Королевство проклятое и пустое - Стасия Старк

желанной разрядки и, бормоча проклятия, жаркими толчками излился в меня. Несколько раз моргнув, я наконец смогла сфокусировать взгляд и обнаружила, что он не отрываясь смотрит на меня. Я же, обнаженная, распростерлась под ним, все еще тяжело дыша и не в силах пошевелиться.

Ухмылялся он весьма самодовольно, очень по-мужски, вновь заявляя на меня все права.

Застонав, я потянулась за подушкой, чтобы запустить в него. Но Лориан поймал мою руку, поцеловал пальцы и притянул меня ближе, а потом перекатился на спину, так что я распростерлась у него на груди.

– Что такое, кошечка?

– Ничего. – Боги, что я наделала?

В лагере стояла тишина, темноту палатки нарушал лишь один из странных светящихся шаров, которые фейри использовали вместо ламп. Я попыталась сесть.

– Приска.

– Тебе нужно идти.

Но он не шевельнулся, терпеливо глядя на меня:

– Ты на самом деле этого хочешь?

Нет.

– Да.

Он усмехнулся, притягивая меня ближе, и я со вздохом прижалась к нему. Вдохнула знакомый мужской запах, наслаждаясь ощущением его твердого тела. В его объятиях я чувствовала себя в безопасности.

Боги, я вела себя глупо. И сама себе усложняла жизнь. Но, похоже, ничего не могла с этим поделать.

Мы то проваливались в сон, то вновь просыпались, и, когда я в третий раз вздрогнула и открыла глаза, Лориан сжал мне руку.

– Поделись со мной, – попросил он и скривил губы. – Обещаю не воспринимать твои откровения как стремление к настоящей близости.

У меня вспыхнули щеки, а Лориан молча наблюдал за мной, ожидая ответа.

Трясущимися руками я убрала волосы с лица и призналась:

– Мне снилась Вуэна.

Я и сама не понимала своего отношения к этой женщине. Всю жизнь я считала Вуэну матерью, но после ее смерти начала кое-что вспоминать. И эти ужасные картины из прошлого приходили ко мне в виде ночных кошмаров.

Лориан ободряюще кивнул. Я прикусила нижнюю губу, но потом все же продолжила:

– Когда я была еще ребенком, мы пошли на праздник в дом одного из деревенских жителей. И папа с Тайбрисом с нами. Я тогда подумала, что… все мы счастливы. А потом появился надзиратель и убил хозяев дома, а их сына забрал в столицу, чтобы сжечь. Он был ровесником Тайбриса, – судорожно вздохнула я, и Лориан взял меня за руку. – Перед тем как расстаться с жизнью, Овида обвинила маму. Она сказала: «Ты ведь провидица! Почему ты это не предотвратила?» Наверное, я заблокировала это воспоминание, но оно всплыло в памяти, когда я узнала в замке Регнера того надзирателя.

– Думаешь, на самом деле она знала? – Лориан чуть сжал мне руку.

Я кивнула, чувствуя тяжесть в груди.

– Скорее всего. И воспользовалась ситуацией, чтобы меня напугать. Она настаивала, чтобы я смотрела на происходящее. И перед тем, как их убили, сказала мне… – Горло перехватило, и я судорожно втянула воздух.

Лориан вытер слезы с моего лица. А я и не поняла, что плачу. Я была решительно настроена не показывать ему свою слабость, и все же в глубине души понимала, что рядом с ним могу позволить себе расклеиться.

– Расскажи мне остальное, – попросил он.

– Она сказала: «Смотри, Приска. Смотри внимательно. Вот что происходит, когда ребенка ловят за использованием запрещенной магии». Она ничего не сделала, чтобы помешать трагедии, и просто позволила той семье умереть, Лориан. Их сын был совсем ребенком. А она решила преподать мне урок. Чтобы я никогда не забывала, чем грозит мне использование магии.

Я подняла голову и прочитала в глазах Лориана жалость. Обычно она приводила меня в бешенство. Но сейчас он жалел ту девчонку, которой я когда-то была. Более того, сжатые челюсти точно выдавали его чувства.

– Ты злишься из-за того, что со мной случилось.

Лориан нежно поцеловал меня в щеку:

– Иногда я жалею, что у меня нет магии времени. Если бы мог, я бы повернул время вспять и вытащил тебя оттуда. И взял бы под свою защиту.

– Знаю. – В его желании защищать меня я никогда не сомневалась. Я подняла наши соединенные руки и поцеловала костяшки его пальцев. Удивление в его глазах смешалось с удовольствием. – Она могла спасти их, Лориан. Мне этого никогда не понять.

– Потому что ты не похожа на нее, дикая кошечка. Вероятно, мы никогда не узнаем, почему она сделала такой выбор. Но, если бы тебя поймали в детстве и отправили на костер, ты не смогла бы спасти триста смесков.

– Думаешь, она все это предвидела?

– Ну, она ведь была провидицей и вмешивалась в то, во что не имела права лезть. Вуэна знала, что ты наследница королевства смесков. Она совершила непростительный поступок, но, скорее всего, оправдала это тем, что так позволила тебе выжить. Чтобы в будущем ты сумела спасти свой народ.

Мальчик

Его брат приходил всякий раз, когда мальчик с криком просыпался от ночных кошмаров, и в конце концов велел переселить ребенка в свои покои, чтобы слышать его крики из соседней комнаты.

Сперва король не знал, как быть, и лишь растерянно сидел у кровати брата. А потом решил призвать на помощь книги и начал читать мальчику отрывки из своих любимых древних фолиантов фейри. Они были написаны таким сухим языком, что иногда ребенка сразу клонило в сон.

Когда же книги не помогали, король рассказывал брату о великих битвах в истории фейри. В такие моменты Конрет словно оживал. Из его рассказов мальчик узнал о тактиках ведения войны, оружии и великих осадах, случавшихся на землях фейри. О волшебных существах и магии, которой когда-то владели его родители.

В историях о доблести и героизме, которые рассказывал его брат, мальчик находил утешение. Яркие образы вплетались в его сны и прогоняли ночные кошмары, так что иногда он спал целую ночь без пробуждений.

Но теперь дни становились все мрачнее. Паника сжимала его грудь, и мальчик царапал горло, силясь нормально вдохнуть. Постепенно в мире воцарялись тишина и покой, и лишь в его голове все еще жили крики, которые никогда не смолкали.

Глава 11

Приска

На следующее утро я проснулась с тяжестью в груди и болью в мышцах. Лориан ушел, когда встало солнце. Перед уходом он поцеловал меня в лоб. Я притворилась спящей, хотя он, вероятнее всего, понял, что я не сплю.

Но у меня оставалось еще слишком много причин держаться от него подальше. Лориан до сих пор не объяснил, почему его считают виновным в гибели Кроуита. Он неделями скрывал от меня правду. А я тут же вернулась к нему в