Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

Барышня сама подошла ко мне и с вопросительной интонацией произнесла:

— Пётр?

— Так и есть, — улыбнулся я в ответ. — А вы, наверное, Софья? Юля просила показать вам город.

— О, это было бы чудесно! Кузина приболела, а я только третий день в Новинске и ничего тут не знаю.

Дальше последовал обычный ритуал представления друг другу, и в кафе с верандой, выходившей на просторную танцплощадку и эстраду с оркестром, мы явились уже одной компанией, что всё предельно упростило.

Льва и Милену я углядел ещё от входа, тут же приметил рыжую шевелюру Антона и в первый миг принял сидевшую рядом с ним барышню за Ингу, но та оказалась лишь слегка похожа на нашу бывшую одноклассницу — просто один типаж. Звали её Герда, решил даже, что иностранка, но, сколько ни прислушивался, акцента уловить так и не смог.

Перезнакомившись, мы решили первым делом заморить червяка, а заодно промочить горло. После недолгого обсуждения было решено заказать барышням сидр, а молодые люди остановили свой выбор на пиве. Лично я не стал бы пить сидр даже под угрозой расстрела, а для грога сейчас было слишком жарко, поэтому последовал примеру остальных и не пожалел: пиво, светлое и прозрачное, удивило неожиданно сильной, но при этом весьма приятной горчинкой, а ещё было таким холодным, что едва не хрустело на губах. Сам не заметил, как пол-литровую кружку осушил.

В ожидании сделанного заказа принялись болтать о всякой ерунде, и всё было отлично, пока вдруг неожиданно болезненно не укололо ясное осознание того, что подружка Прохора не нашего круга. Симпатичная и очень даже неглупая, она не вписывалась в компанию столь очевидно, что мне даже неловко стало. И немного стыдно.

Не за неё, и не за Прохора, а за своё подсознательное разделение людей на сверхов и обычных. Проклятье! Я же ещё и отношу последних ко второму сорту, будто какой-то драный аристократ! Сроду ведь снобом не был!

Настроение скисло, и Лия каким-то образом уловила это, потянула танцевать, как только заиграл оркестр. Ну это у меня такое впечатление сложилось, а вот когда положил ладонь барышне на талию, то чуть ногу ей из-за неожиданного вопроса не отдавил.

— Так это кузина Софьи тебе спину расцарапала?

Лично я был уверен, что царапины давно зажили, но припомнил улыбки смешливых пловчих и вмиг покраснел, будто варёный рак.

— Ну… — выдавил из себя. — Гм…

Лия глянула на меня заблестевшими после пары фужеров сидра глазами и улыбнулась.

— Так непривычно себя снова запасным вариантом ощущать. Словно в школу вернулась!

— Слушай, ну ты чего? Какой ещё запасной вариант? — возмутился я. — Да она в принципе никуда со мной идти не собиралась, просто попросила кузину с кем-нибудь познакомить. А плохое самочувствие — простая отговорка! Ёлки! Я и не звал её даже!

— Какие-то странные у вас отношения, Петя.

— Да это вообще не отношения. Мы не подходим друг другу, слишком разные. Никаких общих интересов.

Лия вздохнула.

— Как оказалось, у меня с Витей — тоже.

— Но вы хоть нравитесь друг другу!

— Петя, а зачем встречаться с тем, кто тебе не нравится?

Неудобный вопрос поставил в тупик, но тут уж я проявил характер и юлить не стал.

— Для удовлетворения естественных потребностей.

Теперь пришёл черёд краснеть Лии.

— Это для мальчиков только критично… — не слишком уверенно пробормотала она после явственной заминки и уже куда напористей продолжила: — Ей-то это зачем? Значит — у неё чувства. А ты, Петя, свинтус!

На «свинтуса» я не обиделся, покоробило совсем другое.

— Чувства? Это ты меня усовестить решила или напугать?

Лия только фыркнула. Ладно хоть тут медленная мелодия смолкла, и оркестр заиграл фокстрот, стало не до выяснения отношений. Танцор из меня был никудышный, да ещё в шерстяном костюме мигом упрел, и если Лия на веранду вернулась, лишь чуть раскрасневшись, то я в один присест осушил сразу полкружки пива.

Пока мы отсутствовали, Миша Попович успел разговориться с Миленой, у них даже дошло до спора на какую-то столь заумную тему, что остальные в ней ровным счётом ничего не понимали. Софья тоже время зря не теряла и завладела вниманием Льва рассказом о знаменитом на всю республику гипнотизёре, на столичном концерте которого ей недавно довелось побывать. Оставшиеся две парочки по нашему примеру ушли на танцплощадку и лишь изредка возвращались промочить горло и перевести дух.

Мы тоже преимущественно танцевали, под конец даже разболелась простреленная лодыжка. Ещё голову ломить начало, и, когда Лия в начале одиннадцатого решила закругляться, я поводу откланяться только порадовался.

— Ой, да не нужно меня провожать! Спокойно доеду на трамвае, — заявила Лия, впрочем, лишь когда мы уже покинули кафе и двинулись от танцплощадки к центральной аллее.

— Так это ты меня провожаешь, — усмехнулся я, начав демонстративно припадать на правую ногу.

— Ещё скажи, тебя нужно до квартиры довести и в кроватку уложить!

Я бы не отказался, но по понятным причинам настаивать на этом не стал и с улыбкой произнёс:

— Сойдёмся на промежуточном варианте: я не провожаю тебя, ты не провожаешь меня, просто расстаёмся на проходной.

— Ладно, — покладисто согласилась Лия.

Мы доехали до трамвайного кольца, а там она соизволила взять меня под руку, так и пошли дальше — молча. Да мне поначалу и не до разговоров было: покинув вагон, первым делом внимательно изучил освещённую фонарями улицу и неспешно прогуливавшуюся по ней публику. Потом, когда не заметил никого подозрительного, а вот комендантский вездеход и двух пеших патрульных, напротив, углядел, немного расслабился, но ничего путного для поддержания беседы в голову так и не пришло. Пусть Карл и утверждал, будто кружка пива с потом выходит за полчаса, но, судя по шуму в голове, с тремя подряд моему организму оказалось так просто не совладать.

До самой проходной никто из нас не произнёс ни единого слова, и, только поцеловав меня в щёку на прощание, Лия сказала:

— Спасибо, что на танцы позвал, — хоть развеялась. А то в последние дни всё просто из рук валится. Даже из состояния синергии выпадать начала — просто беда. У нас финальные показы на носу, профессор недоволен, Витя психует. А я собраться не могу — как отрезало.

— Это всё нервы, — уверил я барышню. — Отдохни завтра, и всё образуется.

— Хорошо бы! — мечтательно вздохнула Лия и легко взбежала на крыльцо, будто и не протанцевала два часа подряд.

Прежде чем скрыться за дверью, она обернулась и помахала узкой ладошкой, и на меня как-то разом навалилась тоска. Мелькнула даже мысль наведаться к Юлии