Чернокнижник с Сухаревой Башни - Сергей Благонравов

зазвучал интерес, сухой и острый, как скальпель. — С острова Пасхи. Антропоморфный, но… абстрактный. Безликий, но полный присутствия. Интересно. Очень. Это вызов для расчетов.

Он выхватил листок, уже бормоча про «распределение нагрузки» и «энергетику вертикальных линий».

Сейчас же этот эскиз оживал. Блок за блоком, слой за слоем. Базальт формировал грубые, мощные черты. Золотистый сплав подчеркивал скулы, линию бровей. Обсидиановые сферы, вставленные в глазницы, поглощали свет, отдавая его обратно тусклым багровым свечением изнутри.

— Последний элемент! Венец! — Голованов указал на вершину. Я поднял тяжелую цилиндрическую глыбу из красного порфира. Мы с Прохором закрепили ее на лебедке. Она медленно поползла вверх, чтобы венчать голову истукана, как шапка, как корона.

Она встала на место с глухим, окончательным стуком. Гул в пещере изменился. Он стал глубже, ровнее, сосредоточенным в одной точке — в груди каменного исполина.

Голованов отступил на шаг, выключил планшет. Свет от приборов погас, оставив только мягкое свечение кристаллов в стенах.

Мы стояли втроем, глядя на творение. Менгир возвышался до самого свода подвала. Он смотрел в темноту пустыми, глубокими глазницами. Его лицо, грубое и вечное, хранило спокойствие древних идолов. В нем была тихая, подавляющая сила земли, самой истории.

— Резонанс есть, — тихо сказал Голованов. Он поднял руку с портативным сканером. Экран залился ровной зеленой волной. — Энергия концентрируется, структурируется. Паттерн… стабилен. Получилось.

Прохор вытер пот со лба, смотрел на истукана с простым благоговением.

— Стоит… и молчит. Давит.

Я подошел ближе, положил ладонь на холодный базальт ступни. Камень отозвался едва уловимым теплом, ровной, медленной пульсацией, как сердцебиение спящего гиганта.

Голованов хмыкнул, уже доставая из кармана новый планшет.

— Молчит сейчас. Завтра начнем настройку интерфейса. Ваша лаборатория, княжич, обрела хозяина. И сердце.

Рука дрожала от напряжения. Я вжимал ладони в холодный базальт плеча истукана. Энергия вырывалась из меня, как кровь из открытой артерии. Рядом Прохор, стиснув зубы, делал то же самое — его руки светились тусклее, но горели с упрямой силой.

Перед нами, в груди каменного гиганта, забилось сердце. Сначала слабая точка синего света. Потом она разрослась, выбросила лучи по швам золотистого сплава.

— Стабильность падает! — крикнул Голованов со своего поста у приборов. — Давите! На пределе!

Мы вжали в камень всю силу. Свет в груди менгира взорвался.

Идеальный, переливающийся сине-золотым шар света медленно расширился от истукана. Он касался стен, пола, свода — и проходил сквозь них. Камень, земля, воздух внутри сферы замерцали, стали прозрачными, как туман. Свет клубился, густел под ногами, формируя воронку, уходящую в глубину. Вниз, под землю. Портал. Вход.

Гул стих, сменившись тихим, мощным гудением, исходящим из самой бездны.

— Получилось… — выдохнул я, отрывая онемевшие руки. Перед нами висела светящаяся сфера диаметром с экипаж, а под ней зияла глубокая шахта, уходящая в тающую тьму.

— Ой, — вдруг сказал Прохор. Его голос прозвучал громко в новой тишине. — Я совсем забыл.

Он подскочил к основанию менгира, сунул руку в свой потертый рюкзак. Вытащил два обломка камня, темных, шероховатых. Без раздумий он приложил их к плоским граням плеч истукана, прямо над нашими отпечатками рук.

— На погоны! — улыбнувшись, довольный Прохор смотрел на нас.

Осколки прилипли, будто их ждали. Золотистые прожилки в базальте дрогнули, потянулись к новым фрагментам, обвили их.

— Что это? — голос Голованова прозвучал сзади, резко и высоко. Он сбросил наушники, подбежал ближе, его глаза бегали по сканеру, по камням. — Что ты сделал? Ты изменил рассчитанный контур! Ты ввел чужеродный материал!

— Это кусочки менгира из родового поместья, — сказал Прохор, отступая и вытирая потный лоб. — От старого, природного. Мне удалось отколоть кусочек еще тогда. Просто… на удачу. Держал про запас.

Голованов замер. Его лицо, освещенное мерцающим светом портала, побелело. Он медленно опустил сканер. Планшет выскользнул из его пальцев и глухо шлепнулся о каменный пол.

— Нам всем хана, — произнес он тихо, почти беззвучно. Потом его ноги подкосились. Он тяжело опустился на землю, сел в пыль, и схватился руками за голову, вцепившись пальцами в седые виски. Его взгляд уставился в пустоту между нами и пульсирующим порталом.

Я обернулся к истукану. Свет в его груди бился ровно. Портал висел, стабильный и бесшумный. А потом раздался низкочастотный звук. Появилось ощущение паники и боли в груди. Как будто землетрясение разрывало пространство. А потом был взрыв…

Глава 16

Я очнулся от мерзкого запаха в носу и щекотки на лице. Открыл глаза. Надо мной склонилась медсестра в белом халате, тычущая мне в нос ваткой, пропитанной чем-то резким. Отмахнулся, сел.

Огляделся. Мы были на плоской скальной площадке, со всех сторон омываемой свинцово-серой водой океана. До горизонта — только волны да низкое, молочное небо, светившее холодным, рассеянным светом, будто сквозь толстый матовый купол. Ни солнца, ни звезд. Воздух пах солью, йодом и тиной.

В трех шагах от нас висел портал — светящаяся сине-золотая сфера, дрожащая, как мыльный пузырь. Возле него столпились люди. Наш управляющий, Сухоруков, в своем неизменном потертом сюртуке. Трое в практичной кожаной и брезентовой экипировке с нашивками Гильдии охотников. И один — в строгой серой форме с аксельбантами Имперской Службы Безопасности.

Сотрудник ИСБ, молодой, с острым взглядом, сделал шаг вперед. Его голос прозвучал четко, сквозь тишину.

— Объясните ситуацию. Зафиксирован мощный магический выброс. Координаты ведут сюда. Что произошло?

Я поднялся на ноги, отряхнул колени. Прохор тут же подал мне раскрытый зонтик, вот же шутник.

— Все очевидно. Облагораживал старый склад. А тут — бац — подземелье самообразовалось. Сюрприз.

Один из охотников, коренастый, с седыми усами, хмыкнул и махнул рукой в сторону океана.

— Видим мы ваш новый «склад». Клочок камня посреди волн. Ни входа, ни выхода, кроме этой дыры.

— У меня вопрос, — сказал я, переведя взгляд с охотников на человека из ИСБ. — Этот блуждающий портал можно стабилизировать? И зарегистрировать право собственности?

Сухоруков встрепенулся. Его крысиное лицо исказила быстрая, жадная гримаса.

— Ваше имущество? — пропищал он.

— Мое имущество, — подтвердил я, не отводя взгляда от офицера. — Земля, склад. Отец передал документы. Все чисто. Вы с этим согласны, управляющий?

Сухоруков скривил губы, будто откусил лимон.

— По документам… да. Ваша собственность. Но я лишь хотел помочь! Прибыли уважаемые охотники и господин офицер, я предложил содействие. Я же здешний, все знаю!

— Понятно, — отрезал я. — Так что? Стабилизация возможна?

Охотник с усами переглянулся с коллегами, потом кивнул.

— Технически — да. Ритуал простой. Только смысл? Голые скалы, вода. Ресурсов ноль. Магический фон скудный.

— А может, тут магическая галька есть? — встрял Прохор, стоявший у