Месть - Виктория Э. Шваб

– Мы на месте.

Эли стоял в дверях, сжимая коробку с книгами. Комната была простой, только окно, узкая кровать и письменный стол.

– Немного пустовато, знаю, – сказала домовладелица, которая настояла, чтобы он звал ее Мэгги. – Но окна со стеклопакетами и душ в коридоре горячий. – Она смерила его взглядом. – Такой юный и уже живешь самостоятельно?

– Я освобожден от опеки, – объяснил Эли.

Это был самый простой путь. Ему почти шестнадцать. Мало кто хотел брать подростка, а Эли не желал становиться подопечным государства. Родители мертвы. Патрик и Лиза тоже. Первые оставили ему только шрамы, а вторые деньги – немного, но достаточно, чтобы Эли мог заплатить за квартиру и окончить среднюю школу. Поступить в хороший колледж.

– Спасибо, Мэгги, – сказал он, переступая порог.

– Хорошо, Элиот. Дай знать, если что-нибудь понадобится.

Деревянный пол заскрипел под ее ногами, а затем и под ногами Эли, который отнес коробку на стол и сложил учебники в аккуратную стопку.

– Нам очень жаль, Элиот, – сказал директор.

– У нас есть психологи, – добавил завуч.

– Дайте нам знать, чем мы можем помочь, – повторили учителя.

– Пожалуйста, – умолял их по очереди Эли, – никому не говорите.

Нормальность – это такая хрупкая вещь, которую легко разрушить даже добрыми намерениями.

Итак, все они хранили его тайну, а он уехал под предлогом, что хочет скорбеть в одиночестве.

Эли достал две последние книги – потрепанную Библию и учебник по анатомии. Отложил первую в сторону, взял вторую и опустился на стул.

«Мы должны, – подумал он, – найти в страдании смысл…»

Эли открыл тяжелый том и листал страницы, пока не отыскал рисунки головы и шеи, узор мозга, тонкий столб позвоночника.

Найти смысл.

Он принялся делать заметки.

XVII. Четыре года назад. ЭОН

Когда на следующий день Стелл вернулся, Эли не поднял на него взгляда.

Он сидел над папкой, которую штудировал большую часть ночи.

– Вижу, ты решил сотрудничать.

Эли собрал бумаги обратно в стопку.

– Мне нужен компьютер.

– Ни в коем случае, – отрезал Стелл.

Эли поднялся со стула и подошел с папкой к стене камеры.

– Я месяцами изучал свои цели. Убеждался в их способностях. Отслеживал их перемещения. – Он разжал пальцы, и папка упала, бумаги веером рассыпались по полу. – Вы хотите, чтобы я делал ту же работу, сидя внутри бетонной коробки, не имея ничего, кроме убогих данных? Этого, – указал он на страницы у своих ног, – недостаточно.

– Это все, что у нас есть.

– Тогда вы плохо ищете, – огрызнулся Эли. Он посмотрел на фотографию на полу. – Табита Дал. Девятнадцать лет. Спортсменка, ученица колледжа, активная, дружелюбная, любительница приключений. Во время похода получает обширный сердечный приступ из-за аллергической реакции. Подруге удалось ее реанимировать. Ее отвозят в больницу. А потом она   исчезает. Две недели назад родители подали заявление о пропаже. – Эли поднял голову. – Куда она пойдет? Как бы она туда добралась? Почему здесь нет ничего о подруге, с которой она была? Что она думала и чувствовала сразу после несчастного случая?

– И как нам получить такую информацию? – спросил Стелл.

Эли вскинул руки.

– Ей девятнадцать. Начните с социальных сетей. Взломайте ее переписку с друзьями. Влезьте в ее жизнь. В ее голову. ЭО становятся не просто в результате события, которое их изменило. Многое зависит от того, кем они были раньше. Обстоятельства, но еще и психика. Я могу помочь вам найти Табиту Дал. С нужной информацией я, вероятно, смогу довольно точно угадать приобретенную способность, но пять листков бумаги мне ничего не скажут.

Последовало долгое молчание. Эли терпеливо ждал, пока Стелл его нарушит.

– Я достану тебе компьютер, – сказал директор. – Но с ограниченным доступом, и система будет дублироваться. Я увижу все, что ты ищешь. И как только выйдешь за рамки дела, то лишишься не просто компьютера. Мы поняли друг друга?

– Я мог бы не просто высказывать версии, – начал Эли, опускаясь на колени, чтобы подобрать бумаги. – Если ты меня выпустишь…

– Послушай, Кардейл, – сказал Стелл. – Проясним один момент. Ты можешь помочь нам из этой камеры или из лаборатории, но за пределы комплекса не выйдешь никогда.

Эли поднялся на ноги, но директор уже ушел.

XVIII. Семнадцать лет назад. Колледж Хаверфорд

Эли шел через кампус, подняв воротник от холода.

Хаверфорд был хорошим колледжем – не самым лучшим, но, безусловно, вершиной того, что мог себе позволить Эли, – и располагался достаточно близко от общежития. Местное население по численности могло дать фору большинству городов, а кампус раскинулся так широко, что два месяца спустя Эли все еще попадались новые здания.

Возможно, именно поэтому он не видел часовню раньше.

Или, может быть, до сих пор она пряталась за деревьями, красные и золотые листья скрывали классические линии, простой шпиль, покатую белую крышу.

Эли замедлил шаг. Но не развернулся. Тяга была легкой, но настойчивой, и Эли все же поднялся по лестнице.

Он не ступал в церковь годами, с тех пор как Бог стал чем-то более… личным.

Первым, что увидел Эли, был витраж. Красные, синие и зеленые блики танцевали на полу. И каменный крест перед окном. Ладони начало покалывать. Эли закрыл глаза, пытаясь вернуть воспоминания об отцовском голосе, свисте кожаного ремня.

– Удивительно, не правда ли? – со смешливыми нотками спросил кто-то.

Эли моргнул, повернул голову и увидел девушку. Стройную и красивую, с большими карими глазами и светлыми волосами.

– Я никогда не была набожной, – продолжила девушка, – но часовня красивая. А вы?

– Я не ценитель архитектуры, – ответил Эли с кривой улыбкой, – но всегда был набожным.

Она надулась и покачала головой.

– Ох, значит, у нас ничего не выйдет. – Притворную грусть снова сменила улыбка. – Извините, я не хотела вас прерывать, вы казались грустным.

– Правда? – Эли, должно быть, дал слабину, раз вылезла правда. Но он мгновенно собрался и обрушил на девушку всю силу своего обаяния. – Вы изучали не здание, а меня?

В глазах девушки заплясали огоньки.

– Я вполне способна восхищаться и тем, и другим. – Она протянула руку. – Я Шарлотта.

Он улыбнулся.

– Эли. – Над головой зазвонили колокола, и он протянул ей руку. – Пообедаем?

* * *

Неделей ранее Мэгги появилась в дверях комнаты Эли, прижимая к бедру корзину белья.

– Сегодня пятница, вечер, Элиот.

– И?

– А ты сидишь здесь со своей математикой.

– Биологией, – поправил он.

Мэгги покачала головой.

– Все время учишься, не веселишься, для парня твоего возраста это ненормально.

Вот оно. Нормально. Его главный ориентир.

Эли оторвался от домашней работы.

– Что же я должен делать? – спросил он, подняв бровь, чтобы скрыть