Чернокнижник с Сухаревой Башни - Сергей Благонравов

лаборатория, — сказал я твердо, переводя взгляд на Голованова. — В столице. Собственная, скрытая, абсолютно безопасная. Нам нужно… чтобы в нужном месте возникло блуждающее подземелье. И осталось там.

Голованов кивнул, потирая переносицу.

— Стабилизировать блуждающее… Да, это делают. Обычно для перспективных, богатых подземелий, чтобы застолбить территорию. Армия, гильдии — у них есть такие технологии.

— А мы можем подобрать материалы, — спросил я, — чтобы наше подземелье стало… не слишком лакомым куском? Чтобы оно выглядело проблемным, скудным? Но так, чтобы мой род мог его… унаследовать. Чтобы в счет долгов его не отобрали, а махнули рукой — мол, сами разбирайтесь с этим геморроем. Чтобы право разработки осталось за нами.

Ученый задумался, его пальцы забегали по виртуальной клавиатуре в воздухе, строя симуляции.

— Да. Это возможно. Заложить паттерн «скудности» на поверхностных слоях, скрыть богатое ядро. Сделать вход нестабильным, требующим специфического ключа… вашей крови, например. Для внешнего наблюдателя это будет брак, неудачный эксперимент. — Он посмотрел на меня. — Вы хотите дом? Лабораторию?

— И то, и другое на постоянной основе. Редкие материалы — внутри, но в ограниченном, скрытом количестве. А основная часть — пустая, бесполезная порода. Чтобы глазу зацепиться не за что было.

Голованов откинулся на спинку складного стула, снял очки.

— Сложная задача. Нужен точный расчет. Дайте мне несколько дней. Я подготовлю список материалов, схемы закладки, расчет энергозатрат. — Он взглянул на темный свод пещеры над нами. — Мы построим вам крепость.

___________________________________________________________________________________________

От автора: Признаюсь, фантазия в этой главе так разыгралась, что мой внутренний хомячок уже тащил в дом все сокровища мира. Хотелось дать Алексею всё и сразу — но нет, так не бывает. История должна оставаться честной, а не превращаться в путь имбы. Вы как думаете?

Глава 15

Меткий удар лучом расколол ветку над моей головой. Древесина щепками посыпалась на плечи. Я прыгнул в сторону, за ствол старой сосны. Воздух гудел от рыка зверя.

Впереди, в зарослях папоротника, мелькнула бронзовая шкура, сверкнул взбешенный глаз. Олень развернулся, ударил рогами по дереву. Ствол затрещал, как кость. Прохор с арбалетом уже мчался справа, отсекая путь к болоту. Его болт просвистел мимо, вонзился в землю у самых копыт.

— Левее! — рявкнул я, выскакивая из-за укрытия. Я вскинул руку, и поток сырой энергии из карманного кристалла ударил в землю перед зверем. Взрыв грязи и дерна ослепил его. Зверь взревел, шарахнулся в сторону, прямо на расчищенную нами тропу.

Оттуда, из-за валуна, поднялся Игнат. Его винтовка лежала на камне, ствол — продолжение взгляда. Он ждал этого. Ждал, пока зверь встанет боком, откроет висок.

Хлопок был сухим, коротким, я бы даже назвал его нежным.

Олень дрогнул. Его ноги подломились будто сами собой. Он рухнул на бок тяжело — массивное тело глухо хлопнуло о сырой мох. Рога, величественные, словно литые из старой меди, легли на землю, не тронутые. Ни скола, ни трещины. Только маленькое аккуратное отверстие у виска, из которой сочилась тонкая струйка дыма.

Тишина навалилась сразу, густая, после грохота погони. Только наше тяжелое дыхание звучало в этот миг.

Игнат уже подходил, перезаряжая винтовку. Щелчок кристалла в паз отчетливо раздался в тишине.

— Принял, — бросил он, глядя на тушу. — Чисто. Рога целы.

Прохор подбежал, вытирая пот со лба рукавом. Он смотрел на зверя с уважением, граничащим с жалостью.

— Красавец был. Сила в нем — на три заклятья хватило бы.

— Теперь хватит на тридцать пуль, — отрезал Игнат, уже доставая из-за пояса короткий, тяжелый тесак. — Держи голову. Княжич, свети.

Я достал фонарь, направил луч на основание рогов. Игнат работал быстро, точно — лезвие находило сустав, рассекало связки, отделяло кость от черепа с хирургической четкостью. Металл скрипел по кости, издавал влажный, отрывистый звук.

Через минуту он держал в руках трофей. Рога были тяжелыми, теплыми еще от жизни. Их спирали ловили свет фонаря, отливали глубоким, почти черным золотом.

— Готово, — Игнат протянул их мне. — Последний ингредиент. Ваша лаборатория ждет.

Прохор уже собирал остальное — шкуру, клыки, сухожилия. Все шло в мешки, все имело цену. Механика гриндерства: брать все, потом разберем.

Игнат вытер лезвие о мох, кивнул в сторону выхода.

— Через час стемнеет. В болотах ночью гуляют тени почище этого оленя. Заканчиваем сборище.

Шины экипажа глухо шуршали по разбитой гравийке, отбрасывая камешки в темноту. Место было не для полетов. Я смотрел в окно на проплывающие силуэты сосен, одной рукой придерживая мешок с рогами у ног. Прохор, напротив, уже клевал носом, утомленный неделей гринда.

Игнат, сидевший у другого окна, внезапно выпрямился. Его пальцы легли на затвор винтовки, лежавшей на коленях.

— Стоп, — сказал он тихо, но так, что слова врезались в шум двигателя.

Экипаж дернулся, замер. Из-за поворота, перекрывая дорогу, выползли огни. Три мощных прожектора впились в нас, ослепляя. Фигуры вышли из темноты, обступили машину. Люди в потрепанной, но качественной тактической экипировке, с жезлами и дробовиками в руках.

Один из них, коренастый, с шрамом через губу, постучал дулом по стеклу моего окна.

— Выходите, господа удачливые. Пообщаемся о добыче.

Я потянул ручку. Холодный воздух ударил в лицо.

— Есть предложение? — спросил я, оставаясь на месте.

— Предложение простое, — шрам растянулся в улыбке. — Вы передаете нам свои трофеи. А мы оставляем вам экипаж и здоровье. Статистика вашей слабенькой команды этого не покажет. Всем удобно.

Игнат, сидевший в тени, медленно повернул голову. Луч прожектора скользнул по его лицу, высветив шрам на брови и холодные, узнающие глаза.

— Михалыч, — произнес Игнат голосом, похожим на скрежет камня. — Сошел с трассы «Северный волк»? На браконьерство подался?

Человек со шрамом отпрянул, будто его ударили. Его ухмылка испарилась.

— Волков? Ты… ты здесь чего делаешь?

— Делаю выводы, — Игнат плавно открыл свою дверь и вышел, оставив винтовку в салоне. Он встал в полный рост, заслонив свет. — И вывод такой: ты сегодня выбрал абсолютно неподходящих людей для своего… бизнеса.

Напряжение в воздухе затрещало, как натянутая струна. Браконьеры замерли, переглядываясь. Имя «Волков» явно что-то для них значило.

Михалыч заерзал, его взгляд метался между Игнатом и нами.

— Мы не знали, Волков. Гильдия показывает тут двоих — княжика да слугу. Мы по закону пустого места…

— Гильдия показывает то, что ей показывают, — перебил его Игнат, делая шаг вперед. Браконьеры инстинктивно отступили. — А сейчас она увидит отчет о нападении на промысловую группу. С моими свидетельствами.

Он не стал ждать ответа. Его правая рука рванулась вперед, раскрылась. Сгусток сжатого воздуха,