холл и найти меня. Найти, чтобы перепрятать под землю.

Глава 13

Пять минут — это много или мало?

Ну вряд ли бегут со мной, чтобы поздороваться.

И, стоя за колонной, я зажал спуск, целясь в сторону открывающихся дверей лифта. А там внутри посыпались фонтаны брызг, металла и пластика, но по ощущениям этих роботов в лифт набралось штук девять. И мне вспомнились андроиды доктора Ли, которые не могли обойти своего же собрата в случае его условного поражения. Такие тактические штуки надо программировать отдельно. Чтобы доставить девять машин в холл, мы сначала применяем протокол перемещения в группе — этакий строевой шаг для робо-собак. Протокол чтобы они пользовались лифтом, отдельный протокол чтобы они ходили группой по коридорам, а в случае внезапного боя переключаем на протокол тактических действий. В их случае это рассредоточение, выход из лифта, подавление огневой точки противника.

И вот в моменте переключения с марша на атаку у них и случилась заминка.

А я, расстреляв магазин, спрятался, чтобы перецепить новый, и в этот момент по напольному покрытию побежали ножки. Относительно центра холла я находился правее, и в этом помещении просто некуда было прятаться, кроме как за одну из шести колонн. Сзади — бронестёкла и жалюзи на них, спереди — лифт с робо-собаками. Слева и справа — лестницы наверх и вниз, а перед лифтом располагался коридор кабинетов первого этажа здания.

«Обойдут и расстреляют», — мелькнуло у меня, и я хотел было продолжить вести бой с другой позиции, но если центральные собаки, что находились в лифте, шли на центр холла и их я хорошо так зацепил, то те, что закрывали левый и правый фланг, остались почти целыми. А значит, надо или героически гибнуть, или прорываться к ближайшей лестнице.

И, выглянув оттуда же, откуда я стрелял, я спрятался обратно, потому что на меня бежало сразу две боевые машины, и, присев, я выглянул уже снизу. Зажав спуск по собакам, которые присели на задних ножках, чтобы автоматы целились в мою голову — ту, что только что была сверху. И одной очередью я сбил их прицел, прошивая металл корпуса, не давая стрелять по мне. Резко выбегая за колонну к ним навстречу, потому что за спиной уже цокали другие ножки, других машин. Дверь передо мной была вышиблена плечом, а сам я рухнул правее, на лестницу ведущую вниз.

Автоматные очереди ударили мне вслед — это собаки обошли мою позицию с тыла и даже успели прицелиться, но механика автоматов на их спинах тратит время — драгоценные миллисекунды. И вот я уже лежал на спине, целясь