Дальнобойщик - Максим Анатольевич Макаренков

Закревский понял, что легко может представить этого человека в деле.

Разговор закончился.

Легкий кивок в сторону неприметной двери справа от входа в контору.

– Идите до конца коридора, дверь слева.

Закревский поднял шляпу, кивнул.

Прошел по коридору с бетонными, крашенными зеленой краской стенами, слегка улыбаясь.

Толкнул тяжелую дверь.

Эпизод 8. Свобода

Хуц-Ги-Сати, конечно, понимал, что будет нелегко.

У него в жизни вообще просто не было… Правда, противный голосок тут же шепнул – а с Машей, с ней тоже все сложно?

Он его прогнал.

С ней тоже сейчас непросто.

Как любая баба, Маша суетилась, пока собирали вещи, все проверяла, не забыли ли чего, порывалась захватить еще вот то и вот это, снова и снова лезла в сумку, проверяя, на месте ли деньги, взяла ли новый паспорт, открывала его и раз за разом смотрела на незнакомые буквы рядом со своей фотографией.

А когда автобус высадил их рядом с контрольно-пропускным постом, вцепилась в руку Хуц-Ги-Сати и шла на дрожащих ногах. Ну чисто как гирю к ноге приковали.

– Да не бойся ты! Наконец нормально жить будем – что заработаем, все наше! Ты да я! Нормальными людьми хоть себя почувствуем! Без надзора этого! – шепнул он девушке.

– Ага, идем, – пискнула она и закашлялась, горло перехватило.

Пограничник с орлом на фуражке, молоденький, розовощекий, с простодушным лицом, но цепкими серыми глазами, бесстрастно проверил паспорта, кивнул на роликовую дорожку.

– Ставьте вещи.

Пока листал паспорта, спросил:

– Сопроводительные документы на габаритный багаж, налоговые декларации?

– Нет у нас ничего. Не нажили, – рыкнул Хуц-Ги-Сати. Маша дернула его за руку. Пальцы у нее были ледяные.

Она растерянно оглядывалась по сторонам. Уже когда проверка неожиданно быстро закончилась и они шли по бетонной дорожке нейтральной полосы к дверям КПП с американской стороны, шепнула:

– Мы одни в зале были, Сатик… Почему так?

– Потому что остальных все устраивает. Привыкли в рабстве жить, под надзором, – процедил индеец.

Маша как-то сразу приободрилась, даже плечи расправила.

Пограничник северо-американцев оказался двухметровым широкоплечим джентльменом с квадратной челюстью и спокойными голубыми глазами.

«Не то что этот…» – мимоходом подумал Хуц-Ги-Сати.

И больше особо подумать ничего не успел.

Поскольку они попали в конвейер.

Три минуты – проверка документов.

Добро пожаловать, следуйте за сержантом Робертсом по коридору.

Почти бегом.

Добро пожаловать – дверь открывается – следуйте по синей линии для заполнения анкет и получения велкам-пакета.

– Ух ты, а это что? – шепнула Маша.

– Значит, подарок новым гражданам дают, – со значением округлил глаза Хуц-Ги-Сати.

Небольшая светлая комната.

Потертые пластмассовые стулья, столы тоже из дешевого пластика.

– Проходите к окну три, – показывает рукой неприметный человек в форме.

Некто за мутноватым плексигласом кладет в лоток сколотые скоросшивателем сероватые листы.

– Заполняете печатными буквами. Стоимость бланков три цента лист. Если нет письменных принадлежностей, они будут вам предоставлены, стоимость принадлежностей будет удержана из суммы стандартного велкам-кредита, вам нужны письменные принадлежности? – все на одной ноте, без передышки. Как есть конвейер. Четкий, отлаженный!

– Да, давайте, – пожал плечами индеец.

– Вам требуется два комплекта. Письменные принадлежности строго индивидуальны, это сделано в целях безопасности и охраны здоровья, – голос за плексигласом явно произносил заученный текст.

Индеец только плечами пожал, Маша снова вздохнула.

Долго возились с анкетами.

Большинство вопросов повторяли те, на которые они уже отвечали, когда подавали документы, но были и новые, читая которые Хуц-Ги-Сати чесал в затылке и крякал.

Скажем, «Каков ваш кредитный рейтинг по шкале от 1 до 20 по собственной оценке», «Какие банки САСШ вам знакомы, выберите не менее трех вариантов», «Перечислите телевизионные передачи и наименования телевизионных каналов, которые вы смотрите чаще всего. Если не помните названия каналов, внесите тематику. Не менее пяти пунктов». Да и вообще впечатление было такое, что он анкету для рекламного агентства заполняет – приходилось как-то в том, старом мире. За нее купоны обещали со скидками, ну он и решил, что не помешает, с деньгами туго было.

Посопели, справились.

– Пройдите по синим стрелкам налево, получите в окне 3-С вэлкам-пакеты и кредитные карты, которые необходимо активировать в течение восьми часов для зачисления обязательного велкам-кредита. Не забудьте положить в ящик письменные принадлежности, они подлежат утилизации. – Клерк со скрежетом задвинул ящик с анкетами.

– Даже за ручку и то деньги взяли, – шепотом пожаловалась Маша.

– Это же ресурсы. Они их на тебя потратили, значит, надо оплатить, – терпеливо объяснил Хуц-Ги-Сати. – Это вот и есть настоящая бережливость, поняла?

Девушка промолчала.

Задумалась.

Если что-то может пойти не так, то пойдет не так.

Велкам-пакет оказался свертком из двух одеял и двух пакетов, в которых лежали красивые красно-синие кредитные карточки и толстые буклеты с рекламой банков и страховых контор.

Хуц-Ги-Сати, конечно, заранее разузнал, что от КПП до города ходит рейсовый автобус.

Билет на деньги САСШ стоил 120 долларов.

Но когда они подошли к остановке и подкатил скрипящий кругломордый автобус со смешными, словно удивленными фарами, оказалось, что платить можно только кредиткой.

Которые еще не были активированы.

Водитель только пожал плечами, дождался, когда зайдут два сменившихся сержанта, и укатил.

А на парочку с сочувствием посмотрел приземистый латинос. Со значением помахал ключами и кивнул на длинный пыльный седан.

– Молодым людям надо в город?

– Надо, – кивнул Хуц-Ги-Сати, – сколько?

– Полторы тысячи, – хладнокровно сказал водитель.

– СКОЛЬКО?! – у Маши сорвался голос.

– Это нормальная такса, – пожал плечами водила, – очень честная. Заметьте, за двоих, а не с каждого. Это рыночная экономика, – развел он руками, – вы в свободной стране, вы можете не соглашаться на мою цену, а я могу вас не везти. Но если вы не соглашаетесь, то не успеваете в банк активировать карту. А если не активируете карты, будете оштрафованы. И штраф будете оплачивать с повышенными процентами, которые добавятся к обязательному кредиту.

Тоже говорит как по-заученному, с досадой подумал индеец. Впрочем, таксист прав, это свободная страна: хочешь – езжай, не хочешь – иди пешком.

Немного налички у него было – получилось снять еще по ту сторону, заранее. Правда, по такому курсу, что он икнул, но делать было нечего.

Сердце кольнуло – вспомнил, что деньги, которые он выручил за дом и «Медведя», пришлось положить в банк. Оказалось, что переводить их в САСШ гражданину Российской империи, если он не коммерсант, та еще задачка. Причем если со стороны империи проблем было