Дела одного Мастера - Лиса Самайнская

– Ну мы все же немного узнали.

Леша откинулся на спинку скамейки. Илья чувствовал, как активно работают его шестеренки. Леша никогда не казался недалеким, глупым. Просто его шаткое положение стажера не давало в полной мере реализовать способности.

– Молодой парень принес посылку, подарил за это водку… Как-то странно это…

– Не сходится.

– Не сходится… – задумчиво повторил Леша. – Стал бы Мастер так рисковать? Стал бы брать в сообщники алкашей? Не знаю, чудовища они для него или нет, но пользы обществу не приносят.

– Бутылки взяли на экспертизу? Может, туда подмешали что-то.

– Даже если и подмешали, выпить пять-шесть литров зараз и остаться в живых? Сомневаюсь, что это возможно…

– Кажется, только Дана считает, что Мастер и Маргарита – это один человек.

– И Константин Матвеевич еще, – кивнул Леша.

– А ты?

– Нет. Я вообще, как увидел первый стих с подписью «М.», сразу и подумал на Маргариту… Стал бы Мастер так заигрывать? Не уверен. Ну, может, и стал бы, но присылал бы не стихи, а части тел каких-нибудь преступников…

– Да, это больше в его стиле.

Леша ненадолго замолчал, наблюдая за Андреем, успокаивающим Антонину Ивановну. Выглядело все это довольно уныло.

– Знаете, – нарушил паузу Леша, – я боялся, что к этому делу может быть причастен кто-то из участка… Не может такого быть, что за восемь лет не нашли его… А когда пришла Моника Денисовна, дело будто только замедлилось, пока она раз за разом смотрела на одни и те же данные и не знала, за что хвататься… Но как только убийства участились, она стала совсем другой, и я начал думать, что ее нервозность связана не с увольнением, а с желанием прикрыть кого-то… Просто если в этом замешан кто-то из наших и даже начальство это покрывает, то вся эта погоня становится бессмысленной…

– Поэтому ты и начал копать на нее информацию.

– Ну да…

– Убедился, что это не так?

– Убедился…

Илья ненадолго задумался, но все же решил спросить:

– А что бы ты, стажер, делал, если бы в это действительно оказалась втянута администрация, полиция и все в этом духе? Отправил бы письмо в центр? Стали бы его рассматривать? Всё бы замяли, порешали.

– Да, я думал об этом… Не знаю, что бы я делал… Наверное, попытался через журналистов и СМИ чего-то добиться…

– Вот это тяга к справедливости.

Леша усмехнулся.

– Я уже боюсь этого слова…

– Надо бояться его отсутствия.

– Да чего тут бояться… Мир несправедлив, это просто факт. Но чем сильнее зацикливаешься на этом, тем сильнее вспарываешь какие-то раны – свои или чужие, где все оказалось далеко не справедливым… А толку? Ничего это не изменит…

– И тем не менее, как сотрудник правоохранительных органов, ты должен стремиться к этому.

– Да какой сотрудник, просто стажер… Но вы правы. Спасибо за вашу помощь, Илья Егорович.

– Не сказал бы, что много делаю, – неловко посмеялся Илья.

– Думаю, я теперь понимаю, почему Моника Денисовна вас так ценит. Вы в любой ситуации остаетесь спокойным, холодно-отстраненным, но благодаря этому не теряете голову… Не каждый это умеет.

– Если ты про то, что я не блеванул в их квартире, то я просто старался не дышать или вдыхал через шарф…

– Да, вы хорошо держались…

– Чего сидим? – спросил Андрей, разобравшийся со всеми формальностями. – Нам еще подозреваемых твоих проверять.

– А, точно. – Леша резво поднялся со скамейки. – Я нашел шесть подозреваемых… Ну, хоть как-то похожих на описание Моники Денисовны… Хотите с нами, Илья Егорович?

– Я лучше навещу Монику. Удачи вам там.

Распрощавшись, Илья не торопился вновь куда-то бежать. Он сидел на лавочке, наслаждаясь солнышком, погруженный в свои мысли. Солнечные лучи мягко касались его лица, и он ощущал, как тепло проникает чуть ли не под кожу. Обычный городской шум: где-то вдали гудели автомобили, люди переговаривались, дети смеялись на площадке.

А ведь недавно умер человек.

Ветер снова подул, и Илья почувствовал, как свежий воздух наполняет его легкие. Он встал и направился к машине. По пути телефон зазвонил, и имя Димы на экране не предвещало ничего доброго.

Точно, Груша…

У Ильи был дикий соблазн выбросить телефон.

– Я не безответственный хозяин, – начал он первым. – Я отдал ее Дане. Все было предусмотрено. Она хотя бы знает, где ты живешь.

– Ты о чем?

Илья остановился, прикусывая язык.

Дана не отдала Грушу Диме?..

– А ты? – спросил Илья, мысленно закрывая лицо рукой.

– Не понял. Ты что, Дане Грушу отдал? Зачем?

– Так вышло…

– Ты сказал, что все было предусмотрено, – напомнил Дима.

– Так вышло, но я все предусмотрел.

– Дана должна была привезти мне Грушу? – уточнил друг.

– Ну, как вариант.

– А ты можешь заранее меня о своих планах предупреждать?

– А ты не дома, что ли, был?

– Меня кореш в антикафе позвал, мы до утра сидели играли, у меня телефон вырубился.

Его не было дома в день похищения Моники? Интересно.

– Что за кореш? – уточнил ненавязчиво Илья.

– Да мы тут играли периодически, я тебе о нем не рассказывал подробно.

– Понятно. Слушай, заберешь у Даны Грушу? Я к тебе часов в шесть зайду за ней.

– Ты реально худший хозяин.

– Я заберу ее и пойду гулять с ней.

– Да ладно, оставляй ее уже у меня, – вздохнул Дима.

– Нет, я уже настроился на прогулку сегодня вечером.

– Илюх, если снова не будешь справляться – отдай ее мне просто, хорошо? Мне ее жалко.

– Договорились.

Глава 17

Рынок

Илья ожидал увидеть Монику на кушетке без сознания, но никак не предполагал, что она будет собираться на работу. Из-под чистой сменной одежды, оставленной Резаком, виднелись бинты. По ее нахмуренному лицу было видно, что боль еще не прошла, однако она явно была решительно настроена на побег из больнички.

Моника подняла взгляд на Илью, словно ее поймали с поличным, и на мгновение замерла. На ней был белый свитер и джинсы, серые кроссовки и зеленое пальто. У Ильи едва в глазах не зарябило. А где привычный черный? У нее, оказывается, есть и такая одежда?

– Ни звука, – процедила она.

– А они в курсе?..

– Ни звука, Рыжий. На машине?

Илья кивнул несколько раз.

– Молча и спокойно выходишь, садишься в машину и ждешь меня, понял?

Илье как-то не нравилась такая перспектива, но Моника сейчас выглядела как человек, с которым лучше не ссориться. Может, если бы она отлежалась пару дней и восстановилась, то и настроение бы улучшилось – высыпалась бы, хорошо питалась, отдыхала…

– Шуруй отсюда, чего встал?

Она явно была на взводе.

Илья тяжело вздохнул, покачал головой и все же отправился к машине. Лучше он подвезет ее молча домой, где