Влад - Дея Нира

сразиться с целой армией янычар, рубить им головы, протыкать их насквозь и наблюдать с упоением, как жизнь оставляет их. Но первым убил бы Мехмеда, эту подлую, мерзкую тварь, подверг бы пыткам, пока он не принялся бы умолять о пощаде. Как же Влад ненавидел турок!

Он часто думал о том, что мог бы сделать, будь у него своя сильная и многочисленная армия. Сколько его родной край может терпеть притеснение оттоманских ублюдков? Сколько еще детей отправится на поживу турецкому султану, скольких девочек сделают наложницами для плотских утех, скольких мальчиков вырастят свирепыми янычарами, чтобы направлять их мечи против своих же?

Бешенство кипело в нем, как и лютая ненависть, но пока Влад ничего не мог сделать. Ему приходилось держать эмоции в себе, копить бушующую ярость и лелеять ее, чтобы она ни в коем случае не угасла. Он будет помнить все, до последнего мгновения. Если судьба подарит ему хоть малейшую возможность поднять оружие и наказать виновных, Влад ее не упустит.

О, они обольются кровавыми слезами и станут содрогаться от его имени.

Но пока… Он почти никто. Заложник благородной крови и политических интриг. Каждый новый день может принести смерть Владу и тем, кто ему дорог. Поэтому он затаится и станет выжидать, внимательно наблюдая за своими врагами, изучит все их слабости, чтобы воспользоваться ими и нанести решающий удар. Такое время, несомненно, придет. И тогда он будет готов.

Братья ожидали наказания: Влад, полный слепой ярости и бессилия, и Раду – уставший, отчаявшийся. Жестоким наказаниям подвергались и за меньшие проступки, а тут – щенок валашского князя посмел поднять руку на самого наследника. Какие пытки придумают для него? Насколько изощренными они будут?

Но, к удивлению султанского двора, наказания не последовало. Неожиданно виновного помиловали, и все славили милосердие повелителя, изумляясь его великодушию. Но сердце Влада ныло и заходилось в тревоге. В память врезался обреченный взгляд брата. В нем светилось смирение: покориться султану, ответить на его милость означало стать его доверенным, заручиться защитой. Влад понимал брата и терзался этим, как и их безвыходным положением. Для них все было словно предрешено.

Он решил, что будет стойким, несмотря ни на что. Каждый новый день он потратит на то, чтобы стать сильнее и выносливее. Все, что у Влада оставалось, – это воля к жизни и клятва перед Богом о том, что он никогда не отступит.

Позднее обреченный взгляд брата не раз пробудится в памяти, как и тот страшный день, когда ненависть Влада к врагам обрела невиданную мощь. Ночами он думал о том, что готов был отдать за могущество и власть, лишь бы воздать сполна своим обидчикам. И эти мысли давали ему силы жить дальше, чтобы не сломаться, выстоять. Влад научился улыбаться в лицо своим недругам, отчаянно ненавидя их, и в его воспаленном воображении все они умирали страшной смертью, захлебываясь кровью.

Занимался неясный рассвет, тесня уходящую ночь. Елена задрожала, еле приходя в себя от волнения.

В ушах стоял жалобный плач и прерывающийся детский шепот. Что за странный, удручающий сон! Ей никогда еще не приходилось переживать подобное. Горечь страха и яд ненависти смешались в Елене, хотя она понимала, что это не ее собственные чувства. Она рассеянно оглядела комнату, и взгляд замер на книге, которую она читала перед сном. Что порой творит воображение, когда душой овладевают страх и беспомощность! И все же ускользающее из памяти видение вызвало смутное чувство тревоги, словно Елена увидела что-то очень знакомое или вспомнила нечто давным-давно забытое.

Она распахнула окно, и, когда повеяло запахом влажной листвы, в голове чуть прояснилось. Но тут Елена заметила на подоконнике странные следы, будто от острых когтей. Она наклонилась ближе, чтобы рассмотреть их: несомненно, следы были свежие. Она медленно протянула руку и коснулась глубоких царапин, явно оставленных накануне вечером или ночью. Как бы то ни было, девушка порадовалась, что этой ночью, перед тем как провалиться в глубокие объятия сна, не пожелала оставить окно открытым.

Елена с тревогой ожидала появления Аники. Последнее время та приносила одни печальные вести.

– Вчера хозяин ходил под вашими окнами, – сообщила она. – Все высматривал. А потом сюда поднялся и меня расспрашивал о том, что вы делаете. Ну, я и сказала, что вы отдыхаете, как вы велели.

Елена задумчиво кивнула и села перед зеркалом, чтобы Аника расчесала ей волосы.

– Господин Петру, как вы знаете, вчера ездил в деревню с приставом поговорить.

– В деревне все спокойно?

– Да уж куда там! Опять труп нашли. Так вот, господин Моэску утверждает, что такое происходит время от времени. Он запись какую-то нашел одного священника. Тот уверен, что это что-то вроде болезни, которая вспыхивает периодически.

– Болезнь, которая делает из людей чудовищ? – Елена подняла брови.

– Это еще не все. – Аника продолжала увлеченно рассказывать, довольная, что ее внимательно слушают. – Этот священник считает, что если проследить все случаи возникновения этой болезни, то можно заметить, как их становится все больше.

Аника ближе наклонилась к Елене, глядя на ее отражение в зеркале, и прошептала:

– Он верит, что это вроде как предзнаменование пришествия дьявола. Прости Господи. – Аника выпрямилась и перекрестилась. – Но господин Петру, как я слышала, поднял слова священника на смех. Он уверял, что дьявол тут вообще ни при чем, но вот возможность возникновения заразной болезни, которая пагубно влияет на людей, по его мнению, весьма вероятна. Пристав как раз собирался отправить письмо в столицу. Он ожидает дальнейших распоряжений. А вы как думаете?

Елена подняла глаза и встретилась с настороженным взглядом горничной, вспомнила скрюченных монстров, щелкавших зубами и передвигавшихся с невероятной скоростью, и бессознательно потерла плечо, которое еще ныло от укуса неизвестной твари.

– Я не знаю, – ответила она. – Мне в любом случае не по нраву все то, что они предполагают.

– А еще, как я слышала, вскоре ожидают гостей, – продолжала горничная.

– Вот как?

– Я случайно услышала. Будто господин Петру, когда был проездом в Тырговиште, встретил там своего старого друга и пригласил погостить в поместье. Он приедет с сестрой. Ах, – воскликнула она, прижав ладони к щекам, – только не говорите ему ничего! Это должен был быть сюрприз для вас. Господин Петру заметил, что вы хандрите. Он посчитал, что, возможно, общество молодой барышни поднимет вам настроение.

Елена подумала, что сейчас не лучшее время для знакомства, но согласно кивнула.

Старшему инспектору Чезаре Альбу, Бухарест.

Отчет о положении дел в уезде Арджеш станового пристава Г. Моэску от 15 июля 1884 г.

Уважаемый господин Альбу!

К сожалению, принятые меры оказались недостаточными для предотвращения