Молчаливые секреты - Александра Флинт

Людвиг с шумом выключил серебристый фонарик и провел рукой по темно-каштановым волосам, стряхнув на пол пыль и маленькие камешки.

– Тогда лучше разберемся с этим побыстрее.

– Этим займутся Казимир и Арамена, ты пойдешь со мной, – сказал дядя Корбин и поджал губы. – Ты можешь помочь с одним делом.

Я непонимающе переводил взгляд с дяди на папу.

– Что за дело?

Отец откашлялся, но Эме не дала ему возможности ответить.

– Мы получили вызывающее беспокойство сообщение от наших людей из Сингапура. Из-за закрытия Мондии в центре города внезапно возникла трещина в земле. Повезло, что никто не пострадал.

– Zut, alors![43] – Я с упреком посмотрел в глаза отцу. – Поэтому ты вчера был таким немногословным. Почему ничего не сказал?

– Потому что твои приоритеты должны касаться другого, сын, – необычно резко ответил он и потер переносицу. – Несчастные случаи происходят везде, потому что недостающие книги не попадают в Мондию. Пока что последствия не столь серьезны, но это со временем изменится. Я пытаюсь как можно лучше поделить наши ресурсы, учитывая ситуацию, Казимир, и буду очень благодарен, если ты продолжишь слушаться приказов.

Я рассерженно сжал зубы, чтобы не ответить резко, и склонил голову.

– Естественно.

– Отлично. Пока ты и Арамена будете говорить со Старейшиной, мы пока рассмотрим случаи по всему миру и поищем возможные закономерности. Возможно, мы сможем предотвратить крупные катастрофы или по крайней мере предсказать их и принять соответствующие меры. – Отец опустил руку и показал Людвигу следовать за ним. – Встретимся в главном зале, как только получим новые сведения.

И на этом разговор закончился.

Я пораженно смотрел вслед, пока они шли в туннеле в центральном направлении и повернули, а потом громко выдохнул.

– Черт побери.

– Сколько времени у нас осталось?

Вопрос Реми напомнил о том, что она стояла рядом все это время и стала свидетельницей этой катастрофы.

– Недостаточно для того, чтобы ждать чуда. – Я провел рукой по затылку и взглянул на нее. В ее зеленых, как хризолит, глазах застыло беспокойство, и мне сейчас захотелось забрать его. Показать ей наш мир без всей этой проклятой тьмы.

Я понятия не имел, откуда появились эти мысли, но в следующее мгновение я решительно увел ее в сторону и направил налево.

– Пойдем.

Путь к комнате Анастасии был недалеко, и по первому стуку мать открыла дверь.

– Она не спит и ждет вас, – заметила она и тихо одарила Реми легкой улыбкой. – Я рада лично познакомиться с тобой, Арамена. Я много о тебе слышала.

Щеки Реми слегка покраснели, когда она пожала протянутую руку матери.

– Спасибо, я… тоже рада.

– Спокойно поговорите, а я пока найду, что поесть. – На мгновение она положила руку мне на плечо и сжала его, а потом покинула комнату и оставила нас одних. Несколько мгновений комнату наполняла приглушенная классическая музыка, а потом раздался голос Анастасии:

– Я знаю, что вы оба здесь, не заставляйте пожилую даму ждать.

Несмотря на ком, который в последние дни все сильней давил на живот, я ухмыльнулся.

– Готова? – глухо сказал я Реми и потом прошел из маленького коридора в саму комнату. Это была та же квартира, в которой жила Анастасия, прежде чем нам пришлось перевести ее в больницу, и почему-то было безумно приятно видеть ее сидящей на плюшевом темно-зеленом диване. Словно бы ничего не изменилось.

– Bonjour, Анастасия, – поздоровался я и толкнул Реми немного вперед. – Хочу представить тебе Арамену Бенуа.

Сначала Старейшина казалась растерянной, потом на ее лице появилась легкая улыбка, и ее водянистые глаза загорелись, чего я давно не видел.

– Арамена? Красивое имя. Оно хорошо подходит тебе нынешней.

– Спасибо, мадам. – Реми заметно смущенно теребила кайму пуловера и словно бы не знала, на что смотреть. Непривычно было видеть ее такой, потому что раньше она казалась прямолинейной и решительной.

– Садитесь, Жозефина была добра и приготовила нам чай. Твоя мать настоящее сокровище, Казимир.

– Она то же говорит и о тебе, – ответил я и пустил Реми вперед, чтобы она могла выбрать место. Я представлял, что ситуация для нее была не из легких. Я снова вытащил ее из привычной жизни и увел в то место, где все ждали, что она спасет мир, и словно бы знали о ней больше, чем она сама. И прежде всего – эта пожилая Писательница миров перед нами, которая теперь с интересом наблюдала, как Арамена садится в кресло справа от нее.

– Я уже рассказал Реми немного о тебе и твоих догадках по поводу ключа к Мондии, – начал я и воспользовался моментом, чтобы всем приготовить чай. Запах свежих трав поднимался, как маленькое облачко, от раскрашенного вручную чайника.

– Спасибо, мой мальчик. – Пожилая дама взяла чашку, которую я ей протянул, и чуть глубже опустилась в кресло. – Хорошо, что вы пришли, время ужасных событий подбирается все ближе. Наш мир слетел с рельсов, и я боюсь того, что нас ждет впереди.

Реми вопрошающе глянула на меня, и я быстро ей улыбнулся, прежде чем снова повернулся к Писательнице миров.

– Ты говорила, что хотела бы обсудить с Араменой решение проблемы.

– Чтобы достать ключ, который может сломить волю Мондии во благо, нужна Рипари. Так было раньше, и так есть и сейчас.

Краем глаза я заметил, что Реми тут же наклонилась вперед.

– Но как мне создать этот ключ? Я даже не знаю… Рипари ли я?

– О, ты Рипари, дитя мое. Ты словно копия Жанны и Кассандры, и я чувствую жужжание твоей силы каждой своей старой косточкой. – Она смотрела на Реми с мягким выражением на морщинистом лице. – Возможно, тебя не обучали с самого начала, но сила, которой ты обладаешь, является инстинктивной, и неважно, каким путем она пришла. В этом ты вскоре убедишься.

Я видел, что при упоминании ее родных матери и бабушки пальцы Реми впились в край свитера.

– Вы знали мою семью?

– Очень хорошо, очень хорошо. Кассандра была мне как младшая сестра, а ее дочь – твоя мать – и мой внук были неразлучны. Пусть в наших венах течет разная кровь, мы были семьей, – тихо ответила Анастасия. В каждом слоге звучала грусть, и я вспомнил, что она потеряла своего внука Ромена из-за Нова так же, как и мы с Людвигом потеряли нашу сестру. – По крайней мере, пока она не решила покинуть наши ряды и выйти замуж за непосвященного. Твоего отца. Я так и не узнала его имени, но, должно быть, он был хорошим человеком, если Жанна подарила ему свое сердце.

Реми молча кивнула и опустила взгляд на носки своих черных будапештеров.

– И я благодарна и