Великий Кузнец - 8 - Анри Олл

Ург, огромный полуорк с серовато-песчаной кожей и внушительными клыками, торчащими из-под нижней губы, орудовал тяжёлым молотом у главной наковальни. Его мускулы, бугрящиеся под кожаным фартуком, перекатывались при каждом ударе, словно живые существа. Он ковал подковы — самый простой и массовый заказ, который у нас не переводился никогда. Каждый удар его молота был точным и выверенным: Варг, несмотря на свою кажущуюся неуклюжесть, был отличным подмастерьем.

Гракх, зеленокожий ящер работал с мехами у горна, раздувая пламя до нужной температуры. Его лицо было сосредоточенным: он следил за цветом металла в горне, ожидая, когда тот достигнет нужного оттенка: ярко-жёлтого, почти белого, идеального для ковки.

Скарлетт, хобгоблинша с алыми глазами и бледно-зеленой кожей, сидела за верстаком у окна и занималась тонкой работой: полировала готовые изделия и наносила на них гравировку. Её длинные чёрные волосы были собраны в тугой пучок, а в руках она держала ювелирный инкремент и бронзовое колечко с кварцем, что ближе к обеду мне нужно будет зачаровать.

Атль Як-Ша, голубокрылый ящер с чешуёй цвета летнего неба и большими глазами, стоял у прилавка и общался с клиентами. Его длинный хвост, покрытый мелкими чешуйками, нервно подёргивался из стороны в сторону (верный признак того, что клиент попался придирчивый), но голос оставался спокойным и вежливым. Атль был прирождённым торговцем: умел и цену набить, и товар расхвалить, и скандального покупателя утихомирить, достойный приемник Ани.

— Хозяин! — Скарлетт первой заметила меня и оторвалась от работы. — Как успехи на стройке?

«Как же она быстро научилась разговаривать». — не переставал удивляться я, толи таланту сестры в качестве преподавателя, толи пытливости ума юной хобгоблинши.

— Стены готовы, — ответил я, подходя к своему верстаку. — Сегодня плотники начнут ставить крышу. Завтра займусь печами.

— Хоззяин? — Гракх на мгновение отвлёкся от горна. — Ззачем вам вторая массстерсская?

— Мне нужна доменная печь, способная плавить орихалковую руду, — пояснил я. — А для этого требуется температура не меньше двух тысяч двухсот градусов. Наш горн максимум на тысячу семьсот разогнать можно, и то если ты с Ург Варгом час без перерыва мехами работать будете и отборный уголь постоянно не жалеть.

Гракх присвистнул: звук получился низким, вибрирующим, словно гудение огромного шмеля.

— Две тысссячи двесссти? Да это жж точно вдвое большше, чем нужжно для плавки меди! Как ссобираешшьсся такую печь поссстроить?

— У меня есть идея, — уклончиво ответил я. — Но сначала давайте закончим с текущими заказами. Что у нас на сегодня?

До обеда мы работали, не поднимая головы. Я взял на себя самые сложные заказы: три боевых топора для городской стражи (с усиленными лезвиями и балансировкой под одноручный хват), две сотни стальных наконечников для стрел (заказ от охотничьей гильдии) и особый заказ от одного из местных рыцарей — ремонт фамильного меча, у которого треснуло лезвие у самой гарды. Меч был старый, с богатой историей: гарда, украшенная гравировкой в виде переплетённых виноградных лоз, рукоять из потемневшего от времени дуба, навершие в форме головы волка. Лезвие, однако, было в плачевном состоянии: трещина шла почти на треть ширины, и ещё немного — меч развалился бы надвое при первом же ударе.

Однако все на порядок, если не два упрощалось с моими артефактами. Я использовал свой жезл, чтобы «срастить» металл обратно, уплотнив кристаллическую решётку в месте трещины. Процесс был тонким, почти ювелирным: нужно было не просто соединить две половинки, но и восстановить исходную прочность стали, а заодно убрать микротрещины, которые уже начали расползаться от основной. И на это ушло чуть пяти минут, результат того стоил: меч снова стал целым и даже прочнее, чем был до этого. Да, это было быстро, но требовало колоссальные объемы маны, потому я пользовался этим методом, только под самые ответственные заказы, кроме того, при такой работе исчезал двойной бонус качества от печи и горна. Потому, нередко, что у Гракха получались даже более качественные вещи, нежели у меня. Да и полезно было им, научиться всякому, потому всё больше и больше работы я доверял этой тройке.

Когда пробил полдень, я отложил инструменты и объявил обеденный перерыв. Гракх и Ург Варг отправились умыться в баню перед обедом, что топилась чуть ли ни каждый день теперь и всегда имела у себя теплую воды, Скарлетт просто умыла руки с лицом в тазике у крыльца дома и пошла помогать Ане готовить обед. Сергей же носил воду с дровами и также помогал, чем мог. Атль Як-Ша остался в лавке, присматривать за товаром и обслуживать случайных покупателей, позже его на время сменит моя сестра, пока он будет отдыхать и трапезничать. Сил же с Аэроном как всегда целый день бездельничали, разве что иногда кошкодевочка приносила рыбов, а энфилд пока тока мышей с мелкими птицами, что сам же и съедал в итоге.

Глава 13

Сверхпечь II

Обед прошёл быстро. Я перекусил и почти сразу отправился обратно в мастерскую. Вернее, туда, где ей только предстояло появиться. Поездку в город я сегодня решил пропустить: слишком много дел накопилось на хуторе, и одно из них было, пожалуй, самым важным за последние недели. Если я хотел плавить орихалковую руду (а я хотел, и очень сильно, потому что это открывало передо мной такие перспективы, от которых у любого кузнеца закружилась бы голова), то мне нужна была печь, способная держать температуру минимум в две тысячи двести градусов по Цельсию. И это было чертовски сложной задачей.

Обычный кирпич, из которого здесь, в Аргонисе, строили дома, выдерживал от шестьсот до восемьсот градусов, специальный для печей и каминов, ну, от силы тысяча четыреста. Отличные образцы, сделанные из особой глины с добавлением шамота, могли дотянуть до тысячи шестисот, самые качественные и дорогие образцы — тысяча семьсот, но это был предел. Мне же требовалось вдвое больше. Веротяно на третьем этаже я бы мог увидеть некоторую ценную информацию про рунические печи дварфов, либо же какие-то алхимические магические секреты архимагов и артифакторов. Однако путь туда мне был пока закрыт. Поэтому я пошёл другим путём.

Я взял в руки свой серебряный посох «Копарь Мк. II» (его холодная рукоять привычно легла в ладонь) и направил его на мешок с кварцитом, который привёз Тимоха. Камни в мешке зашевелились, заскрежетали друг о друга, и вот уже первые из них (самые