Суженая Зверя - Yosu Yosu

— Поможем, — ответил Алешка, сваливая вещи на лавку позади Леры. — Завтра с детьми поговорю. Девица, там за печкой есть небольшая кровать, можешь лечь отдохнуть.

— Не хочу. Я тут заметки сделала, может, тебе помогут. Дядя Боря рассказал мне все.

Алешка развернул стул, сел на него верхом и, положив подбородок на сложенные руки, с интересом посмотрел на нее.

— Хочу послушать, что ты там разузнала, — Алешка одарил ее обаятельной улыбкой.

Лера неловко заправила локон волос за ухо и, раскрыв блокнот, опустила в него глаза.

— Перед тем как умер первый ребенок… — она прочистила горло, — Дети гуляли в лесу, недалеко от старого, заброшенного дома. Дядя Боря сказал, что раньше в этом доме жила ведьма, — Лера подняла взгляд на Алешку. — Дети признались, что заходили внутрь из любопытства. Может, это дух ведьмы?

— Возможно, девица, — улыбка Алешки стала шире, он не сводил с нее внимательных серых глаз. — Что-то еще?

— Да. То, что нам рассказал Ваня в гильдии, отличается от правды. Он говорил, что дети умирали во сне, без следов. А дядя Боря рассказал, — она понизила голос, — что их находили растерзанными за домом.

Алешка резко поднял голову, улыбка исчезла.

— Это правда? Тогда почему вы не сообщили об этом в первом письме? — хмурясь, спросил он у дяди Бори.

— Не знаю, чародей, — удивленно посмотрел на него мужик.

— Что стало с вашим старостой?

— Помер он, уже как зиму назад. Поехал в столицу, а по дороге назад погиб. Нечисть Виевская растерзала. Когда обряд захоронения делали, части одни складывали. Даже толком собрать тело не смогли.

Алешка задумчиво сцепил пальцы в замок.

— А женщина в его доме — жена?

— Дочь. Жену он в молодости потерял, девку свою сам растил. Не женился больше.

— И кто за деревню теперь отвечает? — вмешалась Лера.

Алешка посмотрел на нее и его губы дрогнули в улыбке.

— Кто отвечает-то, да никто. Вот Маруська, ну, дочь старосты пока и справляется.

— Вначале с детьми разберемся, — Алешка посмотрел на спящих малышей. — Утром все подготовлю. Отдохните пока. А ты, девица, днем со мной в тот ведьмин дом пойдешь. Так что отоспись пока.

Лера убрала блокнот в сумку и нехотя улеглась за печкой. Но как бы она ни старалась, сна не было.

В избе было тепло от печи и очень тихо. Слышно было только сопение спящих детей. Лера вылезла из-под одеяла, тихо поднялась и выглянула из-за печки. Алешка сидел за столом, не спуская настороженного взгляда с темного окна. Дядя Боря уже спал на лавке, подперев голову рукой и тихонько похрапывая.

Она тихо подошла к Алешке и села рядом.

— Ты уже знаешь, кто убивает детей? — шепотом спросила Лера.

Он кивнул, не отрывая взгляда от темного окна.

— А почему не сказал об этом ему? — она посмотрела в сторону спящего мужчины.

— Нужно проверить. Если я окажусь прав, то в следующую ночь здесь будет неспокойно.

Лера поежилась, обнимая себя руками.

— Оно настолько опасно?

— Да. То, что убивает детей, очень хитро. Скорее всего, сейчас наблюдает за нами.

Лера огляделась, сжимаясь на стуле и подбирая ноги на него.

— В каком смысле наблюдает?

— Там, — Алешка кивком указал на окно. — Оно притаилось и выжидает.

— Спасибо, теперь я точно не усну, — пробурчала Лера, придвигая стул ближе к нему.

Он тихо засмеялся, закидывая руку на спинку ее стула.

— Не волнуйся, девица, я же рядом.

Лера одарила его скептическим взглядом.

— Не веришь, что защищу? — Алешка чуть понизил голос.

— Верю. Ведь если ты еще раз оставишь меня одну…

— Знаю. Придушишь меня во сне, — он улыбнулся и чуть наклонился к ней.

Лера повернула голову и столкнулась с его внимательным взглядом. Она смутилась и поспешно отвернулась, делая вид, что разглядывает бревенчатые стены.

— Именно, — выдавила Лера из себя.

— То, что было сегодня у тебя в руках, что это за книга?

— Блокнот. Его используют в моем мире, чтобы делать записи.

— А чем ты их делала?

— Ручка. Эм… такая палочка, в которой уже заправлены чернила. Не нужно перо в них каждый раз макать.

— Удобно, — оценил Алешка.

Лера улыбнулась, искоса поглядывая на него. Они сидели слишком близко друг к другу. Его рука почти касалась ее плеча, но Алешка держал дистанцию. Обняв колени, Лера положила на них подбородок, пытаясь скрыть пылающие щеки.

— Расскажи, в твоем мире у тебя есть жених? — внезапно спросил Алешка.

Она помотала головой.

— Был. Но мы расстались.

— Почему?

— Я узнала, что у него были другие. А потом выяснилось, что он был со мной только из-за моих… самоцветов.

Алешка нахмурился.

— Ему нужно было твое богатство?

— Можно и так сказать. Мы были вместе три… три зимы.

— Немалый срок.

— Это были мои первые отношения. Я думала, он меня любит. Даже представляла нашу свадьбу. Только… — голос Леры дрогнул, и она замолчала.

Быстро смахнув непрошеную слезу, она горько усмехнулась.

— Я слишком наивная и глупая. Поверила, что такой, как он, сможет полюбить меня по-настоящему.

— Такой, как он? — переспросил Алешка.

— Ну, понимаешь… В моем мире он считается очень красивым. И когда мы только начали встречаться, он был таким милым, внимательным. Было больно осознать, что все это — лишь игра.

— Он просто кусок лошадиного дерьма, — раздраженно фыркнул Алешка.

— Согласна. Но я сама пустила в свою жизнь этот кусок, — печально улыбнулась Лера, поворачиваясь к нему. — Я с самого начала понимала, что теряюсь на его фоне. Не могла поверить, что стала особенной для такого шикарного парня, и, как дура, радовалась.

— Лера… — Алешка аккуратно, почти невесомо провел подушечкой большого пальца по ее скуле, стирая след от слезы. Он склонился ближе.

Лера затаила дыхание, утопая в его глазах. Внутри все вспыхнуло, кровь застучала в висках. Его горячее дыхание коснулось ее губ, и она моргнула, осознавая, как опасно близко они находятся.

— Не знаю, что ты увидела в нем, но скажу одно, — тихо прошептал Алешка, нежно касаясь ее руки,