Найди меня в сердце ночи, Каноко - Лин Си Ён

пока звук двигателя окончательно растворится в ночи, и наконец сделал пару осторожных шагов вперед, стараясь не издавать ни звука. Каноко выдохнула. Напряжение безумного дня наконец исчезло.

Ветер колыхал ветви деревьев, отбрасывавших призрачные тени на стены домов. Казуо нашел на стоянке мотоцикл Харухи и указал на шоссе. Каноко согласно кивнула – да, лучше уж завести его там, а не пугать жителей окрестных домов ревом мотора. Не хватало еще, чтобы кто-нибудь из них вызвал полицию. Этот долгий вечер и так затянулся.

Она взглянула на наручные часы, люминесцентный циферблат чуть светился в темноте. Едва больше полуночи. Еще можно успеть вернуться домой.

– Даже не думай. – Казуо увидел, как она осмотрелась. – Я хочу понять, что происходит. Объясни мне хоть что-нибудь!

Каноко замерла, обдумывая предложение.

– Если они завтра снова нападут? Я хочу хотя бы знать, что делать.

– Не нападут. – Она вспомнила хитрый взгляд Кицунэ. – Можешь не беспокоиться.

– А почему сегодня напали? – Он было тоже остановился, но, заметив, что Каноко пришла в себя, продолжил путь. – И ты знала, что нападут, не отрицай.

Она лишь помотала головой. Нет, до того момента, пока она узнает точно… Каноко стушевалась. «С тобой бы так поступили. Не говорили бы, что случилось, сможешь ты после аварии продолжать заниматься гимнастикой или нет».

– Видел, как тот мальчик из паука превратился в человека? Это… такие «супермутанты». Особые мутировавшие. – Каноко замерла, страшась произнести последнюю фразу. – И мне кажется, ты один из них.

Казуо поднял брови и расхохотался. Вся конспирация мигом канула в Лету: из ближайшего окна выглянуло недовольное лицо в бигуди и зыркнуло на них, будто маска тэнгу. Пришлось срочно сбегать ближе к дороге.

– Я не умею превращаться в гигантского паука. В лису, дракона и каппу – тоже, – отсмеявшись, заявил Казуо.

– Ну, может, не в каппу… Я сама не уверена, честно говоря.

– Но гарантируешь, что завтра за мной никто охотиться не будет?

– Да. – Каноко кивнула еще раз. В этом она не сомневалась.

После тьмы дворов огни автострады казались ослепляюще-яркими. Казуо нашел проход в ограде и протащил туда мотоцикл.

– Куда тебя подвезти?

– Сама дойду. – Каноко ткнула в указатель над дорогой. До ближайшей станции было всего полкилометра.

– На мотоцикле быстрее, точно успеешь.

Она склонила голову:

– И так успею.

– Сдаюсь! – Он в шутку поднял руки. – Номер хоть скажи.

Каноко запнулась на первой цифре – нельзя, он точно поймет, что у них с Харухи один домашний телефон.

– Лучше ты. Я все выясню: ну, в кого ты можешь превращаться, и позвоню.

Казуо казался заинтригованным и чуточку расстроенным. Каноко его понимала. Но номер протянул – написал на обрывке чека «Королевы вкусностей».

– До завтра?

– Да, до вечера.

Казуо неожиданно замер перед ней. Ни уединения кабинки для караоке, ни романтичной музыки. Но Каноко недоумевала ровно секунду, а потом улыбнулась, встала на носочки и коснулась чужих губ.

Глава 9,

в которой главная героиня перестает быть таковой

Теплый ветерок продолжал колыхать травинки и сдувать со лба челку. До летних каникул оставалось всего два дня. Каноко валялась на школьном газоне и совсем-совсем не собиралась никуда идти. Взгляд скользил от облака к облаку, а те все медленно плыли по голубому небу: белые, пушистые и независимые.

Солнце согревало кожу, и она чувствовала, как желание шевелиться и хоть куда-то идти постепенно покидает тело. Вдалеке раздавались приглушенные звуки детских голосов: младшие, обезумев от собственной энергичности, кажется, устроили там шабаш. Но какая разница?

Каноко перевернулась на бок, прижала колени к груди, подложила под голову форменную жилетку и уткнулась носом в мягкую траву. Мысли в голове тоже текли неторопливо и бестолково, и думалось исключительно о пляже, упавшем за тумбочку томике манги и свежей клубнике в общем холодильнике. Вдруг ее еще никто не съел?

Рядом лежала школьная сумка, набитая учебниками. И именно ее кто-то пнул Каноко прямо в лицо.

– Совсем с ума сошел, что ли?

Нет, она знала, что некоторые ее одноклассники не только школьную программу с трудом изучали, но и в реальной жизни не отличались минимальной сообразительностью. Но ей казалось, что каждый уже усвоил, что приставать к ней – себе дороже.

Вскочила Каноко настолько быстро, что, когда по кудрявой макушке прилетел щелбан, одноклассник лишь удивленно заморгал.

– Ты что творишь?

– Я просто хотел тебя позвать!

«Он идиот. Выкристаллизованный. Эталонный. Хватит тратить на него время», – пришлось повторить Каноко про себя, чтобы хоть попытаться свыкнуться с этой мыслью.

– Ладно, допустим, верю, что ты не нашел способа лучше. Что?

– Тебя в учительскую.

Подобрав с земли сумку, Каноко поспешила в сторону корпуса. Учителям-то что нужно? Тренер же обещала с ними поговорить.

Постучав по стеклянной створке двери, она дернула за ручку и протиснулась внутрь.

– Можно?

Тьютор удивленно посмотрел на учительницу, а та кивнула, глядя ему в глаза.

– Да, заходи, Такахаши. Нам сегодня нужно будет поговорить о выборе твоего жизненного пути. В какой университет ты хочешь поступать?

– Не хочу.

– В смысле?

– Ну…

Каноко, уже успевшая сесть на стул перед учителем и тьютором, заерзала. Заявить: «Просто не хочу еще несколько лет просиживать штаны на скучных уроках» – было явно неправильно.

Учительница хотела сказать что-то еще, но тьютор ее остановил.

– А как ты представляешь себе свою взрослую жизнь?

«Никак». Тогда у нее действительно случился мерцающий синий экран, как у домашней консоли, когда та ломалась. Каноко просто сидела и недоумевала, зачем ее сюда притащили.

Она отключила будильник, но вставать не хотелось, да и дом был подозрительно тихим, потому и оставалось только валяться и вспоминать сон о прошлой жизни.

«Как я представляю себя взрослой?»

Ответ «никак» преподаватели тогда не приняли, к сожалению. Но нормально ответить на вопрос у Каноко все равно не получалось, даже два с половиной года спустя.

«Что бы сказал Казуо?»

От воспоминаний стало тепло и чуточку не по себе. Нет-нет-нет, она не собиралась о нем думать! Совсем засмущавшись, Каноко перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку.

«Я не представляю свою взрослую жизнь, я уже ее живу. Чего хочу в будущем? Высокой зарплаты, не работать в „Королеве“ и чтобы было время на кендо». – Воображаемый Казуо сидел на ветке большого гуавового дерева в саду общежития на Окинаве. Он там, конечно, никогда не был, но смотрелся удивительно уместно.

Каноко нахмурилась. Да, с Казуо было все понятно уже давно.