Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается! - Лия Юмай

Когда дверь за Тенном закрылась, Рэмонд медленно поднял на меня взгляд.

— Есть версии? На что обратили внимание в рассказе Филиппа? — спросил Крау, напомнив мне господина Труэля, моего преподавателя в Академии.

— Во-первых, странно, что извозчик перепутал улицы, где находится театр, знают все. Во-вторых, думаю, Аврору прокляли до встречи с Филиппом.

Глаза Рэмонда радостно заблестели:

— Умница!

Я моментально почувствовала, как лицо заливает краской. «Да что же такое! Я должна на него сердится»! Едва заметно я даже топнула ногой от досады, не отводя взгляда от глаз Рэмонда.

Осознав, что молча смотрим друг другу в глаза вот уже несколько секунд, погружаясь в какую-то незнакомую вязкость, мы одновременно встрепенулись, и слишком быстро бросились надевать верхнюю одежду, неловко ища рукава. ❥๑━━━━━━━━━━━━━━━━━๑❥

36

Капельдинер встретил нас взглядом заправского стража:

— Позвольте, господа! Какая ещё полиция? В нашем театре всё спокойно, я ручаюсь. Скоро начнутся генеральные репетиции, а я вас в зал пускать?

— Вы не имеете права не пускать представителей власти, господин… — терпеливо начал объяснять ему Крау.

— Капэль.

«Я знаю эту фамилию!” — тут же вспомнила я дело похищенной актрисы и сына директора театра.

— Постойте-ка, вы родственник актрисы Марсэлы Капэль?

Мужчина тут же побледнел и схватился за сердце:

— С моей дочкой что-то случилось?

— О, нет-нет, успокойтесь, пожалуйста! Мы совсем по другому вопросу. Если вы нас сейчас же не пропустите, мне придётся закрыть театр на время и тогда…

Капельдинер тут же испуганно открыл цепочку, преграждающую нам путь.

— Так бы сразу и сказали, что дело серьёзное… Верхнюю одежду оставьте здесь. Негоже в храм искусства в пальто врываться. — проворчал он. — По парадной лестнице направо, там любая дверь ведёт в зал.

Театр пах по-особенному. Аромат засушенных цветов, старого дерева и свежей краски смешивался с нотками сладких духов и дорогого табака. Красная ковровая дорожка скрадывала звук наших с Крау шагов и норовила опрокинуть меня лицом вниз, то и дело подсовывая под ноги маленькие складки.

Рэмонд, поймавший меня во второй раз, решил больше не отпускать мою руку. Наклонившись к самому уху, он насмешливо прошептал:

— В следующий раз, когда захотите, чтобы я взял вас за руку, просто скажите, не стоит ради этого так рисковать.

Я фыркнула и попыталась отнять руку, но он не позволил. Мы так и вошли в пустой зрительный зал, словно влюблённая пара, пришедшая на премьеру слишком рано. Здесь никого не было, а значит, мы могли спокойно всё осмотреть.

Мы всё же разделились, пройдясь между рядами обитых бархатом кресел. Рэмонд запрыгнул на сцену первый, а я воспользовалась ступеньками.

Подключив магическое зрение, я старалась не упустить ни миллиметра. Я видела остатки иллюзорной магии, что для этого места вполне естественно, радужные переливы магической музыки, немного огня и…

— Вижу капли рассеивающейся тьмы здесь и здесь, — я показала на пол. — Но среди работников театра вполне может быть некромант… К сожалению, я не могу на глаз отличить магию некроманта, от проклятия.

— Прошло более трёх дней. Следы магии, убившей Аврору, вполне могли исчезнуть, — задумчиво протянул Крау.

Я присела около тёмных пятен, стараясь рассмотреть их поближе. Дощатый пол впитал частички тьмы, они забивались в щели прямо на глазах, словно прятались от меня.

Всё изменилось неожиданно. Как в книге сказок, которая начинается с того, что главная героиня проваливается в подземное царство, я не успела даже понять, в какое мгновение пол подо мной исчез, и я рухнула во тьму.

Падение было коротким, но я успела представить себе, как приземлюсь в кучу пыли и стану звать на помощь своего верного стража. Эта картинка оказалась чересчур радужной. Ловушка захлопнулась за мной моментально, и я услышала приглушённый крик Рэмонда:

— Лаиш! Ответьте немедленно! Вы в порядке?

К моему дикому ужасу, ответить я ничего не успела: Мой рот прикрыла чья-то рука в белой перчатке.

Незнакомец сделал несколько шагов назад, потом в сторону, крепко держа меня за талию. Мы больше не были под сценой, даже воздух здесь казался другим. Я брыкалась и пыталась укусить руку, которая закрывала мой рот.

— Тшш! — шикнул голос, обдавая затылок дыханием, отчего по спине пробежали мурашки ужаса.

Он развернул меня к себе, хватая одной рукой за запястье и притягивая ближе. В кромешной тьме я не видела ничего, и все звуки стихли, выдавая действие магии.

«Магическое зрение! Оно поможет узнать что-то о незнакомце»! — подумала я, и одновременно в голове мелькнула страшная мысль, — «а успею ли воспользоваться информацией?»

Но ничего не вышло, казалось, тьма уже въелась в мои глаза и я больше никогда не увижу свет.

Дыхание незнакомца стало ближе, он зашептал мне прямо в губы:

— Зря вы не послушали меня, госпожа Лаишшш… — он едва касался моего рта, но губы словно жгло раскалённым железом, и я не могла вымолвить ни слова.

— Вы зря старались, мы всё равно одержим победу. Мир вернётся на круги своя. Иначе просто рухнет рано или поздно. Вы должны понять, вы умнее других. И мне очень жаль.

С этими словами он впился в мои губы, целуя грубо, настойчиво, заставляя задыхаться и молиться мысленно, чтобы это поскорее прекратилось.

Наконец он отпустил меня и исчез так же быстро, как появился. Я осталась стоять, жадно хватая ртом воздух. Звуки вернулись, и темнота слегка рассеялась.

— Летиция! Слава богам, вы целы! — всклокоченный, с паутиной на голове и с мечом наперевес, Рэмонд выглядел забавно, и в другое время я бы улыбнулась, но сейчас…

— Что случилось? — почти испуганно спросил он, заглядывая мне в глаза.

— Здесь кто-то был.

— Проклинатель?

Я кивнула.

— Что он сделал, Летти?

— Ничего… не волнуйтесь, я в порядке. Надо вызвать людей. Всё здесь осмотреть… — мой голос прозвучал глухо и отстранённо, будто принадлежал кому-то другому. Я машинально провела рукой по губам, пытаясь стереть то жгучее, оскверняющее ощущение, что всё ещё оставалось на них.

Рэмонд не двигался. Он смотрел на мой жест, на мои невидящие глаза, и его собственный взгляд постепенно становился всё тяжелее и холоднее. Теперь в нём сквозила ярость. — Он сделал с вами что-то, — это прозвучало не как вопрос. — И когда я найду его, эта тварь будет молиться, чтобы его просто арестовали.

Крау не стал больше расспрашивать, видя моё состояние. Вместо этого он снял свой сюртук и накинул мне на плечи.

37

Он проводил меня туда, где я провалилась под пол.