Фантастика 2026-96 - Макс Вальтер

Внутри всё кипело, но я сдерживал гнев, предвкушая тихую, холодную месть. Конечно, я понимал, что жирный бюрократ вряд ли устроим этим уродам качественный втык, но голограф они мне вернут. А это уже будет маленькой победой.

Прошло минут двадцать, когда у ворот снова объявился Данилыч. На его роже сияла довольная улыбка. Видимо, он уже подсчитывал в уме полученную прибыль с продажи оружия. Ещё бы, ведь мы отдали его почти за бесценок.

— Стоять! Пропуск где? — послышалась знакомая фраза, и я поспешил к воротам.

— Ворон, ты? — громко рявкнул я.

— Да, — прилетел ответ.

— Пропуск пока не сдавай, дело есть. Слышишь?

— Да, говори!

— Дуй в администрацию, найди того бюрократа, который у нас анкетирование проводил. Передай ему, что я жду его на воротах. Скажи: срочно! Это относится к нашему делу.

— Какому делу?

— Твою мать, пернатый! Давай без вопросов! Бегом!

— Принял.

Обострившийся слух уловил удаляющиеся шаги. А обоняние подкинуло порцию информации другого характера. Дружина на воротах занервничала. Кажется, до них потихоньку начало доходить, что они связались не с теми, кого можно безнаказанно унижать. Но и сдаваться они не спешили.

Из размышлений меня вырвала подошедшая сзади Полина.

— Ботинки оставила, — тихим голосом доложила она. — Он их по сотне за пару хотел взять. Воняет ему от них, мол: б/у и всё такое.

— Совсем дурак, — усмехнулся я.

— Вот и я так сказала.

— В «мерин» их тогда скинь.

— Уже.

— И в кого ты только такая умная?

— В тебя, папочка, — язвительным тоном отозвалась она, и мы вместе заржали.

Прошло ещё около получаса, прежде чем я почуял приближение к воротам Ворона. Слух также вычленил тяжёлую поступь с характерным загребанием левой ногой. Как-то я не обращал внимания на косолапость толстого бюрократа, но теперь не только видел изъян, а ещё и знал его причину. Мозг уже произвёл необходимые вычисления и указал на искривление позвоночника и разворот таза, пометив их слабым местом. На некоторое время я даже завис, осознавая открывшиеся передо мной возможности.

Через некоторое время из-за ворот донеслась раздражённая речь, и створки медленно поползли в стороны. Нас с Полиной тут же взяли на прицел, будто мы собирались растерзать толстяка прямо у главного входа.

— Я слушаю. — Жирдяй уставился на меня тяжёлым взглядом.

— Я отказываюсь от вашего задания, — бросил я. — И не потому, что не способен его выполнить.

— И ради этого мне пришлось тащиться сюда через весь город?

— Одышка не задолбала? — хмыкнула Полина.

— Более того, — продолжил я. — Со своей стороны я обязательно запущу слух о том, чтобы с вами не имел дел ни один приличный наёмник или отряд.

— Можешь попытаться, — небрежно произнёс толстяк, но я прекрасно чувствовал все изменения в его организме.

— Ну и отлично, — пожал плечами я, собираясь уйти.

— Причина, — всё же не выдержал толстяк.

— Ваша дружина сняла с моего оружия голографический прицел. Ну и скотское отношение…

— Вернуть, — отдал короткую команду толстяк.

— Дмитрий Алексеевич, мы не брали… — начал было привратник.

— Вернуть, вашу мать! Две минуты у вас! И мне насрать, кто из вас это сделал, вся смена останется без квартальной премии!

Не имея возможности спустить свой гнев на меня, он в полном объёме вылил его на головы своих подчинённых.

Честно говоря, я и сам не ожидал, что всё будет выглядеть настолько красиво. Не прошло и минуты, как на КПП прибежал начальник караула, которому тоже досталось «по самые гланды». В один момент я даже испугался за нанимателя, думал, что его вот-вот инсульт хватит. И да, я чувствовал, как растёт его кровяное давление.

Шоу продлилось дольше отведённых начальством двух минут. А по окончании ко мне даже подвели с извинениями виновника, которого быстро отыскали. Им оказался дружинник из ночной смены, тот самый, кому мы сдавали оружие. Он долго что-то мямлил, выдавливая из себя извинения, а затем протянул мой голограф.

Когда цирк с конями наконец-то улёгся, меня снова окликнул Дмитрий Алексеевич. Через ворота меня пропустили без единого вопроса, притом вместе с оружием.

— Я надеюсь, конфликт исчерпан? — сухо спросил он.

— Вполне, — кивнул я, при этом криво ухмыляясь под шапкой.

— В таком случае верните документы, они у нас в единственном экземпляре. Или вы всё же собираетесь довести дело до конца?

— Похоже, эта банда уже порядком вас достала, — заметил я. — Мы в деле. Но этот ваш бардак…

— Вас это больше не коснётся, — заверил он. — Жду отчёта о проделанной работе, желательно с доказательной базой.

Толстяк развернулся и зашагал прочь.

— Дмитрий Алексеевич, — окликнул бюрократа я. — У вас перекос таза, который уже даёт искривление поясничного отдела позвоночника. Не удивлюсь, если там уже пара грыж образовалась.

— Я знаю. — Толстяк бросил эту фразу, не оборачиваясь.

— Ну знаешь — и молодец, — буркнул я.

Вскоре мы уже сидели в машине и внимательно изучали материалы дела. Несколько протоколов, составленных на месте нападения банды и описывающих произошедшие события. К ним прилагались протоколы допросов свидетелей. Или, если быть более точным, тех, кому посчастливилось при этом выжить.

— Ни хрена не понятно, — пробормотал Ворон, читая очередную бумагу, исписанную кривым почерком. — Вот это что за слово?

— Бо-ли-ли-мене, — по слогам прочитала Полина.

— И что это значит?

— Скорее всего: более-менее, — предположил я.

— Капец, — выдохнул Ворон. — Да мы здесь до завтрашнего рассвета только эти шифры разбирать будем.

— Да смысл нам всё это читать? — Полина отложила свою часть протоколов. — Картина в целом понятна. Банда работает на всех подъездных дорогах. Судя по тому, как оперативно они реагируют на появление нужных торговцев, им кто-то сливает информацию. А зачем они вообще сюда едут? Крепость же почти никакая.

— Железка, — ответил я. — В городе довольно крупная грузопассажирская станция. Плюс одна из веток проходит в двух кварталах от крепости. Представь, какой у них здесь товарооборот.

— Что-то я его не заметила.

— А это как раз из-за них. — Я ткнул пальцем в бумаги. — Это не простая банда, а натуральный диверсионный отряд.

— С чего взял? — посмотрел на меня Ворон.

— Из материалов дела,