Дело о проклятом мече - Лариса Куницына

Лис, который словно этого и ждал, молча направился к окну и налепил на него полоску с заклинанием.

— Ни в коем случае не снимайте это, — велел он. — Мы уже убедились, что окно в этом доме — это тоже путь для зла.

Он обошёл все окна в обеих комнатах, везде оставляя свои амулеты, а под конец, нацепив ещё один на входную дверь, велел стражам в коридоре войти внутрь, крепко запереть её и ни в коем случае не открывать до утра.

После этого друзья вернулись в свою комнату, и Джин Хо упал на кровать, всем своим видом показывая, что не встанет, пока ему не дадут еды. Ужин всё не несли, и он начал злиться и ворчать. Потом явился слуга, но без подноса, и был встречен едва не рычанием оголодавшего лиса. Он спас себя лишь тем, что передал приглашение графа Эмберлейна явиться в трапезную на ужин.

В этот раз Сигвальд был там один и выглядел очень обеспокоенным. Когда Марк и Джин Хо вошли, он ещё какое-то время смотрел на арку входа, видимо ожидая ещё кого-то.

— Вы не знаете, где Ролан? — спросил он, наконец. — Я не смог его найти. Он мне очень нужен.

— Нет не знаем, — беспечно отозвался лис и, игнорируя этикет, первым уселся за стол.

— Утром я велел ему сходить в казарму и опросить рыцарей, — словно только что вспомнил Марк. — Он ушёл и больше не появлялся.

— Вот как, — пробормотал Сигвальд и рухнул в кресло во главе стола. — Это странно. Обычно он заходит ко мне, чтоб поговорить. Я без него как без рук.

— Не переживайте, — улыбнулся Джин Хо. — Если он задержался в казарме, то ему ничего не грозит. Там же ваши отборные воины, которые могут защитить его даже от злобного призрака.

— Возможно, — бросив на него мрачный взгляд, проворчал Эмберлейн. — Я сильно обеспокоен, в том числе и тем, что Эланор отказалась провести ритуал по своему отцу. Это может вызвать непредсказуемые последствия. Неупокоенный дух будет бродить по замку…

— Одним больше, одним меньше… — пожал плечами лис. — Может, он встретит Сигурда и они поладят, а если и подерутся, то на какое-то время будут заняты друг другом и оставят нас в покое.

— Это шутка? — обиделся Сигвальд.

— Нет. Вы же сами говорили, что по замку бродит дух вашего предка, теперь утверждаете, что здесь будет бродить и дух барона Меридока. Это же логично предположить, что в какой-то момент они встретятся.

Эмберлейн тревожно смотрел на него, пытаясь представить, к чему может привести такая встреча, а потом разозлился.

— Это всё не имеет смысла, — заявил он и повернулся к Марку. — Я прошу вас поговорить с Эланор. Она выгнала Ройдерна и не хочет слушать меня. Может, вы сумеете её убедить?

— Даже пытаться не буду, — возразил Марк. — Я здесь чужой человек и не знаю ваших обычаев. Как я могу указывать ей, что делать с телом отца? Это её дело, не так ли? Давайте лучше выпьем вина в память о бароне Меридоке!

Лис тем временем взял его кубок и понюхал, после чего одобрительно кивнул и поставил на место.

— Он действительно нацелился на де Валона, — заметил лис, когда они вернулись к себе. — Весь вечер он ныл, что тот ушёл куда-то и не сказал куда, а он ему вот прямо позарез нужен. И чем больше он пил, тем больше ныл. И ругал Эланор, что она не хочет выдавать тело отца.

— Ты заметил, что Эмберлейн, наконец, проговорился о том, что смерть Меридока ему выгодна?

— Ну да! Дескать, раньше барон хотел прибрать мои владения через этот брак, а теперь я приберу его. Наивный, он до сих пор думает, что сможет жениться на Эланор! Раньше её заставлял отец, а теперь она сама всё решает! Вряд ли ей нужен такой злобный и слабый муж… — лис прислушался и удовлетворённо кивнул. — Опять поют, если так можно назвать их вой. Решили не терять времени даром. Но я туда больше не пойду, не хочу, что б в меня попала молния. Знаешь, это не слишком приятное ощущение, к тому же может привести к контузии. Давай лучше ляжем спать, пока стрелы наших врагов нацелены не на нас!

Утром их снова разбудил стук в дверь, и Марк невольно вздрогнул, мучимый дурным предчувствием, но на сей раз оно его обмануло. К ним явился Ролан де Валон.

Сквозь щели в ставнях снова пробивались лучи дневного света, в комнате было уже не так сумрачно, и тревога сама собой отступила. Молодой рыцарь присел в кресло у стола, и по всему было видно, что ему не терпится что-то рассказать.

Марк на всякий случай закрыл створки ящика у кровати и сел во второе кресло.

— Что скажете, друг мой? — спросил он.

— Вы были правы, господин граф, — возбуждённо проговорил Ролан. От его высокомерия не осталось и следа, он радостно улыбался. — Он искал меня! Он велел слугам перевернуть весь замок и привести меня к нему, а потом орал и топал ногами, когда им это не удалось. Говорят, он даже дал кому-то затрещину и опрокинул стол. Ночью он послал слугу в казарму, чтоб тот передал мне его приказ явиться, но ему сказали, что я мертвецки пьян…

— Вы действительно столько выпили?

— Нет, конечно! Но я всё рассказал коменданту Аморису, именно так, как вы мне посоветовали. Он отнёсся к моим словам с недоверием, и всё же сама мысль, что Ройдерн убил графа Элрика, засела в его голове. То, что в казарму среди ночи явился дрожащий от страха слуга и умолял доставить меня к графу, в какой-то мере подтвердило правоту моих слов, и я почувствовал, что теперь это не даёт ему покоя. Не удивлюсь, если он постарается встретиться сегодня с графиней и Далией. Если они хотя бы намёком дадут ему понять, что так и было, мы сможем рассчитывать на его помощь.

— Это хорошо. Вы уже встречались с вашим кузеном?

— Да, я явился к нему чуть свет, сказав, что мне передали его приказ. Знаете, что он сделал? Бросил в меня подсвечником, заявив, что я нужен был ему вчера, а теперь могу убираться на все