Серебряная сойка. Между волком и кречетом - Мария Александровна Ерова

приказал бросить Ярену в узилище из-за того, что та пыталась меня убить. Вожак оборотней не стал бы терпеть того, что молчаливо переносил Ярослав. Медяна вертела им как хотела, а он всё сносил. И мне вдруг захотелось вернуться туда, в лес, в надёжные объятия моего волколака…

Стоп! Да что за мысли такие? Откуда они взялись в моей голове? И пяти минут не прошло, как я с князем едва не поцеловалась, а уже готова была бежать к другому… Нет, себя я не понимала. Да и как такое можно было понять? Нужно было выкинуть все эти глупости из головы: ни тот, ни другой мне были не парой. Куда простолюдинке заглядываться на князя? А человечке — на волка? Бред, да и только…

Нужно было занять себя работой — не только для того, чтобы мысли дурные из головы прогнать, а ещё и не прослыть лентяйкой. Сколько можно было сидеть взаперти и мучиться из-за того, что я всё равно не в силах была изменить? Собравшись с духом, я отправилась на кухню в надежде застать там Яру, но подруги там не было. Куда же она подевалась? Неужели до сих пор дуется на князя? Только вот это тоже было делом бесполезным…

Я помогла тётке Прасковье с пирогами, почистила овощи, разделала свежую утку, которую накануне притащили охотники. Яра не появлялась, и я начала беспокоиться. Закончив здесь с делами, я отправилась во двор, заглянула в конюшню и прачечную — девушки нигде не было видно. Но когда я возвращалась в терем, то едва не столкнулась в дверях с Медяной, резво успев отскочить, чтобы не дай боги не коснуться её дорогущего наряда. «Княжна» изволила гулять, и это значило, что Ярослав сейчас один… Не раздумывая больше, я отправилась прямиком к нему, чтобы узнать, может быть, он куда-то отослал мою подругу, чтоб глаза Медяне не мозолила. Но, поднявшись на второй этаж, я услышала их голоса — Яры и Ярослава, а в приоткрытую дверь увидела, что та сидит у князя на коленях, а он бережно поглаживает её по голове, успокаивая, вытирая с лица слёзы…

Сердце сжалось в комок, забыв, как биться! То, что я увидела, не могло не повергнуть меня в шок! Это было чистой воды предательство! И я, не мешкая ни секунды, бросилась вниз, больше не желая участвовать в этой лживой истории…

Глава 36

Я хотела уйти, но не знала, куда пойду. Замёрзнуть и умереть было слишком просто, но я и не хотела прощаться с жизнью. Хотя и жить так тоже не хотела. Я то ложилась на кровать, то вскакивала, принимаясь злиться, а то ударялась в слёзы. Что-то со мной происходило, непонятное, нездоровое, и единственное, что я сейчас ощущала — это ярость и бессилие, и это добивало меня ещё сильнее.

Дверь, скрипнув, отворилась, пропустив внутрь зарёванную, но уже успокоившуюся Яру. Она даже улыбалась, и как же мне сейчас хотелось стереть с её лица эту улыбку! Высказать, всё, что я думаю о ней — змее, что всё это время притворялась моей подругой, пыталась свести меня с Ярославом, а сама при этом с ним шашни за моей спиной крутила! Да и он хорош… Говорит одно, делает другое… Ненавижу их! Ненавижу…

Одного взгляда хватило девице, чтобы нахмуриться и спросить:

— Арина, что-то не так?..

Я, гордо вскинув голову, отвернулась к окну, не желая с ней больше даже разговаривать.

— Да что случилось-то?! — потребовала ответа Яра, рассердившись.

— Я думала, мне Медяны нужно опасаться… — сама не зная, как не сдержалась, вымолвила я. — А тут, оказалась, главная змеища всё это время под боком жила… Песни сладкие пела, а за глаза планы коварные строила!

Девица, захлопав ресницами, словно не понимала, о чём я тут талдычу.

— Про кого ты говоришь? — хмуро спросила она. — Что-то я тебя не понимаю…

— Я видела вас! — воскликнула я, и голос мой сорвался, показавшись мне самой незнакомым, диким. — Тебя и Ярослава! Так что не отпирайся! Ты сидела у него на коленях, а он… он…

Яра, выслушивая мою яростную речь, неожиданно расхохоталась. Я не ожидала от неё именно такой реакции, а потому замерла, не понимая, что происходит.

— Прости, — схватившись от смеха за живот, пролепетала девушка. — Подожди чутка, сейчас боль отпустит…

Я уставилась на неё как на умалишённую.

— Не понимаю, чего здесь смешного?

— Да всё, всё смешное… — не унималась та, но на меня между тем не злилась. — Ну и фантазия у тебя, Арина! Сама придумала, сама обиделась…

— И ничего я не придумала! — запротестовала я. — Хочешь дурочкой меня выставить?! Не получится…

— А что в том зазорного, чтобы старший брат сестрицу свою успокаивал? По голове, как в детстве, гладил? — усмехнулась Яра, но как-то горько, словно улыбка вызвала в ней эту боль.

— Ничего. Да вот только вы — не брат с сестрой. Или…

Страшная догадка только сейчас озарила меня. А что, если это правда?! Яра всегда привольно вела себя с князем, а он всё спускал ей с рук. А ведь в этом что-то было, и почему я раньше не догадалась?..

— По батюшке, — наконец, призналась она. — Мать Ярослава померла рано, князь остался один, а моя мамка шибко красивой была, хоть и простолюдинкой… Не сдержался он, влюбился, но жениться не стал. Вот и родилась я — ни княжна, ни холопка, серединка на половинку… У нас с Ярославом даже имена похожи. Да и батюшка нас равно любил, пока жив был. Матери я тоже рано лишилась, почти её не помню. Ну а братцу я в наследство, так сказать, досталась. Он не против был сестрицы, пусть и такой, из простых, зато по крови. Вот и нянчился со мной с самого детства. Так что нечего тебе за нас беспокоиться. И всё, что я говорила тебе — правда. Не врала я. А то, что нашим родством с князем не хвасталась, так это потому, что кичиться этим не хотелось. Не в моих это правилах… но теперь ты всё знаешь, Арина. Решай, как поступить…

Но я бросилась Яре на шею, забыв про то, как недавно чуть было возненавидеть её не успела.

— Прости меня! — воскликнула я, едва вновь не разревевшись. — Но, понимаешь, что ещё подумать можно было? Ты, князь, у него в комнате, одни, да ещё он тебя держал на коленях…

— Я понимаю, — кивнула она мне. А потому не злюсь… Ты ещё разговаривать принялась, а я бы сразу в