Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

– Барон.

– Покажи.

Он повёл меня вокруг. Молча, показывая рукой. Вот задняя стена, откуда пошёл огонь: тёмные потёки масла на кирпичах. Вот двор, где двое стояли с факелом: на камнях чёрная полоса, слева, у угла, след сапога в золе. Вот окно, через которое Олс вытащил Марта: рама выбита, на подоконнике содранная кожа.

– Убытки? – спросил я.

– Ткань, олифа, инструмент. Вся переписка сгорела, но основные записи я храню в погребе. Селитра цела. Деньги при мне. Но три контракта разорваны, и Кессель ушёл. Без Кесселя нет серы. Без серы нет пороха. Это хуже, чем стены.

Он говорил ровно, без жалоб. Излагал факты, как на отчёте. Март умел отделять обиду от ущерба.

– Кессель ушёл из-за страха или по убеждению?

– Из-за страха. Он не против нас. Он против того, чтобы его лавку сожгли следующей.

– Понятно. Крис.

Крис подошёл.

– Листки на рынке. Ты их видел?

– Собрал четыре. Почерк один и тот же. Бумага дорогая, столичная. Чернила стойкие, не местные. Я показал писарю в магистрате, он сказал: такую бумагу используют в канцеляриях Гильдии.

– Рост.

– Или его люди. Сам Рост вряд ли расклеивал. Скорее третий или четвёртый из группы, пока двое шли к складу.

Я посмотрел на Марта.

– Март. Ты можешь восстановить склад?

– Могу. Стены стоят. Нужна крыша, новые стеллажи. Две-три недели, если будет рабочая сила.

– Рабочая сила будет. Я пришлю Далля и двоих из шахтной смены, Эверт отпустит. Деньги на материалы – из общей кассы баронства. Не из твоих.

Март промолчал. И молчание это стоило больше любых слов. Торговец, который привык считать убытки своими, впервые услышал, что убытки общие.

– И ещё. – Я повернулся к Олсу. – Олс. С завтрашнего дня ночная охрана двойная. Ты и Эртан посменно, но один всегда на улице, второй внутри. Если Крис найдёт на месте надёжного человека в помощь, возьмите. Если нет, справляйтесь вдвоём.

– Справимся, барон, – сказал Олс.

– Эртан. Ты стрелял и промахнулся. Дистанция?

Мальчишка сглотнул.

– Шагов сорок. С крыши. Темно, я стрелял по силуэту.

– Сорок шагов, темнота, движущаяся цель. Не виню. Но завтра начнёшь тренировать ночную стрельбу. Крис покажет. Факел видно в темноте за двести шагов. Человек рядом с факелом – за сто. Учись стрелять по свету рядом с целью, а не по самой цели.

– Понял, барон.

Я повернулся к Марту.

– Март. Теперь главное. Кессель ушёл, двое мелких ушли. Сколько осталось?

Март посчитал.

– Семеро. Из них четверо надёжных, трое колеблются.

– Тех, кто колеблется, собери завтра. Я хочу с ними поговорить.

– Что скажете?

– Правду. Что за каждым, кто работает с Валье, стоит баронство. Что ущерб компенсируется. Что охрана будет. Что Рост сжёг склад, но не сжёг дело. И что через год тот, кто остался с нами, будет поставщиком коронного военного производства, а тот, кто ушёл, будет стоять в очереди, чтобы вернуться.

– Это много.

– Это правда. Вейн одобрил поставку селитры через казённые склады. Велль оформляет коронную лицензию. Через полгода Валье будет не мастерской барона, а военным подрядчиком короны. Каждый, кто сейчас в нашей цепочке, войдёт в коронный реестр поставщиков. Это не обещание, это расчёт.

Март смотрел на меня. В его взгляде я не увидел ни благодарности, ни облегчения. Так смотрит человек, который двадцать лет торгует и умеет отличать блеф от расклада.

– Барон, – сказал он наконец. – Мне нужны не деньги. Деньги у меня есть. Мне нужны люди. Не золото, а люди с ружьями.

– У тебя двое.

– Двое – на ночь и на тревогу. Мне нужен человек, который ходит по рынку днём и которого видят. Торговец, у которого за спиной стоит стрелок, – это не тот торговец, которого запугивают листками.

– Третьего пришлю, когда у Лора освободится готовый стрелок. Недели через три. До этого – Олс и Эртан. Хватит?

– Хватит.

Он встал с тумбы. Потянулся, скривился от боли в плече.

– Барон. Вы приехали лично.

– Да.

– Рост бил по мне, потому что я ваша связь с миром. Я – ваши глаза и уши за пределами баронства. Без меня вы слепы. Он это понимает.

– Понимаю и я. Поэтому стою здесь.

Март кивнул. Коротко, сухо. Пошёл к погребу через улицу, где лежали уцелевшие мешки. Олс двинулся за ним. Эртан остался у пожарища, нервно оглядываясь.

Крис подошёл ко мне.

– Барон. Я нашёл женщину, которая видела тех двоих до поджога. Они заходили в трактир у восточных ворот за два часа до огня. Один заказал вино, второй не пил. Она говорит: второй держал руки под столом, как будто грел их. Только в зале было тепло.

– Грел руки.

– Маг, который копит заряд перед работой. Зир так делает перед дутьём – держит руки вместе и сжимает. Он мне раньше объяснял: подготовка канала перед сильным выбросом.

– Значит, маг. Не Рост.

– Рост мог быть третьим. Или даже тем, кто расклеивал листки, пока двое шли к складу.

– Или Рост вообще не здесь. Он мог отправить группу и остаться на тракте. Координатор, который не лезет в бой.

Крис промолчал. Это было возможно. Рост, стоящий в стороне и направляющий удары чужими руками, – поймать его труднее, чем фанатика с факелом.

– Крис. Протоколы. Всё, что ты собрал за эти дни – свидетельства, листки, описания, показания женщины из трактира. Три копии. Одну Ренарду, одну Крейн, одну мне.

– Промежуточный пакет Ренарду ушёл вчера. Сегодня допишу всё, что собрал после пожара, – листки, женщину из трактира, описания, – и отправлю заверенным дополнением и Ренарду, и Крейн. Ваша копия у меня, дополню её последней.

Он протянул свёрнутый лист. Я взял.

– Крис. Ты остаёшься здесь.

– Знаю. Сколько?

– Пока ситуация не стабилизируется. Март без тебя не справится. Не потому что он слаб, а потому что ему нужен человек, который думает как солдат, а не как торговец. Олс и Эртан – руки. Ты – голова.

Крис кивнул. Без вопросов.

Обратная дорога заняла день.

Олаф ехал впереди, Тим сзади. Я между ними, с аркебузой поперёк седла. По тракту не пошли – свернули на северную тропу через