Отсчёт минувшей войны - Герман Иванович Романов

Глава 34

— Такие механизированные корпуса, задуманные Мерецковым и развернутые Жуковым, нам не нужны. Они полностью бесполезны, война это хорошо показала. КВ и Т-26 не могут взаимодействовать с «тридцатьчетверками» и БТ, зря только пехоту танков непосредственной поддержки лишили, погнался за количеством «танковых армий», «буонапарте» доморощенный! А подумать не судьба было, что вместе они быть никак не могут. «Стратеги» на нашу голову, лучше бы маршала Шапошникова во главе Генерального Штаба оставили, намного больше пользы.

Кузнецов сильно недолюбливал двух военачальников, ставших маршалами в ходе этой войны. Особенно последнего — он небезосновательно считал, что действия Жукова на посту начальника Генерального Штаба кроме сомнительной пользы принесли куда больше вреда, да и не может находится во главе «мозга армии» военный, кто «органически ненавидит штабную работу», как про него написал пять лет тому назад его непосредственный начальник, тогда еще комдив Рокоссовский. Даже Павлов, хотя и не полководец, и тем более не стратег, но опытный танкист, упирал на танковые бригады НПП, куда входили Т-26, и моторизованные дивизии с танками БТ. Но все задумки Дмитрия Григорьевича похерили, и к созданию механизированных корпусов приступили при Мерецкове, реорганизовав вначале четыре имеющихся танковых корпуса, потом добавив еще девять, а Жуков выскреб в два последних все оставшиеся танки БТ, щедро добавив в них новые Т-32, сделанные по их образу и подобию, только сильнее. И предназначались эти танки исключительно для состава конно-механизированных групп, с задачей входить в прорывы и действовать во вражеском тылу на коммуникациях.

Так что разрастание механизированных корпусов удалось остановить, пусть не полностью, а наполовину, но этого вполне достаточно, тем более их штатная численность существенно меньше. Танков в них теперь не тысяча машин, а всего четыре сотни с небольшим, сравнительно однотипных и быстроходных, что вполне приемлемо. А еще тягачи для артиллерии, полное отсутствие тракторов, зато много автомашин и мотоциклов.

А вот Т-26, КВ и Т-28 все-таки «изъяли» — их включили в состав танковых дивизий, придаваемых армиям. Остановились на полпути — отошли от реорганизации Павлова, но сколачивать из них механизированные корпуса по Жукову не стали, приняв половинчатое решение.

— Ни богу свечка, ни черту кочерга, — пробормотал Василий Иванович, продолжая прохаживаться, благо было над чем подумать. Никаких новых моторизованных дивизий также не было создано, а те которые имелись, кроме двух «монгольских», превратились в обычные стрелковые дивизии. Вместо них в мехкорпусах оставили прежние пулеметно-стрелковые бригады, по одной на корпус из двух механизированных дивизий, исключительно на танках БТ-7 и Т-32. Отказались от развертывания десяти новых воздушно-десантных бригад и сразу пяти воздушно-десантных корпусов — видимо в Генштабе сообразили, что такого количества самолетов транспортной авиации просто не найдется, хоть все аэродромы до Чукотки обшаривай. Зато сделали упор на развертывании дополнительных стрелковых дивизий с «двухсотыми» номерами, решив сразу сформировать их с полсотни, но судя по всему, половина из «новобранцев» представляет сейчас «скелеты с махрами мяса», едва ли половина личного состава наберется, толком не обученного.

— А вот с танками Павлов явно намудрил, и теперь «тридцатьчетверки» точно не будет, хотя она имеется, и в немалом количестве, но как Т-32.

С последним незадача, не его рук дело, ни с какой стороны не подходил. Просто летом тридцать девятого года при испытаниях нового колесно-гусеничного танка, в Харькове сделали и его чисто гусеничный вариант, с усиленным на 10–15 мм бронированием, с добавлением еще одного опорного катка, и установкой в увеличенную башню трехдюймовой пушки Л-10. Одновременно поступило предложение увеличить и вес машины с девятнадцати до двадцати шести тонн, но тут неожиданно вмешались «первоконники» и потребовали немедленно начать выпуск именно этого танка, а не модернизированную версию БТ с дизелем, которую гнали весь сороковой год, как знал Кузнецов — в 6-м мехкорпусе Хацкилевича как раз были такие машины.

Этот танк в конце года, как раз «финская война» громыхнула, начали в Харькове делать, и наклепали чуть ли не с две тысячи танков по весну этого года — точную цифру Василий Иванович не знал, да и откуда, просто однажды в апреле ее озвучил Павлов. И непонятно, как эта машина, в точь-точь «тридцатьчетверка», но именуемая Т-32, поведет себя на поле боя. Лобовая броня корпуса и башни, пусть сильно скошенная, но всего в 37 мм, ее чуть увеличили, а борт вообще в 25 мм, пусть и под наклоном. С апреля выпуск ее прекратили, и начали опытное производство уже Т-34. Этот вообще не имеет отношения к «тридцатьчетверке», хотя сделал его тоже Кошкин. Да, тот самый Кошкин, он был занят производством Т-32, а потому тот самый зимний пробег до Москвы не состоялся, а ведь именно в нем конструктор заболел пневмонией и позже умер. Но сейчас живехонек, и создал совершенно другую машину под тем же индексом, и такую, что выпуск КВ почему-то решили больше не увеличивать, а ведь к производству готовились в Челябинске, как удалось выяснить, зато начнут производить еще и в Сталинграде.

Впрочем, выпускавшийся полтора года Т-32 вместо того БТ-7М гораздо лучший выбор. Деньги не на ветер выбросили, и танк вроде бы хороший, быстро бегает, только броня немного слабоватая. А вот новая«тридцатьчетверка» имеет лобовую броню в шестьдесят миллиметров, башню в пятьдесят, и там трое сидят, а борт вроде в сорок пять миллиметров. Одновременно походит на увеличенный Т-50, или сильно уменьшенный КВ.

Вот тут история явно свернула с пути — Кузнецов потер лоб. Он не был танковым генералом, командовал армиями, но в танковой войне достаточно хорошо разбирался, как любой из командармов, кто прошел войну с 1941 по 1945 год. И новинку оценил именно так, с точки зрения полезности на поле боя этот танк лучше. Потому что теперь командир взвода, роты и батальона может управлять подразделением, а не быть лишь наводчиком при собственной пушке, постоянно отвлекаясь на стрельбу и упуская из поля зрения своих подчиненных. Скошенная лобовая броня в перерасчете толще вышла, чем на КВ, да и подвеска современная, что немаловажно. Но сам не мог вспомнить такого танка, хоть убей, хотя не раз напрягал память. Возможно, подобный танк был создан только в чертежах, но с началом войны машину не успели запустить в серийное производство. Сейчас сделали несколько десятков точно, может пару сотен, но их гораздо меньше, чем КВ, и направляются исключительно в мехкорпуса по несколько десятков, и то далеко не в каждый.

— Посмотреть бы, обойти, в башне посидеть, на пушку глянуть. Непонятно, что за «зверь» такой этот