Империя Розы: сначала спасём вас, потом уже поработим - Тим Темный

— Эмеральд, — тихо скомандовала я. — Держи смотри в оба глаза. Мы направляемся к тренировочным корпусам.

Мы свернули на широкую кленовую аллею, ведущую к главному учебному амфитеатру.

Золотистая и багряная листва шуршала под ногами сотен студентов. Вокруг сновали четверки первокурсников: атласцы в строгих серых шинелях, кочевники из Вакуо с тяжелыми ятаганами за спиной, мистральцы в традиционных шелковых туниках.

И в этот момент пространство передо мной едва заметно сжалось.

Это не было стихийным всплеском Праха. Это было ощущение… абсолютного, леденящего вакуума.

Осколок магии Девы Осени внутри моей грудной клетки внезапно дернулся, словно пламя свечи на сквозняке. Первородный огонь, спаянный с моей душой, сжался в крошечную точку, стремясь затухнуть, скрыться, спрятаться от источника чудовищного, подавляющего гравитационного давления.

Я резко остановилась посреди аллеи.

— Синдер? — встревоженно шепнула Эмеральд, мгновенно уловив изменение моего дыхания. — Что случилось?

— Молчать, — выдохнула я сквозь зубы, заставляя магический контур стабилизироваться.

По центральной дорожке навстречу нам шла четверка девушек в форме Бикона.

Команда RWBY.

Впереди вышагивала Вайсс Шни — прямая спина, идеальный аристократический наклон головы, холодные лазурные глаза. Рядом с ней шла златовласая валькирия Янг Сяо Лонг, что-то весело рассказывающая на ходу, и черноволосая девчонка с бантом на макушке, чью скрытую сущность фавна я отметила еще по ориентировкам «Белого Клыка» — Блейк Белладонна.

Но вела эту четверку не Шни и не старшая сестра.

Впереди шла Руби Роуз.

Пятнадцатилетняя девчонка, досрочно зачисленная в Академию по личному распоряжению Озпина. Младшая дочь Саммер Роуз — воительницы с легендарными серебряными глазами, чье имя Салем произносила с редким для нее ядовитым отвращением.

По всем аналитическим сводкам, которые мне предоставил Лайонхарт, Руби Роуз являлась импульсивным, наивным ребенком, помешанным на идеалах рыцарства, комиксах про героев и конструировании крупнокалиберного огнестрельного оружия. Послушный инструмент в руках Озпина, которого старик готовил на роль очередного жертвенного щита.

Но ко мне приближался не ребенок.

Девчонка шла размеренным, мягким шагом хищника высшего ранга. Ее плечи были идеально расправлены, руки спокойно опущены вдоль тела. Черный форменный китель сидел на ней как литой мундир командующего армией.

А ее лицо…

На нем не было детской улыбки. Ни капли любопытства, ни тени подростковой неуверенности. Лицо было высечено из мертвого базальта.

Когда дистанция между нами сократилась до пяти метров, Руби Роуз медленно повернула голову и посмотрела прямо мне в глаза.

Ее серебряные зрачки не просто отражали свет осеннего солнца. В их глубине горел чистый, бездонный, ледяной мрак, перемежающийся микроскопическими искрами темного спектра.

Взгляд полоснул по моему сознанию, словно лезвие хирургического скальпеля.

Она не просто увидела во мне студентку из Хейвена. За долю секунды зрительного контакта она считала все: искусственную маскировку Ауры, заблокированный очаг нестабильного тепла в районе солнечного сплетения, скрытые револьверы Эмеральд и армейскую биомеханику протезов Меркьюри.

Это был не взгляд противника. Это был взгляд инспектирующего, прибывшую к его ногам партию расходного материала.

Магия Девы Осени внутри меня взвыла от ярости и безотчетного ужаса. Я почувствовала, как по позвоночнику пробежала ледяная струйка пота, а кончики пальцев непроизвольно нагрелись, готовые выпустить струи перегретого прахового стекла прямо посреди людного сквера.

Но Руби Роуз не стала обнажать оружие.

Она не остановилась. Она даже не сбавила шага.

Поравнявшись со мной плечом к плечу на расстоянии полуметра, она едва заметно приподняла уголок губ в тонкой, едва уловимой усмешке, в которой сквозило абсолютное, убийственное понимание всей моей игры.

— Добро пожаловать в Бикон, мисс Фолл, — прозвучал ее тихий, ровный голос, обращенный в пространство между нами. — Надеюсь, климат Вейла окажется достаточно… теплым для ваших амбиций.

Четверка RWBY прошла мимо, удаляясь в сторону тренировочных ангаров, чеканя шаг с пугающей воинской синхронностью.

Я замерла на мостовой.

Меркьюри и Эмеральд остановились рядом со мной, тяжело дыша. На лице Блэка впервые за все время нашего знакомства исчезла наглая ухмылка:

— Синдер… Что это было за отродье? У меня боевые сервоприводы в ногах на секунду заклинило от ее присутствия. Это не скорость и не Аура… от нее фонит так, словно рядом открылся портал в преисподнюю.

— Заткнись, — прошипела я, усилием воли гася предательское пламя на кончиках ногтей. Мое сердце бешено колотилось о ребра. — Немедленно заткнись.

Она знала.

Она знала мою настоящую фамилию. В официальных списках делегации Хейвена я числилась как Синдер Миднайт. Но девчонка назвала меня «мисс Фолл» с такой непринужденной легкостью, словно читала протоколы моих личных докладов в штаб Салем.

Кто стоял за этой девчонкой?

Озпин не мог передать ей эти сведения — старик никогда не делился оперативной информацией со студентами первого курса, оберегая их хрупкую психику до последнего момента. Айронвуд не обладал подобными данными в принципе.

*«Торчвик. Она взяла Торчвика живым. Она выпотрошила его память до последней нитки, забрала ресурсы и теперь контролирует игровое поле, выжидая нашего хода»*.

— Меняем график, — мой голос стал сухим и жестким, как треск ломающегося льда. — Проникновение в Башню Кросс-Континентальной Трансляции переносится на сегодня, двадцать три ноль-ноль. Мы не станем ждать открытия фестивальной ярмарки.

Эмеральд испуганно округлила глаза:

— Но, Синдер! Городская стража еще не переведена на усиленный режим патрулирования турнирных секторов! В башне дежурит полная смена системных операторов Атласа! Если мы пойдем на штурм сейчас, вероятность поднятия тревоги возрастает на сорок процентов!

— Мы не пойдем на штурм, идиотка, — отрезала я, разворачиваясь в сторону гостевого корпуса. — Мы используем стандартный ночной обход. Вирус должен оказаться в корневом сервере CCT этой ночью. Если мы промедлим еще сорок восемь часов, эта красноглазая тварь закроет нам доступ ко всем узлам города.

Я зашагала по аллее, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони сквозь ткань перчаток.

Осколок магии Осени внутри меня продолжал глухо, тревожно пульсировать. Впервые с момента гибели Эмбер я почувствовала, что заготовленный Салем грандиозный триумф пепла может натолкнуться на силу, не поддающуюся законам этого мира.

Но я была эмиссаром Королевы Гримм. Я