Воздушная кавалерия. Том 8 - Джек из тени

лучших, в строю оставалось не больше десяти. Их лица, обычно спокойные и надменные, сейчас были покрыты испариной, а в глазах виделась отчаянная решимость умереть, но не сделать ни шагу назад.

Бойцы Особого Корпуса, пытавшиеся удержать оборону у лифтовых шахт, были практически сметены. Противник, словно предвидя тактику, ударил с верхних уровней. Из темноты огромных проемов, откуда еще недавно спускались лифты, на них обрушился град осколочных гранат и плотных энергетических сгустков. Путь к отступлению был отрезан. Связь с внешним миром, с теми двумя батальонами, что должны были прийти на подмогу, полностью отсутствовала. Плотное, почти осязаемое поле помех превратило эфир в ревущий хаос, в котором тонули крики раненых и отрывистые, безнадежные команды.

— Держать строй! Огонь на подавление по флангам! — отдавал приказ за приказом Волков, понимая, что его приказы тонут в грохоте выстрелов и взрывов.

Он сам, укрывшись за массивной бетонной колонной, которая уже была испещрена оспинами от попаданий, вел огонь из своего тяжелого штурмового автомата. Каждый выстрел — точный и выверенный, находящий свою цель. Но это было все равно, что пытаться вычерпать море наперстком. На место каждого убитого противника тут же вставали двое новых.

Майор снова увидел лицо Асалиева. Капитан, его бывший подчиненный, один из самых талантливых полевых агентов, которого готовил лично. Сейчас Асалиев молниеносно передвигался в бою, его пылевые плетения были сложными и смертоносными. Он не кричал, не проявлял никаких эмоций. Просто методично убивал, как машина. А рядом с ним Волков узнал еще одного «покойника» — князя Оболенского-младшего, пропавшего в аномалии три года назад. Золотой мальчик, повеса и бретер, теперь он был безжалостным убийцей в черной униформе.

Они все были здесь. Все те, кого годами списывали в безвозвратные потери. И в этих пустых глазах не было ничего человеческого. Волков понял: это не предатели и не перебежчики. Это что-то другое, гораздо худшее. Тела были здесь, но личности, души —там уже никого не было. Это были лишь оболочки, куклы, управляемые невидимым кукловодом.

— Проклятье! — Волков в ярости ударил кулаком по колонне. Его персональный барьер, приняв на себя очередной заряд, замерцал и погас, не выдержав перегрузки. — Нужно было с самого начала запросить удар и стереть это проклятое место с лица земли, похоронив под тоннами бетона этих тварей!'

Волков вспомнил тот день, полгода назад. Кабинет Строганова на его верфи. Барон, как всегда, небрежно-элегантный, с легкой усмешкой на лице, протянул ему небольшой, странный предмет из темного, матового металла. Он был похож на старинный компас, только без стрелки и цифр.

— Вот, майор, — сказал тогда Строганов. — Возьмите. Подарок от фирмы. Будем считать это страховкой. Если однажды вы окажетесь в такой глубокой заднице, из которой, казалось бы, нет выхода, и даже сам Господь Бог вас не услышит — просто активируйте это, и я услышу…

Волков тогда с презрением взял артефакт. Он, глава оперативного отдела ИСБ, один из самых влиятельных силовиков Империи, должен был полагаться на какую-то игрушку, которая вообще непонятно сработает или нет? Это было оскорбительно. Волков засунул «компас» в потайной карман своего пиджака и постарался забыть о нем.

И вот теперь этот момент настал. Задница была такой глубокой и беспросветной, что казалось, из нее можно было увидеть звезды на другой стороне планеты. Проклиная себя за эту слабость, за это унижение, которое ему предстояло запомнить на всю оставшуюся жизнь, Волков сунул руку в потайной карман. Пальцы нащупали холодный, гладкий металл.

— Простите, Ваше Высочество, — прошептал майор, глядя на то, как очередной боец из охраны Наследника, пронзенный насквозь лучом, беззвучно оседает на пол. — Другого выхода нет.

Волков сжал кулак, Артефакт мелко задрожал в его ладони. Из его ладони вырвался короткий, абсолютно беззвучный и невидимый импульс, который, пройдя сквозь толщу бетона и стали, сквозь поля помех, устремился в ночное небо над Петербургом. Сигнал отчаяния, выпущенный в пустоту.

* * *

В бронированном внедорожнике, который на предельной скорости мчался по южным окраинам Петербурга, в голове у Кирилла Строганова взвыла сирена. Сигнал, который означал одно: прямая, неминуемая угроза жизни ключевой фигуры, которую он, Кирилл, дал слово защищать.

Весь его тактический интерфейс, до этого показывавший карту погони за мобильным пунктом, мгновенно сменился одним-единственным символом, пульсирующим в центре обзора кроваво-красным цветом.

— Алиса!

— Я вижу, хозяин! Сигнал от аварийного маяка! Уровень угрозы — максимальный! Связь с объектом отсутствует, вокруг источника сигнала — мощнейшее поле помех!

— Мне плевать на помехи! — рявкнул Кирилл. — Полный контроль над ГИС! Мне нужны глаза везде! Взломать все городские камеры, все системы управления трафиком в северных районах! Очистить маршрут! Зеленый свет по всем направлениям!

— Матвеев! — переключился он на канал связи со своими штурмовыми группами. — Группы «Север» и «Центр» — немедленно ко мне! Сворачиваете все операции, бросаете все цели! Координаты я скинул! По прибытии на место разрешаю применение любых средств! Пленных не брать, переговоров не вести! Там Цесаревич! Вернуть живым и не помятым!

— Грушин! — его следующий приказ полетел на верфь. — Активировать все спящие ретрансляторы в городе! Немедленно! Мне нужен чистый, защищенный коридор связи до точки! Глушить все остальное к чертям собачьим! Все, что не наше!

Машина, взревев двигателем, резко свернула, едва не перевернувшись, и понеслась на север, игнорируя дороги, срезая путь через скверы и пустыри. А за ней, меняя дислокацию, уже двигались остальные машины «волкодавов», превращаясь из охотников в стаю спасателей. Времени почти не было.

* * *

Колонна из десятка угольно-черных бронеавтомобилей, похожих на гигантских хищных насекомых, неслась по ночным улицам Петербурга, превратив их в свой личный гоночный трек. Двигатели, форсированные инженерами Кирилла до предела, ревели, как раненые драконы, а тяжелые колеса с визгом входили в повороты.

Внутри второй машины сидел Кирилл. Он был абсолютно неподвижен, тело было пристегнуто ремнями к креслу, но сознание, подключенное к Консоли и ГИС, работало с бешеной скоростью. Перед глазами город был не нагромождением домов и улиц, а живой, дышащей схемой. Миллионы потоков данных, изображения с тысяч камер, сигналы светофоров, доклады полицейских патрулей — все это сливалось в единую, целостную картину. В центре этой картины пульсировала красная точка — место, где вот вот отдаст концы Наследник. А к этой точке, как тонкая синяя нить, тянулся маршрут колонны, который Алиса в реальном времени прокладывала, взламывая городские системы.

Однако противник тоже не дремал. Понять, куда именно мчится Кирилл, не было проблемой.