Влад - Дея Нира

имел место еще один случай осквернения могилы молодой девушки, чье мертвое тело было найдено в лесу. Опрос жителей не дал почти никаких результатов. Никто не видел, как она покинула деревню и с кем, но при осмотре трупа были также обнаружены множественные укусы и глубокие царапины, которые, впрочем, жертва могла получить еще при жизни, учитывая многочисленные колючие кустарники, растущие на месте, где ее нашли.

Под стражу взяты житель деревни и жених девушки, которые клялись, что не имеют отношения к ее гибели. Хотя накануне их видели вместе вечером на празднике, завершившемся рано, так как мною введен комендантский час.

На данный момент этот случай является последним. Ввиду усиленных мер по предотвращению новых происшествий, надеюсь на благополучный исход и снижение количества смертей.

Жду ваших дальнейших распоряжений на основании вышеизложенного.

С почтением, Г. Моэску

Глава 10. Тревожащие загадки

Неприятные события наложили отпечаток на отношения между обитателями поместья.

Тетя София уже несколько раз выразила сожаление, что слишком поспешно поддалась на романтические чувства молодых людей и не разузнала подробнее о том, что в окрестностях время от времени происходит нечто необъяснимое и пугающее. Она возмущалась, что Петру утаил это, а он пытался убедить ее не верить слухам и суевериям.

Елена вовсе не желала возвращаться в Бухарест, как настаивала тетя: там девушку ожидала прежняя жизнь, от которой она хотела скрыться. Несмотря на страх и случившееся в лесу, Елена чувствовала, что необъяснимая сила манит ее, заставляя остаться здесь.

В библиотеке она нашла несколько книг по истории и демонологии, заинтересовавших ее. Некоторые книги прятала в шкафу, чтобы их не увидела тетя София: она наверняка бы не одобрила подобное. И хотя то, что узнавала Елена, порой шокировало и пугало, она не бросала чтения. Пожалуй, даже Аника бы удивилась, зачем ей трактаты о чудовищах и суккубах, но Елена считала иначе. Она решительно настроилась смотреть страху прямо в глаза, и одним из безопасных способов сделать это было как раз чтение таких книг.

В ночь после нападения она очнулась, стоя на краю окна. Елену привели в себя шум дождя и брызги воды, попавшие ей на лицо, отчего она вздрогнула и открыла глаза. Видно, пережитое так подействовало на Елену, что она снова начала ходить во сне. Еще немного – и она сделала бы роковой шаг вперед. Следующей ночью девушка плотно привязала длинную ленту к ноге, а другой конец как следует прикрепила к ножке кровати. Если бы она и встала, то не дошла бы до окна, а кровать была слишком тяжелой, чтобы сдвинуть.

Елена хотела справиться со своим недугом сама, не вовлекая никого в собственные переживания.

Петру был занят: наконец прибыла назначенная комиссия вместе со священником. Рабочие очень ждали этого: они выказывали недовольство, несмотря на то что гроб стоял далеко от места возведения домовой церкви. Они уверяли, что не раз видели среди деревьев человека в монашеском облачении, но вместо лица у него была черная яма с горящими злыми глазами. Другие говорили, что слышали пугающий шепот за спиной, который убеждал их отречься от Бога и служить сатане.

Петру раздражали рассказы рабочих, которые он считал пустой и глупой болтовней. В какой-то момент он был готов их всех рассчитать, чтобы нанять других, но архитектор сказал, что уволенные рабочие непременно пустят дурные слухи. Поэтому лучше было попробовать с ними договориться и пропускать мимо ушей сказки о призраках и мертвецах.

Гроб вынесли в сад на заранее подготовленное место, чтобы вскрыть его и как следует рассмотреть содержимое. Двое самых смелых рабочих вызвались сделать это ради всеобщего спасения, как они выразились, хотя с гробом пришлось порядком повозиться, так как он насквозь был пронзен длинными железными гвоздями. От этого, вероятно, весь гроб покрывала сеть мелких, но глубоких трещин, которые расширились со временем.

С большим трудом его удалось открыть, при этом из образовавшейся щели вырвался не то дымок, не то столб пыли, отчего рабочие бросили свои инструменты и с криками отскочили в сторону. Их заверили, что такое бывает при вскрытии старых гробов и что им ничего не угрожает.

Петру, вне себя от волнения, торопил рабочих, требуя скорее сорвать крышку. Он испытывал невероятную досаду и нетерпение. Ему казалось, что, как только все будет решено с этим злосчастным гробом и возведением церкви, жизнь изменится к лучшему.

Господин Бурча – представитель исторического общества – спросил, в каком положении был обнаружен гроб, и Петру ответил, что его не переворачивали.

Он ожидал увидеть что угодно: истлевшие останки, пробитого колом покойника, раздробленные кости, отсеченную голову. Словом, все, что могло постигнуть несчастного монаха-еретика, предавшего свою веру.

Но как только крышку открыли, раздались удивленные вздохи: в гробу никого не было. Взорам собравшихся предстал лишь разорванный саван, пожелтевший от времени и покрытый темно-багровыми пятнами.

– Вы видите? – сказал архитектор Селяну, указывая на саван. – В него когда-то было обернуто тело.

– Но где же оно в таком случае? – спросил Петру.

Другие были озадачены не меньше.

– Порой бывает, – сказал один из представителей комиссии, – что тело разлагается довольно быстро, что кажется мне странным, так как гроб пролежал в закрытой шахте несколько столетий. Впрочем, это вполне допустимо, если туда каким-либо образом проникал воздух через образовавшиеся щели. Но и это мне кажется непонятным. Даже если бы останки были очень хрупкими и рассыпались, мы бы обнаружили их следы, чего я не наблюдаю.

– И что нам теперь делать с гробом? – поинтересовался Петру.

– Если не возражаете, мы можем забрать его для более тщательного изучения, – предложил господин Бурча. – Вероятно, что-то удастся выяснить.

– О, я ничуть не возражаю. – Петру даже обрадовался. – Вы можете держать его у себя сколько потребуется.

Кажется, это решение должно было устроить всех. И хотя Петру испытал заметное облегчение, все-таки странное чувство беспокойства настигало его, и он невольно задавался вопросом: что означал пустой гроб и куда могло подеваться тело?

Этот же вопрос интересовал и остальных.

Рабочие, правда, были смущены и напуганы. Они принялись уверять, что когда извлеченный из ящика гроб несли в беседку, то внутри что-то перекатывалось. Они были уверены, что это кости и череп покойника, и готовы были поклясться, что слышали какой-то шум.

Впрочем, на их слова почти никто не обратил внимания, так как сам факт был налицо. Гроб не вскрывали, он был заколочен гвоздями, и, даже несмотря на трещины, прах не мог никуда деться. Значит, гроб был пуст, когда его достали из шахты, однако когда-то тело там все же было, исходя из назначения