Деньги не пахнут 12 - Константин Владимирович Ежов

Я продолжил тем же спокойным тоном:

— Безусловно, Масаёси Сон — человек, который уже вошёл в историю.

Я слегка кивнул.

— Но случаи, когда легендарная фигура пишет новую легенду во второй половине жизни… довольно редки.

Я посмотрел на принца внимательно.

— Обычно всё заканчивается красивым эпилогом.

Короткая пауза.

— Поэтому, пока Ваше Высочество остаются рядом с ним… ваше имя, скорее всего, окажется лишь в сноске к этому эпилогу.

В комнате повисла тяжёлая тишина. И спокойно добавил:

— Но если вы решите встать рядом со мной…

Я сделал лёгкий жест рукой, будто открывая неизвестную книгу.

— Тогда именно вы станете первым, кто откроет совершенно новую главу.

Мой голос стал почти шёпотом.

— Историю, которую ещё никто не написал… и которая будет записана под вашим именем.

Губы принца едва заметно дрогнули. Он произнёс с холодным раздражением:

— Вы говорите так, будто лично знакомы с Масаёси Соном… и при этом слишком недооцениваете его силу.

Ему явно не понравилось, насколько открыто я принизил Масаёси Сона. Но и это было сделано намеренно. Мне нужно было спровоцировать и его.

«В этой гонке должны бежать оба».

Если Масаёси Сон захочет уничтожить меня — гонка станет по-настоящему интересной. Конкуренция сама по себе рождает мотивацию. Но если подбросить в огонь немного масла… пламя будет куда ярче. Если до него дойдут слухи, что я говорил подобные вещи перед его главным спонсором… Как мужчина, он просто не сможет остаться в стороне. Ему придётся захотеть уничтожить меня. И вот тогда…

Настоящая гонка наконец начнётся.

Когда Сергей Платонов покинул зал, двери мягко сомкнулись за его спиной. Глухой щелчок замка прозвучал в тишине почти громко. В просторной комнате остался только наследный принц Фахид бин Салман.

Некоторое время он неподвижно сидел в кресле, тяжело опершись локтями на стол. Слабый аромат остывшего кофе всё ещё витал в воздухе, смешиваясь с запахом дорогого дерева и холодного кондиционированного воздуха. За окнами тихо гудел ветер пустыни, приглушённый толстыми стеклопакетами.

Принц долго молчал. Мысли медленно перекатывались в голове, как камни в глубоком колодце.

«Непростой человек».

Фахид бин Салман стоял на самой вершине власти. Его слово нередко было равносильно закону. Люди внимательно следили за каждым его жестом, ловили каждую интонацию. В любых переговорах именно он задавал темп, направлял разговор, держал нити ситуации в своих руках. Но сегодня всё было иначе. С самого начала и до конца беседы он словно плыл по течению, которое задавал Сергей Платонов. Это ощущение было неприятным. Очень неприятным.

Принц медленно провёл ладонью по лицу, будто пытаясь стряхнуть липкое послевкусие разговора.

«Я не позволю вести себя за нос».

Сергей Платонов хотел привлечь саудовские деньги. Это было очевидно. Но плясать под его дудку принц не собирался. Он резко поднял взгляд.

— Соедините меня с Масаёси Соном.

Секретарь бесшумно поклонился и вышел. В кабинете снова стало тихо. Лишь часы на стене размеренно отсчитывали секунды.

Прошло около десяти минут. Дверь тихо приоткрылась, и секретарь вернулся.

— Ваше Высочество, линия готова.

Принц взял трубку. В динамике послышался слегка хрипловатый голос.

— Да, слушаю.

Принц сразу перешёл к делу:

— Вам знаком человек по имени Сергей Платонов?

На другом конце линии на мгновение повисла пауза.

Затем собеседник произнёс:

— Вы имеете в виду того самого Сергея Платонова из войны вокруг китайского юаня?

— Именно его.

Принц медленно постукивал пальцами по столу.

— Он собирается создать фонд объёмом сто миллиардов долларов.

В трубке снова повисло молчание.

Потом прозвучал голос Масаёси:

— … Впервые об этом слышу.

В этом не было ничего удивительного. Ни один частный фонд не способен конкурировать с разведывательными возможностями государства.

Принц коротко пересказал разговор. Он упомянул и о предложении — тридцать миллиардов долларов в обмен на трёхлетнюю паузу. И о том, что Сергей Платонов отказался. Вообще-то на этом разговор можно было закончить.

Его задача заключалась лишь в том, чтобы предупредить Масаёси Сона заранее — чтобы тот не оказался застигнут врасплох, если Сергей Платонов вдруг начнёт действовать. Но принц всё никак не мог избавиться от одной фразы, которая продолжала звучать в его голове.

«Тридцать миллиардов, вложенные сегодня, через три года превратятся как минимум в сто пятьдесят».

Невозможно. Разумеется, невозможно. И всё же… Проверить не помешает.

Принц негромко произнёс:

— Он сказал одну довольно нелепую вещь. Утверждает, что способен увеличить инвестиции в пять раз всего за три года.

На другом конце линии сразу раздался короткий смешок.

— Обычная бравада. Когда людям нужны деньги, они обещают невероятную доходность. Слова ничего не стоят — обещать можно всё что угодно.

Именно так принц и думал. И всё же… Он вдруг почувствовал лёгкое разочарование. Почему-то он ожидал услышать более интересный ответ.

Принц спросил:

— Значит, вы считаете это невозможным?

Голос в трубке стал уверенным.

— Разумеется. Пятикратный рост за три года… даже теоретически такое почти невозможно.

Принц медленно провёл пальцем по холодной поверхности стола.

— Но ведь раньше он уже несколько раз делал то, что считалось теоретически невозможным.

На линии снова повисла пауза. Конечно, вероятность была ничтожной. Но если человеку несколько раз удавалось попасть в цель, совершив невозможное… почему бы не допустить, что однажды ему снова повезёт?

И вдруг голос Масаёси резко изменился.

— Вы ведь не собираетесь ему верить?

Принц холодно усмехнулся.

— Разумеется нет.

Он не был настолько наивен, чтобы поддаться искушению. И всё же…

Он тихо добавил:

— Но что плохого в том, чтобы проверить его слова?

Принц чуть повернулся в кресле, глядя на ночной город за окном.

— Если в секторе медицины действительно скрыт такой потенциал… почему бы нам самим не занять эту нишу?

На другом конце линии прозвучал осторожный вопрос:

— Вы предлагаете инвестировать, полагаясь на слова Сергея Платонова?

Принц слегка усмехнулся.

— Скорее я предлагаю воспользоваться информацией, которую он сам по неосторожности раскрыл.

Иначе говоря, Фахид бин Салман предлагал следующее.

Фонд Visionary может войти в тот самый сектор здравоохранения, о котором говорил Сергей Платонов. Использовать его идеи… но не позволить ему самому извлечь из них выгоду.

Если расчёты окажутся верными — они заработают. Если же всё окажется пустой болтовнёй — можно будет тихо выйти из проекта с минимальными потерями. Простая и элегантная схема.

Однако ответ Масаёси оказался неожиданно холодным. Трубка тихо потрескивала в руке наследного принца. Голос Масаёси Сона звучал спокойно, почти сухо —