Тоннель в лето, выход прощаний - Мэй Хатимоку

– Расскажи еще что-нибудь о ней.

– Конечно. Помню еще один забавный случай, когда ей было три года…

Хотя я легко согласился и начал свой рассказ, у меня внутри закралось сомнение: «Разве это подходящая тема для разговора?» Я только рад поговорить о Карэн, но уместно ли это сейчас? Ханасиро вряд ли пригласила меня сюда лишь затем, чтобы послушать рассказ о моей сестре.

Продолжая говорить о Карэн сквозь легкое чувство неуверенности, я завершил очередную историю и, почувствовав легкое волнение, наконец спросил:

– Так, о чем ты…

– Пожалуйста, ваш омлет и сэндвич.

Еда подоспела раньше, чем я успел договорить…

– Давай есть, Тоно.

– Да, конечно.

Что ж, поговорить можно будет и после еды.

Я размазал кетчуп тыльной стороной ложки. Тонкий омлет, обернутый вокруг риса с курицей, – это простой и сытный выбор. В этом заведении у него лучшее соотношение цены и размера порции, поэтому я всегда заказываю именно его.

Я украдкой взглянул на Ханасиро. Ее сэндвич с ветчиной, листьями салата, помидорами и сыром в багете смотрелся внушительно. Она с удовольствием откусывала его, словно это был гамбургер. Выглядело очень аппетитно.

Может, в следующий раз мне тоже стоит его заказать? Хотя к тому времени, как мы вернемся из туннеля Урасима, этого места уже может и не быть вовсе… Пока я размышлял об этом, не отрывая взгляда от Ханасиро, заметил одну деталь.

У нее дрожали руки.

– Ханасиро?

– М-м?.. Что?

– Кондиционер, тебе не слишком дует?

– Нет, вроде нормально.

– Тогда ладно… У тебя здесь майонез.

Я ткнул пальцем в свою щеку, показывая, где именно. Ханасиро, покраснев, вытерла лицо бумажной салфеткой.

Может, она сама не замечает этой дрожи в руках?

Пока я раздумывал, мы закончили с едой. Тарелки унесли, и нам подали кофе, который мы заказали на десерт.

– Ханасиро. О чем все-таки ты хотела поговорить? – спросил я.

Она, размешивая кофе с сахаром и молоком, ответила:

– Я хотела узнать побольше о Карэн. Если я ничего о ней не знаю, то как я смогу найти ее в туннеле Урасима?

Ложка постукивала о внутреннюю стенку кофейной чашки.

– Но ты ведь не спрашивала, как она выглядит.

– Просто мне стало интересно узнать о ней самой. Внешность я могу уточнить и потом.

– Но для этого нам не обязательно было встречаться, разве нет?

– Чтобы обсудить все подробности, лучше встретиться лично, не считаешь?

– …Ты кофе расплескиваешь.

Ее рука резко остановилась. Ханасиро смущенно прикусила нижнюю губу и положила ложку на блюдце.

– Ханасиро, я не пытаюсь тебя упрекнуть… Но ты что-то скрываешь, да? Ты ведь позвала меня не только чтобы поговорить о моей сестре, верно?

– …

– Знаешь, мне кажется, не стоит идти в туннель Урасима, оставив что-то невысказанным. Давай поговорим. Я ведь не стану тебя осуждать.

Ханасиро смущенно подняла взгляд.

Видимо, ей действительно очень трудно об этом говорить. Я выпрямился, стараясь оставаться невозмутимым, независимо от того, каким будет ее признание.

Ханасиро сделала глоток кофе и медленно начала:

– …Тоно, ты знаешь журнал «Ежемесячный Джорно»?

– Что? Журнал?

Этот совершенно неожиданный вопрос застал меня врасплох.

«Ежемесячный Джорно» – это журнал манги. Я иногда пролистывал его в парикмахерской.

Он рассчитан на более взрослую аудиторию и публикует произведения в жанре темного фэнтези, а также мангу про работу, охватывая таким образом самые разнообразные жанры. Сложилось впечатление, что там много работ с ярко выраженным авторским стилем.

– Знаю, но при чем тут он?

– …В «Ежемесячном Джорно» есть конкурс для начинающих мангак – «Новая звезда». Они принимают работы четыре раза в год.

– Ага, понятно.

– И… я тоже подала свою работу на этот конкурс. Результаты весеннего тура были опубликованы в номере, который вышел сегодня.

Так вот оно что. Ханасиро запланировала экспедицию в туннель Урасима на завтра, потому что хотела дождаться результатов. А я все думал, почему она выбрала не первое, а второе августа.

Действительно, если бы она победила и не узнала об этом перед входом в туннель, было бы обидно… Хотя, может быть…

– Ты… победила?

– Нет, мою работу не отобрали.

– О… это…

Я раздумывал, не стоит ли сказать что-нибудь вроде «как жаль», но Ханасиро продолжила:

– Хотя победа мне не досталась, один редактор проявил интерес к моей манге… И я получила сообщение с предложением вместе поработать над мангой.

– …Ого, правда?! Значит, ты дебютируешь как мангака?

– Ну, не совсем. Просто у меня теперь есть редактор, который будет курировать мою работу, а что будет дальше – пока не ясно…

– Ничего себе, собственный редактор…

Эта фраза прозвучала так, словно она говорила на другом языке, и у меня возникло ощущение, будто она отдаляется от меня.

– Так… а что появление редактора означает для тебя? Я, конечно, мангу читаю, но в тонкостях индустрии не разбираюсь.

– Обычно все стремятся получить награду. Ты показываешь готовую работу редактору, он указывает на слабые места, и так ты постепенно улучшаешь качество своей манги… Наверное, так. Я тоже мало что об этом знаю.

– А ты сама чего хочешь, Ханасиро?

Мой вопрос прозвучал довольно резко. Ханасиро нахмурилась, и в ее взгляде промелькнуло похожее на раздражение.

– У меня нет никаких особых желаний или целей. Редактору понравилась моя манга – и это хорошо. На этом все. Я просто поставила тебя в известность, и это никак не влияет на мои планы.

– Но завтра же день, когда мы идем в туннель Урасима… Ты уверена?

Мы можем покинуть этот мир на несколько месяцев или даже лет. Разве редактор станет столько ждать? Конечно же нет. Это понимаю даже я, дилетант.

– …Что за глупый вопрос. Разве я могу отказаться от своих планов из-за такого пустяка? Конечно, это досадно, но для меня войти в туннель Урасима гораздо важнее, чем получить редактора. К тому же это не значит, что я навсегда потеряю возможность рисовать мангу. Раз мои способности признали, я просто продолжу после возвращения. Так что давай закроем эту тему.

…Тогда почему у тебя такое страдальческое выражение лица?

Разве ты не хотела стать мангакой? Разве не была безумно рада, что тебя оценил профессионал? Ни за что не поверю, что ты можешь так запросто отказаться от возможности дебютировать.

– Ханасиро, подумай еще. Давай хотя бы отложим наш поход.

Ханасиро замотала головой, будто я сказал какую-то глупость.

– Нет, тогда оков станет только больше.

– Каких еще оков?

– Оковы – они и есть оковы. Кавасаки, манга – все, что связывает меня с этим миром. Если станем откладывать, их количество будет только увеличиваться. Если не разорву их