Проводник проклятых - Ольга Дубровская

class="p1">В комнате на несколько секунд повисла тишина. Тэнко задумчиво смотрела куда-то вдаль и, судя по всему, была сейчас далеко за пределами этого дома, этого города и да и этой страны тоже. Остальные переваривали полученную информацию.

Первым нарушил молчание Серов.

— И вы верите, что всё именно так происходило? — спросил он. — Или это просто красивая легенда?

Уголки губ японки тронула грустная улыбка.

— Эту историю я услышала из уст очевидца, которому у меня нет оснований не доверять.

На несколько секунд в комнате повисла пауза, в течение которой все участники беседы размышляли о чём-то своём. Первой заговорил Серов.

— Если всё это правда, то интересно, почему за две тысячи лет люди не забыли легенды о том, что солнечный свет опасен для вампиров? — спросил охотник, сопоставив факты с временной линейкой. — У нас же в кинематографе и литературе до сих пор вас называют ночными существами…

Тэнко не спешила отвечать. Она медленно вытащила из кармана платья тончайший бамбуковый веер, раскрыла его и несколько раз взмахнула, обдувая себя. Серов, отметив про себя, что в комнате совсем не жарко, а скорее даже прохладно, наблюдал за каждым движением японки и пытался предугадать следующее.

— Да, это поистине удивительно, — склонила голову набок Тэнко, и её мелодичный акцент сейчас стал слышен особенно отчётливо. — Так получилось, что коллективная память человечества пронесла это знание через тысячелетия. Возможно, кто-то из ковенантов или Сиринити сознательно поддерживал эти слухи, чтобы облегчить себе дальнейшее существование.

— Получается, последнее воздействие на реальность через Лабиринт было так давно, неужели никто не захотел больше зайти туда? — проговорил Кейриган, глядя на наставницу пронзительными, почти чёрными глазами.

— Насколько я знаю, были попытки, но неудачные. Глава семьи Сиринити погибла в Лабиринте, пытаясь что-то поменять, уж не знаю, какой именно была её цель. Из нашей семьи попытку делал только Филипп, но он почти сразу после этого пропал, и до сих пор мы не знаем, где он и жив ли вообще.

Слушая слова Тэнко, Серов вдруг отчётливо понял: «Вот он, тот самый момент, когда я должен сделать то, для чего пришёл».

— Похоже, что в ближайшее время будет совершена ещё одна попытка, — проговорил он веско.

Японка приподняла бровь.

— Это ваши домыслы или есть проверенные факты? — спросила она леденящим тоном.

— У меня есть проверенная информация, что Лорин из семьи Иррата в настоящее время готовится к проведению ритуала, который требует принесения жертв и какого-то артефакта. Судя по всему, его ей как раз должен привезти Алексей Ермолов, которого она недавно обратила, предположительно, именно для этой миссии.

— Неужели она решится на это… — проговорила Тэнко, ни к кому конкретно не обращаясь, словно просто размышляла вслух.

— Да, мы не знаем наверняка, что она задумала, — вынужденно признал Олег. — Сейчас у нас есть только косвенные доказательства — это то, что Лорин готовит ритуал и то, что она вообще зачем-то приехала в этот город, где, по-сути, для неё нет ничего привлекательного. Но здесь относительно недавно, а точнее, сто двадцать лет назад, открылся Выход в Лабиринт, и она об этом, возможно, как-то узнала. Мне бы очень хотелось, чтобы мы ошибались, но рисковать нельзя. Мы должны принять меры и быть готовы защищать Выход, если это потребуется.

— Вы так осведомлены об этом, — осторожно произнесла японка. — Я правильно понимаю, что вы — один из хранителей?

Не вдаваясь в лишние подробности, охотник нехотя кивнул.

— Именно поэтому я здесь. Мы уже не могли игнорировать тревожные знаки. От лица хранителей я прошу у вас помощи. У нас есть некоторые наработки по оружию — на протяжении десяти лет я проводил опыты по созданию особого препарата против гематоморфов, но он ещё не протестирован. Мы вызвали подкрепление из Москвы, но я боюсь, нам может не хватить времени и сил. Ставки слишком высоки, и у нас нет права на ошибку. Если вы действительно придерживаетесь идей гуманизма, как говорите, если вы не хотите глобальной катастрофы… Прошу, помогите защитить Выход!

Олег произнёс эту тираду на одном дыхании. Говорил искренне, хоть и через силу, потому что ещё никогда не просил у вампиров помощи, не мог даже рассматривать возможность сотрудничества.

Тэнко резко сложила веер и переплела изящные пальцы. Серову показалось, что в её бездонных зелёных глазах вспыхнул огонь.

— Мне нужно время, чтобы подумать, — произнесла японка, — а…

Она не договорила. Внезапный шум сверху заставил всех настороженно замолчать. Взгляды присутствующих обратились к лестнице, по которой спускались двое — мужчина и женщина в чёрных одеждах. Они громко и возбужденно обсуждали что-то на ходу.

Тэнко резко встала, но не успела произнести и слова. Бран и Сильвия опередили её.

— Вигилант мертв! И с ним — большая часть нашей семьи! — выкрикнула Сильвия, еле сдерживаясь от того, чтобы не начать крушить всё вокруг себя.

— Это очередной выпад выскочек Иррата! Они только что объявили охоту на тех из Нагварден, кто выжил! — не менее эмоционально воскликнул Бран, который следовал за сестрой, словно тень.

— Не думала, что это произойдёт так скоро, — надтреснутым голосом прошептала едва слышно японка.

— И ещё! — взволнованно продолжила Сильвия. — Эти долбаные Иррата массово прибывают в город. Сегодня пятеро уже присоединились к Лорин и многие ещё в пути. Это война, понимаете?

Черты лица Тэнко заострились, и там, где ещё несколько минут назад играла грустная улыбка, проступил хищный оскал.

— Они забыли, что на войне не бывает победителей, — глухо проговорила она, сжав кулаки. — Но мы принимаем этот вызов…

* * *

Идти по береговой линии приходилось очень аккуратно. На море недавно начался шторм, и даже вампиру с его нечеловеческой ловкостью и скоростью тяжело было пробираться по мокрым мшистым валунам, то и дело вздрагивая от острых, как бритва, порывов ветра, морщиться от набегающих волн, которые бились о камни и вспархивали ввысь, окатывая ледяной водой по пояс.

Одежда и обувь Сольвейг уже давно безнадёжно промокли. Воздух был полон соли, моря, водорослей, едкой тины и едва ощутимых нот озона — предвестника грозы. Несколько одиноких чаек качались на волнах и пели печальные хриплые песни, надеясь, что их отнесет ближе к берегу, и там они смогут выбраться на сушу, выиграв у ветра и шторма свою жизнь.

Но даже самый яростный шторм не способен был остановить дочь севера на её пути. Мрак, окутавший побережье, не являлся преградой для вампира, но даже будь Сольвейг человеком, это не стало бы препятствием. Сегодня её глаза горели, словно две путеводные звезды. Она шла вперёд, еще не зная, что её ждёт в конце, но понимая,