Кто правит миром. Том 1 - Цин Линъюэ

– А? Правда? – Услышав это, Хань Пу тут же широко улыбнулся, но через мгновение снова стал серьезным. – Я не хочу превосходить сестру, я хочу стоять на одном месте с сестрой.

Фэнси, казалось, не слышала его, она убрала от лица пряди волос, развевающиеся у висков, и смотрела вдаль, словно видела край неба и земли.

– Хотя на самой высокой вершине ты одинок, но ты обладаешь высшей властью, обширными землями, тысячами коленопреклоненных подданных и бесконечной славой и богатством. Это тоже своего рода компенсация.

– Но человек же не может забрать все это с собой на тот свет! – возразил Хань Пу, нахмурившись. – Раньше моя мать говорила, что когда человек умирает, все заканчивается, и все в жизни подобно облакам и дыму, их нельзя ни удержать, ни унести с собой. Мой отец сказал, что когда она умрет, она сможет взять его с собой. Я думаю, мать действительно забрала отца к себе на тот свет, но император не может взять с собой свой трон, власть, земли и подданных!

– Хе-хе, не думала, что старик Хань мог сказать такие слова. – Фэнси слегка усмехнулась, похлопала Хань Пу по голове и сказала: – Кто сказал, что император ничего не может взять с собой? У твоей матери есть твой отец, а когда император умирает, с ним не только хоронят много сокровищ, иногда и наложницы следуют за ним в могилу. Он берет с собой очень многое.

– Но это не от чистого сердца! Если это не от чистого сердца, то в подземном мире он не найдет этого, и разве он не будет одинок? – Хань Пу все еще настаивал на своем мнении.

– От чистого сердца… – Фэнси вдруг обернулась, глядя на дорогу, по которой они пришли, ее взгляд был рассеянным. После долгой паузы она тихо вздохнула, не говоря больше ни слова.

– Будет ли кто-нибудь следовать за мной, когда я умру? – Хань Пу вдруг подумал о своей собственной смерти.

– Этого я не знаю. – Фэнси улыбнулась, слегка щелкнув его по лбу. – Какой у тебя странный маленький ум, в таком юном возрасте уже думаешь о смерти?

– Тогда, сестра, когда ты умрешь, я пойду с тобой, хорошо? – Хань Пу не сдавался, все еще не желая оставаться один после смерти.

– Нет, – решительно отказала Фэнси.

– Почему?

– Потому что ты моложе меня, и когда я умру, ты, несомненно, сможешь жить еще очень, очень долго.

– Но я хочу пойти с сестрой! Мы можем составить друг другу компанию в подземном мире, а потом вместе переродиться.

– Нет, ни в коем случае! В этой жизни я несчастна, неся такую ношу, как ты, в следующей жизни я не хочу нести ее снова.

– Я не ноша, когда я вырасту, я буду тебя поддерживать.

– Мне не нужно, чтобы меня поддерживали, лучше выбери для этих целей кого-нибудь другого.

– Отец и мать умерли, теперь у меня есть только сестра!

– У тебя еще будут жена и дети.

– У меня нет жены и детей!

– В будущем будут.

– Нет!

Две тени, большая и маленькая, постепенно удалялись.

А на другой горной дороге Сяо Цзянь задал вопрос, который его беспокоил:

– Господин так легко показал ей Сюаньцзи… не боитесь, что она возжелает ее?

– Эта барышня… возможно, даже если весь мир будет преподнесен ей, она не удостоит его взглядом, не говоря уже об этой… Сюаньцзи, которая в ее глазах грязна до неприличия, – вздохнул Хуан Чао.

– Хм, – кивнул Сяо Цзянь, затем спросил: – Господин понял, кто она?

– Нет, – вздохнул Хуан Чао. – Я внимательно наблюдал за ними во время еды. Этот мальчик, Хань Пу, хотя и был очень голоден, из-за чего его манеры за столом не были изящными, но сидел прямо и не ронял ни крошки, что явно говорит о хорошем воспитании. Кроме того, среди блюд было несколько таких, которые обычные люди не могут попробовать, но он явно ел их раньше, что указывает на его благородное происхождение.

Услышав это, Сяо Цзянь понял, что это действительно так.

– Что касается той барышни… – Хуан Чао остановился и обернулся. – Как бы ты ее охарактеризовал?

Сяо Цзянь подумал некоторое время и сказал:

– Даже если она некрасива, ее внешность необычна; даже если она странная, это в ней изящно.

– Ха-ха, похоже, что ты ей восхищаешься. – Хуан Чао тихо рассмеялся и продолжил идти вперед.

Так они шагали еще четверть часа, и вдруг Сяо Цзянь окликнул его:

– Господин.

– Да, – ответил Хуан Чао.

Сяо Цзянь помедлил, но все же сказал:

– Господин заметил украшение на ее лбу?

– Украшение на лбу? – Хуан Чао резко повернулся, его взгляд был подобен молнии.

– Из-за черной золы на ее лице было трудно что-либо разглядеть, но господин упоминал, что Белая Фэнси обычно является «в белых одеждах, с нефритовым полумесяцем» – хотя женщины с украшениями на лбу встречаются часто, среди женщин из мира боевых искусств их немного. Я вот все думаю теперь об этом… знаете, украшение на ее лбу по форме напоминало полумесяц.

– Ты хочешь сказать, что она и есть Белая Фэнси? – Хуан Чао слегка удивился, затем вдруг вспомнил их недавний поединок. В мире немного людей, способных сражаться с ним на равных, особенно женщин. Он внезапно все осознал и не мог не усмехнуться: – Вот это Белая Фэнси! Эх, мы оба были введены в заблуждение словами «несравненное изящество», думая, что Белая Фэнси должна быть выдающейся красавицей. Но даже грязная и неопрятная, она все равно излучает свет – разве это не «несравненное изящество»? Сколько в мире женщин с такими выдающимися боевыми навыками? Я должен был догадаться раньше.

Сяо Цзянь не мог не оглянуться на дорогу, по которой они пришли. Так эта женщина и есть Белая Фэнси!

– Мы обязательно встретимся снова. – Хуан Чао собрался с мыслями и широким шагом пошел вперед.

После упадка императорской семьи Королевский домен Циюнь утратил свое прежде благородное положение и часто подвергался вторжениям различных государств под разными предлогами, из-за чего его территория постепенно сокращалась. Если бы не великий генерал Восточной Защиты Дун Шоу, что хранил верность императорской семье и командовал ста тысячами императорских войск, защищавших Циюнь, Королевский домен давно был бы полностью поглощен иными.

Нынешняя равнина Циюнь была малонаселена, хозяйство ее пребывало в упадке, а национальная и военная мощь не могли сравниться с Юнчжоу и Цзичжоу; ее культура и экономика значительно уступали Цинчжоу и Ючжоу; и даже слабые Шанчжоу и Бэйчжоу после десятилетий вторжений и грабежей уже превзошли Королевский домен по мощи.

Уюнь – это большая река, текущая с