В сердцах холодный лед - Ольга Токарева

Между статуями пронеслась, словно пуля, а последние ступеньки, проскакала, как сайгак, боясь не наступить на подол платья. Влетев в здание, чуть не врезалась в Теодору (будь, она неладна).

Статс-дама, окинув меня недовольным взглядом, передернув плечами, чуть не плюя через губу, выдала:

— Графиня Киара Корхарт, вы как всегда в своем репертуаре. За то, что не явились вовремя на торжество, будете выступать последней, — посчитав долг выполненным, Теодора вальяжно повернулась и, вздернув голову, плывущей походкой направилась к щебечущим в волнении невестам, стоящим возле театральных занавесей.

«Да мое ж ты золотце. А то без тебя не знаю, когда буду выступать». Мысленно похихикав и послав благодарность графине Салькофт, я понеслась искать свою музыкальную труппу. Гримерные комнаты для ребят заранее обговорила с Лист Вистровским.

Импресарио оказался дружелюбным мужчиной. Он лишь покачивал головой в знак согласия, когда перечисляла ему, что мне необходимо и какие комбинации следует добавить и внести перед нашим выступлением.

— Не волнуйтесь, леди Киара. Гариар Тарминский распорядился ни в чем не отказывать невестам герцога Вильгара Арвайского.

Едва тогда удержалась, чтобы не расцеловать Вистровского. Пятый нормальный мужик на все королевство. Ну, почти. Не будем вдаваться в подробности к кому еще неровно дышу.

Первым делом забежала в гримерную, которая была отведена для мужской части моего коллектива. Обговорив с ними еще раз все детали постановки и освещения, обратилась к Растиану: — Как успехи с озвучкой новой песни?

— Удивительно, но с третьего раза все играли на инструментах так, словно репетировали месяц.

— Отлично. Я вас всех люблю. Не подведите.

— Не переживайте, леди Киара, наше и ваше выступление запомнят надолго, — улыбаясь во весь рот, подбодрил Одон. Подмигнув мне, он прошелся палочками по кожаным мембранам барабанной установки.

— Мне нравится ваш настрой. Я к девушкам. Выступаем последними.

Мои красавицы, сбившись в кучку, смотрели на меня в немом испуге, к тому же с побледневшими лицами. Пришлось разряжать обстановку.

— Гав! — я вскинула руки с растопыренными пальцами вперед.

Шутка удалась на славу. Подскочив, девушки взвизгнули, а затем гримерную оглушил веселый девичий смех.

— То-то же. С такими кислыми лицами в Королевском театре не выступают. А сейчас быстро переодевайтесь. Наводите марафет на своих личиках, и мне нужно переодеться в сценическое платье. Ох, и страшно мне, девки!

Комнату вновь оглушил веселый смех. Осушив платком выступившие на щеках слезы, поспешила за ширму. Девушки еще не видели моего наряда и будут первыми оценщиками, можно сказать, шедевра.

Стиль Годе как нельзя лучше подошел к облику девушки-зимы. Фасон платья «русалка», на мой взгляд, в нашем мире считался самым изысканным и соблазнительным. Всего-то необходимо иметь идеальную фигуру.

Надев наряд, встала перед зеркалом. Придраться было не к чему.

Платье сексуально облегало мою грудь, талию и бедра, расширялось в районе колен и переходило в юбку в пол с пышным шлейфом.

Наряд состоял из двух слоев: основа — плотная белая ткань, а сверху белое нежное кружево, расшитое мелкими бусинами, выточенных из кристаллов от белого да синих цветов. Цветовая гамма медленно перетекала по всему платью, делая шлейф практически темно-синим. Белому лифу и рукавам до кисти отводилась особая роль. Они подчеркнули изящество и хрупкость, делая мой образ скромным.

Рассматривая себя в зеркале, засомневалась в выборе наряда.

«Не слишком ли я шокирую высшее общество этим платьем? Если посетители «Черного Эдельвейса» привыкли к гардеробу певиц, то королевский двор, возможно, хватит удар. Так… это страхи перед выступлением. Нужно все дурные мысли выкинуть прочь. Что мне короли! Сегодня я пою для него. Завтра последний бал и оглашение. На ком остановил выбор Вильгар. А то мы все такие дурочки и ничего не знаем».

— Леди Киара, — вымолвила Талия и, смотря на меня во все глаза, замерла в немом изумлении.

На голос флейтистки прибежали остальные девушки и поддержали ее в неподдельном ошеломлении.

— Леди Киара, вы такая красивая, — летая где-то в облаках, прошептала Маргит.

— Спасибо. До завершения образа надену диадему и вот эти белые туфельки на шпильке двенадцать сантиметров.

— Как же вы на таких каблуках ходить будете? — всплеснув руками, пораженно произнесла Дора.

Выставив из-под юбки ногу, покрутила ею еще раз, демонстрируя туфли.

— Платформа в полтора сантиметра сглаживает подъем, а ходить в такой обуви очень даже удобно.

Для убедительности подошла к большому, в пол, зеркалу, осмотрела еще раз себя с ног до головы, полюбовалась на игру сияющих кристаллов.

Осталось распустить волосы и дополнить образ диадемой, что я и сделала.

Платиновая тиара, состоящая из одиннадцати секций, пронизанных сиянием бриллиантов, напоминала соединение снежинок. В центре венца помещалась брошь, инструктированная алмазами и большим голубым изумрудом.

Расчесав волосы, собрала их на макушке, закрепив шпильками и заколками, аккуратно надела тиару на голову и тоже закрепила зажимами концы диадемы на волосах. Основная часть волос падала волнистым каскадом по спине, спускаясь практически до подколенных ямочек. Подхватив прядь дымчатого цвета, перекинула ее через плечо и, улыбнувшись своему отражению, выдохнув скопившееся напряжение, вымолвила: — Пора.

Захватив музыкальные инструменты, девушки покинули гримерку. Мы с Лист Вистровским обговорили выход.

После того, как выступит предпоследняя невеста, последует мой выход. Занавес закроют на некоторое время, дав возможность моему музыкальному коллективу расположиться на сцене. А также дав возможность Севе и Гави расставить по всему концертному залу софиты и усилители.

Наконец настал момент, когда конферансье объявил мой выход:

— Дамы и господа, предлагаю вашему вниманию послушать выступление графини Киары Корхарт. Для вас она исполнит песню «Вьюга».

Когда поднялся занавес, Растиан взмахнул рукой, отдавая команду коллективу о старте выступления.

Освещение главной люстры практически угасло. Свет софитов был направлен на мой плавный выход на сцену. Подхватив первые аккорды музыки, я запела:

«Где-то там, за окном, бродит зима

Сеет снег. Белый снег ночью и днем…»

Пропев первые строки, стала настраиваться на атмосферу музыки и ее звучания. Отдаваясь во власть волшебных звуков, я все больше окутывала зал и сидевших в нем людей атаками тембра своего голоса, и мы все вместе утопали во власти зимы.

Мало кто в зале обратил внимание на появление первых снежинок. Подхваченные вьюгой, они кружили в хороводах, пролетая над зрителями, заворожено слушающих вокалистку.

«Тихо саваном белым

Вьюга дом укрой

Где-то ты засыпаешь

Где-то, но не со мной…»

И вот из вихря снежинок выходит красавица зима. Ее снежный наряд чем-то схож со сценическим платьем Киары. Лицо девушки бело, взгляд