Восхождение Морна. Том 12 - Сергей Леонидович Орлов

случайных проезжих хотя бы золотой за неделю. Город живёт от аукциона до аукциона, потому что Жаровск используют как одноразовую перевалочную базу, а не как полноценный торговый узел.

А ведь логика системного бизнеса работает иначе.

Если превратить этот бардак в постоянный логистический хаб — построить нормальные склады, наладить охраняемые терминалы и завязать сюда регулярные маршруты раз в неделю на столицу и на юг, и раз в две на север, — картина кардинально изменится. Городу больше не придется молиться на ежегодный наплыв купцов. Здесь на постоянку сядут торговые агенты, скупщики, оценщики и приказчики крупных Домов, которым нужно где-то жить, есть и вести дела круглый год. И этот же трактирщик получит стабильную загрузку комнат по адекватной цене без всяких сезонных спячек.

Настоящие деньги дает контроль над инфраструктурой и постоянный поток.

Сейчас Жаровск просто колотило в припадке азарта и жадности. Но любой аукцион заканчивается, и город снова ляжет на дно до следующего года. Мне такой расклад не подходит. Одноразовый эффект пусть забирают спекулянты, а мне нужен постоянный, управляемый доход с этого города.

— Р-разойдись!

Короткий, рявкающий крик резко выдернул меня из экономических расчётов. Этот звук кардинально отличался от общего уличного гвалта. В нём не прослеживалось ни торгового азарта, ни пьяной ругани — только натренированная привычка отдавать приказы и абсолютная уверенность в собственном праве на силу.

Толпу впереди мгновенно повело и толкнуло назад, прямо в мою сторону. Меня со всего размаху приложило спиной о каменную стену ближайшего дома, кто-то больно наступил на ногу, а сбоку отчаянно охнул какой-то неудачливый мужик. На улице моментально образовался узкий коридор.

Мимо, буквально в трёх шагах, тяжеловесно катила повозка.

Крытая, с массивными окованными углами и плотно задрапированными бортами, она двигалась натужно, тяжело проседая на рессорах. В упряжке сопела пара огромных породистых тяжеловозов, пар от которых валил клубами. Перед лошадьми шествовали двое амбалов в суровой серой форме, расталкивая зазевавшийся народ короткими, поставленными движениями настоящих профессионалов своего дела.

Сзади, положив ладони на края бортов, дисциплинированно шагали ещё четверо охранников. Вот эти выглядели особенно контрастно: поверх боевой экипировки на них были белоснежные перчатки. На фоне всего Жаровска, утопающего в грязи и серой копоти по самые уши, эти перчатки смотрелись почти неприлично и подчеркнуто демонстративно.

— Разошлись, кому сказано! — снова рявкнул старший, небрежно и с откровенным пренебрежением отодвигая локтем очередного разряженного купца.

И прямо напротив служебных ворот повозка с грохотом встала. Стук копыт моментально замёрз в морозном воздухе, кованые колёса с чавканьем въелись в густую грязь, а парни в серых одеждах тут же подобрались, профессионально перекрывая любые подходы к ценному грузу.

Задний борт с сухим треском откинули. Двое охранников в белых перчатках слаженно приняли сверху массивный ящик — длинный, из тёмного полированного дерева, с массивными медными накладками по углам. Причём сделали это с предельной аккуратностью, словно внутри находился спящий младенец, которого нельзя потревожить ни при каких обстоятельствах.

Ящик проплыл мимо моего лица буквально в полуметре, и в этот момент воздух между нами густо зазвенел.

От тёмного дерева фонило настолько концентрированной, тяжелой магией, что моя Оценка не просто сработала — она буквально вломилась в восприятие сама собой, без всякой команды с моей стороны.

«Ошейник для фамильяра. Материал: [не читается сквозь преграду]. Мастер: [не читается]. Возраст: около четырёхсот лет. Сила: прямой доступ фамильяра к манозапасу владельца; передача владельцу сенсорного восприятия фамильяра; проведение магии владельца через фамильяра с возможностью формирования заклинаний в точке его нахождения; снятие ограничения по дальности связи. Реальная цена: пятьдесят тысяч золотых».

Я на секунду перестал дышать, фиксируя взглядом заоблачные цифры. Опять эти пятьдесят тысяч! В Жаровске это несгораемая сумма, что-ли⁈

Эта сумма не укладывалась в голову, но по-настоящему меня зацепила даже не цена. Намного сильнее в зрачки въелось описание его боевого функционала.

Прямой доступ к манозапасу владельца. Снятие лимита по дальности. И полный транзит магии вместе с визуальным каналом.

В обычной ситуации любой фамильяр — это просто магический питомец с крайне скромным ресурсом. У него внутри стоит куцая батарейка: выдохнулся за пару минут боя или парочку простых трюков, и дальше сиди, жди, пока он восстановит силы. Плюс жесткая привязка по дистанции — отбежал от хозяина на пять-шесть километров, и связь рвется, постепенно превращая зверя в пусть и умное, но всё же обычное животное.

А артефактный ошейник ломал эти правила на корню.

Он работал как прямой магический канал, напрямую связывающий меня со зверем. Фамильяр больше не зависел от своего мизерного ресурса — он получал беспрепятственный доступ к моему личному источнику. Сколько энергии у меня в резерве, столько автоматически оказывается и у него.

Но самым интересным в этом артефакте было другое свойство — абсолютная отмена лимита по расстоянию и прямой транзит заклинаний.

Я представил этот расклад во всех деталях. Я могу запереться в комнате на одном конце Жаровска, пить горячий чай и спокойно смотреть на мир глазами своего зверя, пока тот бродит по вражескому особняку на другом конце города. И не просто смотреть, а удаленно бить своими же боевыми заклинаниями прямо из его тушки.

Для цели это выглядело бы так, будто на нее ни с того ни с сего напал обычный кот, способный выдавать магию высшего порядка. Враги даже не поймут, кто и откуда их накрыл, пока сам боевой маг находится в идеальной, абсолютной безопасности.

Ультимативный инструмент для скрытной разведки, диверсий и безнаказанных точечных ликвидаций.

В голове щелкнуло, и перед глазами немедленно встал Себастьян.

Себастьян, получающий неограниченный доступ к моему манозапасу. Себастьян, кастующий мои заклятия из любой точки на карте, пока я сижу в кабинете. Потенциал у такой связки вырисовывался просто фантастический, но почти сразу вслед за азартом накатило второе чувство — глубокое, сложное и крайне неоднозначное.

Потому что это всё-таки ошейник.

Просто слово, но за ним стояла предельно жесткая суть: предмет из кожи и армированного металла, который насильно надевают на шею и плотно застегивают на замки, подчиняя чужую волю.

И в этот момент в памяти внезапно всплыли Мира и Сизый, у которых было весьма однозначное отношение к любого рода ошейникам…

И всё же… черт меня дери, я хочу заполучить этот артефакт!

Глава 9

Убийца армий!

— Эй! Ты! От телеги отошёл! — рявкнул охранник прямо мне в ухо, отчего я даже на секунду потерял нить собственных мыслей.

Только глянув по сторонам, я осознал неприятный факт, что