Мастер Рун. Книга 7 - Артем Сластин

Тонко, еле слышно, жалобно. Камень Бурь дёрнулся, слабо, как стрелка компаса рядом с маленьким магнитом. Я подошёл, присел на корточки, разгрёб шерсть.

Щенок. Крохотный и белый, с закрытыми глазами, розовым носом и лапками, которые подёргивались, цепляясь за воздух. Он пищал надсадно и тонко, как пищат все новорождённые, которым голодно и страшно, и которые зовут мать. А матери больше нет, потому что мать забрал дракон. Зараза.

Что делать с щенком я не представлял, он буквально помещался на ладони, крохотный и беззащитный. И стоит тоже неприличных денег. Ледяной зверь. Который замерзнет и умрёт от голода, если его оставить. Взял его обеими руками, осторожно, как берут котёнка, и сунул за пазуху, под кирасу, где войлочная подкладка Цао создавала карман тепла. Щенок завозился, устраиваясь, ткнулся мордочкой мне в рёбра и затих, уткнувшись носом в тёплую ткань.

— Пора валить.

Я тронулся вниз по склону, южным маршрутом, через ельник, старательно делая крюк перед деревней. Минут через десять адреналин начал отпускать, и тело вспомнило обо всём, и пришлось остановиться, прислониться к стволу, закрыть глаза. Продышаться. Глубоко, медленно, считая до десяти на каждом выдохе, как учили в Степи, когда после боя накрывало. Все бывало блевали от страха, и это считалось нормальным. Я сейчас не блевал, но был близок.

Через три минуты полегчало. Проверил щенка, тот спал, свернувшись горячим клубком и двинулся дальше. Лес был тихим. Слишком тихим для зимнего леса, и я понимал почему, всё живое в радиусе десятков километров или затаилось после пролёта дракона и будет таиться ещё долго или драпало куда глаза глядят. Это хорошо, хищники не полезут.

Камень Бурь был тёплым, спокойным, работая как обогреватель. Фляга на поясе грела бок. Голова была пустой и ясной, словно я только что вывалился из парилки, и теперь отходил от всего что было и мне просто ничего вокруг не было интересно. Мысли начали возвращаться сильно позже, адекватные мысли. Пройдя десяток километров прикинул расстояние до деревни, часов десять ходу с таким грузом и маршрутом. Начал думать, как буду объяснять Лао Женю щенка, потому что староста, при всей лояльности, мог принять детёныша ледяного зверя за дурной знак, или окажется запрет Гильдии, всё может быть. Придётся щенка не показывать. Тут Камень Бурь дёрнулся. Не сильно, но после того, что случилось двадцать минут назад, игнорировать любой сигнал Камня было бы самоубийством.

Я остановился прислушиваясь.

Они вышли одновременно, с двух сторон. Двое мужчин. Первый — высокий, жилистый. Прямой меч на поясе. Второй — пониже, плотнее, с короткой секирой уже в руке, обнажённой. Одежда у обоих потрёпанная, заношенная — не то рванина, не то остатки чего-то, что когда-то было формой. На ногах высокого обмотки из грубой ткани, один сапог целый, второй перевязан верёвкой. У плотного на руках ссадины, старые, но не залеченные, и татуировка на левом запястье, кольцо из точек. Про такие мне Сяо рассказывал. Их набивали рабы на первом ярусе.

Сбежавшие восставшие. Секта еще только собирается их искать, а я уже нашел.

Высокий не стал останавливаться на расстоянии. Он шёл прямо на меня, и руки его двигались к мечу так, как двигаются руки человека, который принял решение до того, как вышел из-за дерева. Я понял, что у меня повышенная чувствительность от пребывания в таком концентрированном месте с этером, что без труда прочитал их силу. Высокий был на закалке костей, последней стадии, как и я. А вот второй, начальная стадия мышц. Это было плохо.

— Брось копьё, — сказал высокий, и это не было предложением, только приказ. Хриплый и равнодушный голос, слишком уставший, который бывает у людей, потерявших слишком много, чтобы беспокоиться о том, потеряют ли ещё. — Мешок на землю. Кирасу снимай.

Плотный зашёл левее, отрезая тропу вниз. Секира покачивалась в его руке, и пальцы на рукояти были белыми от хвата. Этот нервничал, в отличие от высокого, и нервный враг — это плохо, потому что нервный ударит раньше, чем подумает. Заодно я понял, что он ранен в живот, судя по туго намотанным тряпкам, и именно поэтому не активничает пока, полагаясь на товарища. Но продолжая приближаться ко мне, надеясь, видимо, решить дело одним ударом.

— Я охотник Гильдии, — сказал я, показывая жетон свободной рукой. — Жетон при мне. Нападёте — Секта будет искать, и найдёт.

Высокий усмехнулся, и в усмешке не было веселья, была горькая кривая линия на обветренном лице.

— Секта нас и так ищет, парень, думаешь, нам есть разница, прибавится к обвинениям ещё один ограбленный охотник или нет? Мы сдохнем одинаково, что с твоим добром, что без него. Так что бросай, не трать моё время. Мы убьем тебя быстро и без мучений.

— Неа, — сказал я, и перехватил копьё удобнее. — Даю последний шанс уйти без проблем. Я не видел вас, вы не видели меня. Я не против вас, и рад что вы на свободе, уходите отсюда и живите, раз удалось выбраться из Шэньлуна.

Высокий смотрел на меня, и в его глазах шла работа, быстрая и практичная, как у человека, привыкшего принимать решения за секунды. Он понял, что я не боюсь и буду драться, и мои слова, всего лишь попытка напустить тумана.

— Интересное копьё, — сказал он, непонятно почему.

— Очень, — ответил я. — Держи.

И бросил ему копье, как палку, одновременно делая два шага в сторону его напарника и поднимая руку с перстнем.

— Абракадабра, на! — Руна триггер сработала на определенное движение пальцев и прямо в лицо практику ударила короткая мощная струя огня, буквально превратившая голову мужчины в полноценный факел.

Заряженный перстень, выдохся меньше чем за секунду, но своё дело, он сделал. Мы замеряли температуру пламени в кузне у Цао, так железо плавилось, не то, что человеческая кожа и кости. Температура была просто адовая, из-за высокой тяги и сложной схемы подачи этера, которая позволяла создавать давление и нужную мне мощь. Хотя если честно, я переборщил. Руку было очень тяжело держать прямо во время удара, поэтому жечь я начал с корпуса и до головы. Мужчина умер даже не поняв, что его убило.

Второй рукой я уже срывал гранату с пояса и кидал под ноги оставшемуся противнику, который логично пытался отпрыгнуть от летящего в него как попало копья и сделал из-за этого несколько шагов в сторону и от своего напарника, и от меня. Это была ошибка и она стоила ему жизни.