Сын помещика – 8 - Никита Васильевич Семин

Александр Анатольевич. — Ладно, на меня можешь смело рассчитывать. Наш интендант напишет все честь по чести. И показания твои я передам. Но на время следствия тебя могут отстранить от капитанства. Кто тебя заменит тогда?

— Мой помощник, — пожал плечами Петр Егорович. — Кому же еще?

— Могут и его отстранить. Дело не шуточное. Ты кстати уверен, что он не станет супротив тебя говорить, чтобы не временно, а на постоянной основе капитанство над шхуной взять?

— Гаврила Силантьич — честный офицер! — возмутился таким мыслям Ставросова Петр Егорович.

— Да-то бог, — покачал головой, видевший и не такие подставы на своем веку начальник порта. — Выходит, ты пока сухопутным стал? — хохотнул он, желая разрядить обстановку.

— Пока инспекция не приедет, — кивнул Скородубов.

— И чем думаешь заняться?

— А что мне остается? Только за матросами следить, чтобы не учудили чего, да все бумаги проверять на двадцать раз.

— Это дело. Кстати, слышал, что твой будущий зять сотворил?

Петр Егорович тут же превратился в слух. Неужели и Роман его чем-то поставил? Но по мере рассказа Ставросова начал успокаиваться. Из нового узнал лишь про инициативу Картавского отправить картину в столицу в «Военный сборник» напечатать.

— Удачную ты партию для своей младшенькой нашел, — закончил свой рассказ Александр Анатольевич. — Аж завидно, по доброму конечно.

— Еще бы Анну также пристроить, и мое сердце будет спокойно, — улыбнулся офицер.

— Так у помещиков свободных сыновей хватает. Раз уж ты ни с кем из наших породниться не хочешь.

— Вот не надо на меня напраслину возводить! Сами ведь все знаете — ну за кого сейчас я Анну выдам? С кем сговорюсь? Либо уже все повенчанные, либо такие олухи, что уж лучше пускай в девках сидит!

— Не горячись, — рассмеялся начальник порта. — Это я так, бурчу по-стариковски.

Больше разговора о делах не было. Обычный треп двух отцов о новом поколении, да изменившихся нравах.

* * *

Куда можно позвать девушку на свидание? В будущем вариантов полно, а вот в этом времени их очень ограниченное количество. Тут и статус влияет, и провинциальность Царицына. В ресторан? В городе один такой есть, но мы там уже были. В театр? Ближайший в Дубовке у тети. Концертных залов здесь нет. Про телевизор вообще молчу. Вот и устраивают дворяне свой досуг самостоятельно. Различные салоны — это не только круг общения по интересам. Салоны в нынешнее время выполняют роль эдаких «культурных центров». Эдакая смесь ночного клуба и тематического кружка. Тут можно потанцевать и выпить, а также провести «мастер класс» игры на музыкальном инструменте, или позаниматься в кругу единомышленников по любимой теме — вышивка для дам, разбор научных статей для мужчин, чтение стихов — для обоих полов. Собирать подобные салоны в теории мог любой дворянин. Но по факту это было по силам лишь богатым и влиятельным. Гостей ведь и накормить надо, и места в доме должно быть много — а не каждый дворянин большим имением или просторной квартирой может похвастаться, и хорошие отношения с иными аристократами иметь. К склочнику никто не пойдет. В совокупности этих факторов салоны были чрезвычайно популярны, а их посещение не только позволяло развлечь себя, но и быть всегда в курсе последних новостей.

К чему я это все? А к тому, что сестры Скородубовы были лишены такого удовольствия. Не потому, что в Царицыне не было подобных заведений. Жена Михайлова, к примеру, вела свой салон. Да и еще о работе двух салонов поменьше Настя знала. Но во все эти салоны можно попасть лишь по приглашению. Коего никто из девушек не получал. Не зря они считались «затворницами». Не по своему желанию, а так уж сложилось. И Петр Егорович не был ходоком по салонам, и мамы у них не было, которая смогла бы вывести девиц «в свет», и близких родственников или друзей, оказавших бы им такую услугу. Все друзья Скородубова — офицеры. Максимум, куда он мог их привести — на их собрание. Что иногда и делал, но все же дам в свой круг морячки звали не часто. Я тут тоже никак не мог помочь — по тем же причинам. Нет у меня пока в Царицыне знакомств, чтобы быть принятым в круг таких заведений. И единственный выход, какой я нашел при выборе, как провести свидание — это вывезти свою невесту за город пострелять. А про салоны мне уже сама Настя в пути рассказала, когда я ее спросил, куда бы она хотела сходить в следующий раз.

Мы уехали недалеко. Просто выбрались за город на берег Волги и там уже расположились. По словам извозчика, тут место было отдаленное, никого не потревожим. С собой захватили несколько чурок, купленных по пути на ярмарке. Там и дровами торговали.

Когда мишени в виде чурок были установлены — просто построили из них «стенку» — я решил немного покрасоваться перед любимой. Зарядил револьвер, убрал его в кобуру и встал в десяти метрах от мишеней. Мгновение… вот я единым движением тянусь рукой к кобуре, которая располагалась под пиджаком, достаю оружие… далее, не прекращая двигаться, встаю в стойку, подпирая второй ладонью руку с револьвером, снимаю предохранитель и плавно нажимаю на спуск:

— БАХ! — разнесся звук выстрела над водой, а одна из чурок слетела от удара пули в сторону воды.

Вся «стенка» зашаталась, но устояла. Не зря я последние пару дней по утрам тренировал процесс выхватывания револьвера! Никакой заминки в этот раз не произошло. А то, что попал, так и расстояние плевое, и чурка довольно большая.

Я отстрелял барабан, сбив оставшиеся чурбачки, после чего принялся за перезарядку. Наш кучер побежал восстанавливать всю конструкцию. Ему за помощь обещана была отдельная плата, вот он и суетился.

— Теперь твоя очередь, — протянул я с улыбкой револьвер Насте. — Только с предохранителя снять не забудь.

Я тут же показал рычажок, который нужно было отжать.

— Увесистый, — охнула Настя, взяв оружие.

Отстрелялась она хуже меня. Уж очень тугой для нее был спуск. Не удивительно, все из-за самовзводного механизма. У других револьверов с этим проще. Но трудности не смутили девушку. Она тут же потребовала повторить. Так мы и развлекались где-то полчаса, пока патроны не закончились. Я с собой всего пятьдесят штук захватил. Улетают они только в путь. Оставил пятерку после нашего развлечения на всякий случай. После своих «приключений» в прошлый визит в город, я теперь на ночь всегда револьвер заряжаю и около кровати его оставляю. Так спокойнее.

Вернулись в квартиру Скородубовых мы уже под вечер. Петр Егорович