Осколок звезды - Лилия Олеговна Горская

больше: то, что папа приравнял ее, родную дочь – Хранительницу! – к членам Совета, врагам и скептикам, или то, что тот уже готов дать Богине перерезать нити своего жизненного полотна.

Чик, чик – дерево методично выстругивалось в голову полярной совы.

– Выходит, вы и вправду изучали Бездну все эти годы? Неужели ее действительно нельзя уничтожать? – Айраэль вцепилась в платье.

– Если мы не хотим второй Катастрофы – нельзя.

– Собрание объявит нам войну, если ты откажешься, и никакой «статус Хранительницы» нас не спасет! Ты давал клятву, как и я! Мы не можем не следовать слову Совета!

Осознав, что перешла на «ты», Айраэль остановилась и дала себе сделать один вдох и выдох.

– Отец, скажу прямо, – начала она заново, как можно более спокойно и твердо. – Как для принцессы, для меня нет ничего важнее своих обязательств. Вы не слушали меня эти пять лет, как и Ригельда, но в этот раз придется. Давайте поговорим, как взрослые. Я хочу загадать желание на Голубую луну.

Фомальгаут подул на брусок, сдувая стружку.

– Хорошо.

– Так… просто? – Айраэль опешила.

– Тебя это так удивляет?

– Удивляет?! Более чем! Папа, если вы шутите, клянусь, я сейчас же встану и выйду отсюда.

Отложив работу, включая поднос и инструмент, на свободную половину постели, король протянул руку и притянул дочь в объятия. Айраэль распахнула глаза, задержав дыхание.

– Послушай меня очень внимательно, – голос короля вдруг перешел на шепот. – Первое: даже у стен есть уши. Никому не доверяй, кроме себя. И второе: мы загадаем желание. Но не то, что просит Совет.

Айраэль словно сковало по рукам и ногам. Обман? Отец толкает их на обман всего мира?

– Что…

– Тише. Я надеялся, что мне удастся их уговорить, но раз не вышло, нужно пойти другим путем. Никто не узнает, что ты загадаешь что-то иное, пока будешь кивать и соглашаться. Все думают, что мы повязаны по рукам и ногам, но помни, Айраэль: твое желание принадлежит исключительно тебе. Если ты уничтожишь Бездну, всему придет конец. Если вдруг Хадар или архиепископ сдадут позиции, когда меня не станет, стой на своем. Не уничтожай Бездну. Загадай, чтоб она просто закрылась, но ни в коем случае не уничтожай. Ты меня поняла?

Айраэль бросило в холодный пот. Предать доверие всех стран? Проигнорировать решение всего мира, выбрав то, что предлагает один-единственный, самый близкий на свете человек?

Она выпуталась.

– Ты просишь меня стать клятвопреступницей, – едва слышно забормотала она. – А если твое мнение ошибочно?

Фомальгаут глядел на нее прямо и уверенно. Но Айраэль слишком хорошо знала взгляд этих серых глаз – такой же она видела почти каждый день в зеркале. Отец загнан в ловушку. И знает об этом.

– Верь мне. Я знаю, что взваливаю на тебя слишком многое. Но ради всего мира, доверься мне в последний раз.

– Довериться? – Айраэль встала, отступив от постели. – Да как я могу после…

Всего.

Губы Айраэль изогнулись, опустившись. Не в силах взглянуть отцу в глаза, Айраэль отвернулась. Перед ней вставали лица: королей и королев, учителя, прихожан…

Предать всех – или предать одного.

– Ты ведь не договариваешь. Правда? Что еще ты скрываешь о Бездне?

– Ты всегда можешь прочитать мои дневники. Но только после того, как я умру. Я надеялся, что Богиня заберет меня прежде, чем наступит праздник, однако… Видимо, таково мое наказание.

Она сжала кулаки и пошла прочь. Прочь отсюда, от вони лекарств, головы оленя над камином и постели, на которой лежит кто-то, кого просто невозможно понять.

– Айраэль, – позвал король, когда она уже взялась за дверную ручку.

Принцесса не хотела останавливаться. Но остановилась.

– Не разговаривай с подозрительными людьми. Особенно с теми, кто сладко улыбается. И, пожалуйста, когда встретишь брата, – добавил он тише, – убедись, что он помнит нашу песенку.

Айраэль вышла и хлопнула дверью. Хадар уже ушел, поэтому, вылетев в коридор, Айраэль дала себе всласть хлопнуть и второй дверью. Нова и Лукс, прислонившись к стенам по обе стороны от двери, вздрогнули и оторопело уставились на принцессу.

Айраэль, прямая, как палка, с лицом, не выражающим ничего, приказала:

– Нова, коридор и свет. Лукс, барьер.

Оба зашевелились так быстро и слаженно, словно услышали давнишний пароль. Нова затушил факел о каменный пол, а потом сел, скрестив ноги и уткнув кулак в щеку. Он принялся расти, пока не занял все пространство каменного тупика.

Люкс сложил вместе три пальца одной руки и сделал движение по кругу, заключая принцессу в непроницаемый шар, отделенный от воздушного пространства тонкой прослойкой ваакума. Потом Лукс почтительно отвернулся, складывая руки за спиной.

Пользуясь мгновением абсолютной свободы, Айраэль сжала кулаки добела и затопала, выплевывая тонну неких ярко окрашенных слов, сотрясая руками воздух.

– Доброго вечера, – кивнул проходивший мимо тупика караульный.

– Привет, – добродушно махнул рукой Нова.

Успокоившись, Айраэль выпрямилась и пригладила косы. Потом она достала из кармашка на поясе стеклянный шарик и сильно встряхнула его, и тот загорелся, осветив пространство коридора. Получив сигнал, Лукс обернулся и снял воздушный барьер.

Нацепив возвышенную маску, Айраэль, как ни в чем ни бывало, сказала:

– Хочу сладкого. И прогуляться.

За тенью

– Мы нашли беглецов, – доложил молодой голос. – Один кусался, другой пытался подговорить Подчиненных, чтоб дали им сбежать. Имен не называют.

– Не утруждайтесь пытками, мы и так знаем, как их зовут и как они сбежали. Одной моей головной болью меньше. На этот раз я лично прослежу, чтобы они не сбежали. Куда их поместили?

– В подвал моего дома, – ответил крепкий голос.

– Отлично. Держите их без еды и воды, пока не понадобятся.

– Но разве они не…

– Погибнут? – усмехнулся спокойный голос. – Нет, уж кто-то, а они так быстро не помрут. Они модицифированы и смогут обойтись без еды и воды, хоть и помучаются от голода.

– Один из них не может быть модифицированным. Он носит знак звезды на груди.

– Хм. Вероятно, трансмутация оказалась незавершенной. В таком случае, кормите только его. Они близки?

– Достаточно. Друг за другом горой стоят.

– Лорд рассказал, что они друг другу братья. Это правда? – полюбопытствовал молодой голос.

– Никакие они не братья. – Обладатель спокойного голоса раздраженно вздохнул. – Эти щенки, будучи в одной партии испытуемых, ускользнули у нас из-под носа три месяца назад. Один – сирота из снесенной деревни, второй – юный господин, сбежавший из дома. Если наш «юный господин» еще не обращен, то и способностей у него нет. А вот сирота… Вы заметили на нем что-то странное?

– Перья. Под бинтами у него по всему телу островки перьев, как у