Стратег из ниоткуда. Книга третья - Михаил Александрович Атаманов

— Никакой виры за Ши Большое Гнездо, он напал на меня первым и погиб справедливо. И победами над армиями Водного Духа мои орки заслужили три дня на разграбление города Уяш и других посёлков по левому берегу реки. После чего я уведу войска за болота, не став ничего сжигать, и Ольхен Ёж возьмёт весь берег себе. Но за северные болота он не пойдёт и даст слово вождя не нарушать границу. А вот дальнейшую судьбу этих территорий пусть решит Тангыр Познавший Тысячу Женщин. Если наместник истинного короля орков решит, что левый берег должен принадлежать Ольхену Ежу, я беспрекословно отдам великому вождю ярлык.

На этот раз ответа пришлось ждать очень долго. Мой оппонент снял шлем, уселся на песок, глядел на садящееся за горизонт солнце и размышлял. Три его телохранителя стояли поодаль и не мешали раздумьям вождя. Наконец, великий вождь решился.

— Ты просишь слишком многого, Альвар Завоеватель. Но может правда действительно на твоей стороне? Выставь трёх поединщиков. Пусть духи рассудят нас. Три боя один на один на острове посреди реки.

Едва успевший сообщить эти условия посланник был вынужден срочно уходить с речного острова, поскольку на камни вылез погреться в лучах вечернего солнца крупный бронированный кайпи. Я думал, что ящер бросится в воду за ускользающей добычей, но хищник видимо успел насытиться мёртвыми телами и был благодушно настроен.

— Я готов выступить поединщиком! — объявил Костолом, и следом раздались ещё несколько голосов.

Гы Безжалостный Убийца уже достаточно оправился от ран и рвался в бой. Хотел подтвердить своё реноме умелого бойца и толстяк Аах Венорез, и брат Умной Совы Чевух, и ещё несколько ветеранов-орков. А когда я объяснил интересующейся происходящим баронессе Тильде, что сейчас намечается, вампирша тоже неожиданно загорелась энтузиазмом и попросила использовать именно её в качестве одного из тройки поединщиков.

— Костолом, Тильда и Венорез, именно в такой последовательности. Только, бойцы, донесите нашу гостью до острова на руках, а то как бы её лёгкое тельце бурным течением не унесло.

С противоположного берега к речному острову предсказуемо двинулась тройка телохранителей великого вождя. Вот только не успели они пройти и трети расстояния, как одного бойца схватил и утащил под воду крупный кайпи. Впрочем, смерть товарища не произвела впечатления на двоих оставшихся, и они продолжили путь к середине реки. Гревшегося там кайпи уже согнали прибывшими первыми мои поединщики, причём хищник не стал с ними связываться и тихо ушёл в воду.

— Почему девка? — донёсся до меня вопрос чужого орка, которому в качестве противницы досталась Тильда. — Нет ни чести, ни славы в победе над слабой женщиной!

— Если ты победишь мою младшую сестру, то удостоишься чести сразиться со мной. Только представь, тебе выпадет шанс завершить эту войну, убив вражеского вождя!

На таких условиях сразиться с Тильдой могучий орк согласился, тем более что пришла уже его очередь. Костолом свой бой закончил очень быстро, заставив меня и всех остальных понервничать. Могучий ветеран принял открытой грудью колющий удар вражеского ятагана, даже не попытавшись уклониться или парировать. Ухватился левой ладонью за крестовину клинка и сам своей же рукой вогнал лезвие ещё глубже себе в грудь, подтягивая при этом противника поближе. После чего правой рукой отшвырнул свой ятаган, вытащил напоясный нож и вонзил его прямо в глазницу противника. И прямо так с торчащим из груди клинком побрёл обратно сквозь бурный водный поток. Жесть, конечно…

— Надеясь, вождь, твоя девчонка быстро поставит меня на ноги, — с вымученной улыбкой произнёс боец, вытащил чужой ятаган и швырнул его в воду.

Я протянул руку, помогая выбраться на берег шатающемуся бойцу и сразу же передал его в руки шаманов, которые принялись накладывать повязки на страшную рану и применять лечебные заклинания. Но Костолом был прав, тут однозначно требовалась помощь профессионального целителя, а не этих самоучек.

А между тем Тильда в это время устроила на крохотном речном острове настоящее шоу, мелькая стремительной красно-чёрной молнией и профессионально, словно мясник неподвижную тушу, полосуя неповоротливого противника острым ножиком и разделывая на куски мяса. Вот она перерезала орку сухожилия ног, вот пустила кровь из вен обоих запястий, вот настала очередь ярёмной вены и пальцев правой руки… Напоследок она оторвала голову у упавшего на колени противника и швырнула её вылезшему на речной остров кайпи. Ящер поймал добычу в воздухе и, весьма довольный, уполз обратно в бурлящую воду.

Мои орки смотрели на этот необычный бой молча и с открытыми ртами, но после его окончания принялись дружно вопить, сотрясать оружием и прославлять «маленькую белую ведьму». Тильда же прополоскала ножик в проточной воде, убрала в ножны на бедре и жестами попросила Ааха Венореза перенести её обратно через реку. Орк подобрал брошенный ятаган Костолома, посадил баронессу на плечо и без происшествий перебрался на наш берег.

— И как я тебе, Альвар? — поинтересовалась дочь Кельнмиира, едва спрыгнув на твёрдую почву.

— Я в полном восторге! — совершенно искренне ответил я белокурой девушке. — Не будь ты титулованной аристократкой, обнял бы и расцеловал от избытка эмоций.

— Ну да, это был бы перебор, — согласилась баронесса. — Но за изысканный комплимент всё равно спасибо.

А между тем вождь племени Хига махнул рукой, и его горемыка-переговорщик снова полез в опасную реку. Добрался до острова и передал слова своего лидера.

— Духи однозначно высказались, на чьей они стороне. Но три дня вседозволенности — это слишком много. Два дня, и послезавтра к заходу солнца ты со своей армией убираешься за болота. И ты не сжигаешь Уяш и другие посёлки. Я же пошлю гонца к Тангыру Познавшему Тысячу Женщин с просьбой рассудить наш спор насчёт территорий моего брата. И до возвращения посланника не стану переходить своей армией северные болота. Слово вождя! Как тебе такое предложение, Альвар Завоеватель?

Сердце моё ликовало, поскольку за два полных дня, если подойти к этому вопросу с должным рвением и пригнать тысячу рабочих орков с севера, можно будет вынести из Уяша и остальных посёлков всё подчистую. Причём не только вещи и шатры, но даже разобрать и унести бревенчатые дома. Четыреста бойцов, тысяча рабочих, да полторы-две тысячи местных жителей присоединятся к работам… да мы тут разве что стены оставим! Но ответил я не сразу, заставив оппонента понервничать.

— Это несколько меньше, чем я надеялся получить от своего рейда. Но своей храбростью и мудростью, великий вождь Ольхен Ёж, ты уговорил