Последняя из Охотников - Екатерина Сергеевна Богданова

— Не напоминайте, — простонала я. — И так тошно от того, что все обо мне думают.

— Не обращай внимания, — посоветовал Гронн. — Нам это только на руку. Пусть лучше думаю, что ты моя любовница, чем узнают, кем ты являешься на самом деле.

— А кем я являюсь? — вскинулась я. — Монстром? Чудовищем, которое способно только убивать?

— Несведущие именно так и подумают. Но всё зависит только от тебя, Вэл. Кем ты сама себя считаешь, тем ты и являешься, — тихо ответил Дэрил.

— Если бы, — вздохнула я.

— Так что ты хотела? — спросил контролёр, проигнорировав мою последнюю реплику.

— Ментальное воздействие. Что вы… ты сделал со мной? — решилась на прямой вопрос.

— Я уже извинился, — напрягся мужчина. — Ты сама должна понимать, что у меня не было другого выхода. Если бы я не обезвредил тебя, ты могла бы сорваться и устроить кровавую бойню.

— Вот как, — поджала я губы.

— И мы опять возвращаемся к вопросу, кем ты себя считаешь, — хмыкнул Гронн. — Ты же понимаешь, что агрессия была не твоей? Всему виной клинок.

— Но держала его моя рука, — покачала я головой.

Вновь нахлынули воспоминания о том поглощающем чувстве. Это было сродни эйфории, пьянящее ощущение силы и вседозволенности. И жажда, туманящая разум жажда убивать. Моя жажда, не Зверя.

— Твоя Чёрная Молния сильный артефакт, обладающий неким подобием самосознания. И до тех пор, пока ты не найдёшь внутренний баланс со своими собственными инстинктами, клинок сильнее тебя. Он подавляет, подчиняет, — принялся объяснять Дэрил. — И заложенные в нём, скажем так, функции созвучны с низшими инстинктами Охотника. Но не стоит забывать, что Охотники, в своё время, нашли баланс между инстинктами и разумом. Оружие служило им, а не они оружию. А ты, Вэл, не просто молодой Охотник, ты в первую очередь человек. И пусть в тебе пробудилась древняя кровь, ты всё ещё остаёшься собой — той, кто руководствуется разумом. Подчинишь инстинкты, и клинок подчинится тебе.

— Как всё просто… на словах, — буркнула я.

— Я и не говорю, что будет просто. Но я буду рядом. И не позволю тебе потерять себя, как бы пафосно это ни звучало.

— Спасибо, — прошептала, не зная, что тут ещё можно сказать.

— Не за что. Я не из благородства с тобой вожусь. Мне это нужно не меньше, чем тебе, — усмехнулся маг, испортив этими словами всё впечатление.

Ну конечно, тратил бы он на меня время, если бы я не была нужна ему для поимки Зверя.

— Приехали, — оповестил Гронн.

А я и не заметила, как экипаж остановился. Слишком была погружена в пучину собственных проблем, решать которые придётся мне самой. Все эти подбадривающие речи конечно хороши, но пользы от них мало. А если учесть появление незнакомца, который, скорее всего, является одним из служащих маг.контроля, доверять вообще никому не стоит. Ну разве что кроме Малиты. Но и с ней не поговоришь по душам, командующий подслушает. Нужно выбраться из управления, хотя бы на пару часов, и попросить совета у подруги. Вот только как это сделать, если Дэрил ни на минуту не спускает с меня глаз?

— А какой сегодня день? — спросила, выбравшись из экипажа вслед за командующим.

Со всеми этими происшествиями я настолько потерялась во времени, что не знала даже какой сегодня день недели, не то, что число.

— Послезавтра начинается неделя Лазурной долины, — ответил Гронн. И добавил, будто прочитав мои мысли: — Но нам не до праздников, работаем в том же режиме.

— А у меня через два дня день рождения, — произнесла будто невзначай, следуя за Гронном по коридорам управления.

Командующий остановился и картинно хлопнул себя ладонью по лбу:

— А я-то думаю, что это твой отец так всполошился. Ищет тебя, документы перетрясает.

— Ищет? — насторожилась я.

— Не переживай, все лазейки в документах на наследование я прикрыл. И скрытый контроль с тебя официально снят. Пройдёшь освидетельствование по контролю над магией и ты свободна, — огорошил меня мужчина.

— Но как? — только и смогла прошептать я.

— Просто, — улыбнулся Дэрил. — Не думала же ты, что я допущу, чтобы тебя признали недееспособной и отдали в полное распоряжение родителя. А он для этого уже почти все бумаги подготовил, кстати. И даже директора твоей школы подкупил, чтобы получить нужную характеристику.

— Чего-то подобного я и ожидала, — буркнула, начиная злиться.

Руки сами сжимались в кулаки. Я знала, что отец сделает всё возможное, чтобы не отдавать мне мамино наследство, и боялась, что он пойдёт на крайние меры, но до последнего не хотела верить.

— Старик ещё не в курсе, что ты уже практически официально зачислена в штат управления маг.контроля. Вот для него сюрприз будет, — усмехнулся Гронн.

Я тоже невольно улыбнулась. Если бы по достижении совершеннолетия я всё ещё оставалась просто студенткой школы мастеров и ювелиров, да ещё и на принудительном обучении к тому же, то папа, в лучшем для меня случае, мог отделаться передачей наследства от матери и минимальным ежемесячным содержанием из своего кармана пока не закончу обучение. Теперь же, если я уже не подопечная маг.контроля, а полноценный сотрудник, ему придётся расстаться и с четвертью всех своих сбережений. Ведь по закону, когда ребёнок достигает совершеннолетия, родители обязаны передать ему право распоряжаться четвёртой частью своего имущества. Помнится, мама шутила по поводу этого нововведения в законы наследования. Мол, если хочешь избавиться от повзрослевшего ребёнка, придётся раскошелиться. Помнится, я тогда ещё сказала, что от меня мамуля так легко не отделается. «Я и сама тебя не отпущу» — ответила мама. А теперь, я бы отдала всё, только бы не получать её наследство полностью. Но жизнь оказалась более жестока, чем законы нашей долины — через пару дней я стану довольно небедной девушкой лишь потому, что потеряла мать, а отец скорее согласится откупиться, даже несмотря на жадность, чем и дальше участвовать в моей жизни. Слишком высокая цена за безбедное существование. А учитывая моё теперешнее положение, когда я не знаю, что будет завтра, думать о далёком будущем вообще не имеет смысла.

Гронн распахнул дверь и отступил, пропуская меня вперёд.

— Я всё понимаю, Вэл. Если ты хочешь встретиться с отцом, препятствовать не буду, —