Лекарь Алхимик. Том 2 - Сергей Соколов

чашей. Его руки двигались привычно и точно. На пальцах темнели старые ожоги, вдоль предплечий тянулись знакомые татуировки алхимика.

Рядом мерно кипели установки, по стеклянным трубкам двигался окрашенный пар, а на деревянных подставках ждали подготовленные реагенты.

Даже лёгкая складка между его бровями сохранилась.

Наваждение.

Ничем другим это оказаться не могло.

Я сделал ещё один шаг. Каблук глухо коснулся каменного пола, но звук быстро растворился среди потрескивания горелок.

На самой границе слуха прошелестел слабый шёпот.

— Не…

Я резко повернул голову.

Никого.

Только тёмные углы лаборатории и медленное движение пара под потолком.

Стоило моргнуть, как помещение окончательно преобразилось.

Тяжесть взрослого тела исчезла. Руки стали тоньше, плечи — уже. Чёрные ученические перчатки закрывали пальцы до запястий, сапоги плотно обхватывали голени, а короткий плащ Вердинских касался колен.

Мне снова исполнилось четырнадцать.

— Ну вот, опять заспался, — Владимир улыбнулся и подозвал меня движением пальцев. В его взгляде мелькнуло знакомое терпение, за которым обычно скрывалось желание дать мне подзатыльник. — Посмотрим, насколько хорошо ты усвоил материал.

Он указал на разложенные перед ним ингредиенты.

— Приготовь зелье третьего ранга. Используй только то, что лежит на столе, и…

Резкая боль пронзила левую руку.

Я дёрнулся и прижал ладонь к запястью. Под перчаткой что-то обожгло кожу, а затем кольнуло глубже, почти возле самого источника.

— Не трогай… — женский голос прошёл прямо внутри головы.

Слабый. Далёкий. Больше похожий на фантомное ощущение, чем на настоящие слова.

Я посмотрел на кольцо.

Его здесь не должно находиться.

Однако тонкий ободок по-прежнему охватывал палец, едва заметно мерцая под чёрной тканью.

— Максим? — Владимир чуть повернул голову. Его улыбка сохранилась, но в глазах промелькнуло раздражение. — Ты собираешься работать или продолжишь рассматривать собственные руки?

Вопрос прозвучал привычно.

Слишком привычно, словно по-ненастоящему.

Я встал за стол и потянулся к основе. Пальцы самостоятельно выбрали нужную склянку, отмерили точное количество жидкости и перелили её в котёл.

Первый ингредиент растворился без осадка.

Следом отправился второй.

Затем третий.

Работа быстро вытеснила сомнения. Я смешивал компоненты один за другим, позволял каждому раскрыться и только после этого добавлял следующий. Нагрев менялся плавно. Энергия ложилась тонкими слоями, соединяя несовместимые вещества в единую структуру.

Именно так работал Вердинский.

Быстро. Чисто. Без лишних движений.

Время потеряло значение.

Комната внезапно вспыхнула зелёным светом. Поток энергии поднялся из котла, закрутился над столом и сжался в плотную точку.

На ладонь упала восстанавливающая пилюля третьего ранга.

Тёплая.

Идеально сформированная.

— Замечательно, — Владимир подошёл ближе и положил ладонь мне на плечо. Его пальцы сжались чуть сильнее необходимого. — А теперь попробуй.

Я застыл.

Взгляд остановился на пилюле.

Что в этом странного?

Обычная проверка качества. Учитель не раз заставлял испытывать собственные составы. Алхимик обязан отвечать за каждое созданное лекарство.

Я медленно поднёс пилюлю к губам.

На краю зрения дрогнула синяя строка.

Сначала едва заметная, затем всё более яркая.

[ПАМЯТЬ ПРЕДКА]

Обнаружено внешнее воздействие

Тип угрозы: токсическое поражение сознания

Источник: воздушная среда

Стадия заражения: активная

Текущая устойчивость разума: 61%

Предупреждение:

Восприятие искажено.

Зафиксирована подмена зрительных, слуховых и тактильных сигналов.

До необратимых изменений: 01:47

Рекомендация: немедленно покинуть заражённую область.

— Нет! — женский голос ударил в голову значительно громче.

Мир содрогнулся.

Улыбка Владимира растянулась, поплыла по лицу и превратилась в тёмную трещину. Кожа на щеках задрожала. Татуировки на руках зашевелились и поползли по пальцам чёрными нитями.

Пилюля возле моих губ покрылась тонкими прожилками.

Я отшвырнул её.

Она упала на стол и раскрылась влажным комком тёмной плоти.

— Что со мной… — я зажмурился и прижал ладони к ушам.

Гул мгновенно заполнил всё пространство. Он давил на череп изнутри, смешивал мысли и вытаскивал наружу воспоминания, к которым я не прикасался многие годы.

Дыши.

Просто дыши, мать твою.

Это не настоящее.

Этой лаборатории давно нет.

Учитель давно мёртв.

— Максим, ты снова ошибся, — голос Владимира донёсся совсем близко.

Чужие пальцы легли мне на затылок.

Я рванулся вперёд, но ноги увязли в полу. Камень под сапогами размяк и пополз вверх по голеням чёрной массой.

— Этого уже нет! — я дёрнул руками, пытаясь освободиться.

Синие искры вырвались из кольца.

Вспышка разметала окружавшую меня пыль. Лаборатория лопнула, распалась на отдельные пятна и исчезла вместе с учителем.

Я снова стоял в подвале.

Каменные стены окружала густая чёрная взвесь. Она двигалась по кругу, собираясь в длинные бесформенные отростки. Те тянулись ко мне со всех сторон, пытаясь коснуться лица, груди и рук.

Кольцо пылало синим светом.

По его основанию прошла тонкая трещина.

— Уходи отсюда! — голос Айи наконец прозвучал ясно. В нём дрожало напряжение. — Не стой! Я долго его не удержу!

Сознание очистилось мгновенно.

Я сорвался с места.

Ступени находились всего в нескольких шагах, но подвал сопротивлялся каждому движению. Воздух загустел. Чёрные отростки цеплялись за одежду, скользили по сапогам и пытались обвить запястья.

Сзади раздался тяжёлый скрежет.

Что-то огромное двигалось в темноте, царапая камень.

Я не обернулся.

Перед глазами продолжала мигать синяя строка.

До необратимых изменений: 00:39

Перепрыгнул через две ступени, ухватился за стену и оттолкнулся выше. Лёгкие горели. В висках стучало, а по коже расползался ледяной зуд.

Свет люка приближался.

Последний рывок выбросил меня наверх.

Я вылетел из проёма, ударился плечом о пол и прокатился до ближайшего ящика.

— Что случилось⁈ — Борис бросился ко мне. Его лицо побледнело, а рука потянулась к моему плечу.

Я резко обернулся к люку.

Из темноты поднимались чёрные руки.

Десятки тонких конечностей цеплялись за края проёма, царапали пол и вытягивались всё дальше. На некоторых виднелись слишком длинные пальцы. Другие заканчивались крючьями или бесформенными костяными наростами.

— Назад! — я выставил ладонь, отталкивая Бориса.

Лекарское пламя вспыхнуло на пальцах.

Рубанул первой волной. Синевато-зелёный огонь прошёл над полом и отсёк несколько конечностей. Отрубленные кисти упали рядом, задёргались и начали рассыпаться чёрной пылью.

Оставшиеся руки рванулись ко мне.

Одна схватила за сапог.

Я крутанулся на месте, вырвал ногу и ударил пламенем сверху. Конечность лопнула, расплескав густой дым.

— Крышку! Помоги закрыть! — я метнулся к люку и ухватился за металлическое кольцо.

Борис упал на колени с другой стороны. Вместе мы потянули тяжёлую створку вниз.

Чёрные пальцы вцепились в края.

Люк застыл в нескольких сантиметрах от пола.

— Они его держат! — Росс навалился плечом, его лицо покраснело от усилия. — Максим, делай что-нибудь!

— Сам уже догадался! — я