Проводник проклятых - Ольга Дубровская

— Погоди, погоди, — запротестовал Влад. — Что хоть случилось-то, можешь толком сказать? И это, где твоя девка, как её… вампирша эта малолетняя…

— Когда всё закончится, я тебе расскажу во всех красках, — пообещал Ермолов, глотая подступивший к горлу ком, в очередной раз вспомнив об Алине.

— Ну уж нет! Я не могу тебя так бросить! Да и эта Лорин мне сказала, чтобы я тебя доставил… Или мне это почудилось?.. А вдруг она потом с меня спросит? Хрен его знает, как у вас вообще всё это работает? А то может меня разорвёт на части, если не сделаю…

Алекс с сомнением посмотрел на друга, потом перевёл взгляд на стоявшего недалеко от входа Нагвардена, который упорно терзал сотовый в попытках до кого-то дозвониться.

— Такое вообще возможно? — с сомнением спросил Иррата.

Константин пожал плечами:

— Теоретически, я бы не исключал такой вероятности…

— Ну вот, и я о чём! — отчего-то обрадовался Влад, найдя неожиданную поддержку в лице гвардейца.

— Ладно, поехали с нами, но… сам понимаешь, не могу гарантировать твою безопасность. И это… оденься что ли, — вернул лёгкую колкость с прошлой их встречи Алекс. — Ты на машине?

— Обижаешь! Моя ласточка всегда со мной! И кстати, я как в воду глядел, сегодня вообще трезв, как стёклышко, — торжественно возвестил он, направляясь в ванную, где оставил свои вещи.

Алекс осмотрел множество пустых бутылок на полу, на столе и подоконнике и с молчаливым укором покачал головой.

Пока Влад одевался и шумел феном, а, наконец дозвонившийся до кого-то гвардеец разговаривал на незнакомом языке, Алекс добрался до скромно притаившегося в коридоре стационарного телефона. На этот раз первым он набрал номер родительской квартиры Марины.

«Просто отец года», — мрачно подумал он, неловко тыкая забинтованными пальцами в кнопки. Трубку не брали долго, и с каждым новым длинным гудком тревожное предчувствие гнетуще опустилось на плечи. А что, если Лорин добралась и до них?

— У аппарата, — услышал он наконец знакомый старческий голос.

Алекс понял, что улыбается, мгновенно считав интонацию Анны Тихоновны — размеренную, неторопливую, с обычными для неё ворчливыми, но такими домашними и уютными нотами.

— Баб Ань, как же я рад вас слышать! — воскликнул Ермолов. — Как там у вас дела?

— Дела у прокурора, а у нас так, — прошамкала старуха. — Маринка пока не объявлялась, супостаты всё ходють под окнами. Анадысь Тамарка позвала их в дом, чаем поила. Допытывалась всё, от кого они нас защищают…

«Так. Охрана на месте, значит, уже хорошо, — подумал Ермолов. — Похоже, у Лорин действительно есть какие-то принципы насчёт детей, ну или ей и без того достаточно рычагов давления».

— И что же, они признались, от кого? — чуть иронично спросил он вслух.

— Да какой там, — вздохнула Анна Тихоновна. — Но Тамарка думает, от тебя!

Алекс чуть не подавился воздухом.

— От меня?!

— Да ну её, анчутку, насмотрелась ящика энтого, думает, вы с Маринкой чего не поделили, и ты хочешь Полю умыкнуть и схоронить где.

Ермолов на миг даже растерялся от неожиданности.

— Не, баб Ань, я ж не маньяк какой-нибудь, — хмыкнул он в ответ, хотя в свете последних событий сам с собой мог бы поспорить на этот счёт. — Полинка не спит? Дадите ей трубочку?

На другом конце провода раздался треск, и Ермолов услышал, как Анна Тихоновна зовёт правнучку, как сквозь помехи прорывается радостный звонкий голосок Полины.

— Папка! Папочка!

От звуков голоса дочери у Алекса защемило сердце.

— Ну привет, принцесса, — невольно улыбнулся он.

— Папка! — повторила малышка с непередаваемой теплотой и затараторила, закидывая отца вопросами. — Я вас так жду! Ты уже приехал из этой… как её, из кавалдиронки? Когда домой? А мама с тобой?

К горлу подкатил ком. Ну вот как объяснить всё четырёхлетнему ребёнку? Снова врать, что всё будет хорошо, и нужно ещё чуть-чуть подождать?

— Солнце, я уже почти освободился с работы, надо только заехать за мамой в одно место, и мы приедем.

— Ура! — с детской непосредственностью воскликнула Полина, и Алекс даже представил, как она запрыгала на месте от радости. — А когда, сегодня?

— Нет, сегодня уже не успеем, но завтра или послезавтра — вполне возможно. А пока ждёшь нас, слушайся бабушек, поняла?

— Ладно, — Полина сосредоточенно засопела. — Ты обещаешь?

— Обещаю…

Разговор с дочерью вызвал двоякие ощущения. С одной стороны, услышать её звонкий голосок было подобно глотку свежего воздуха в разгар газовой атаки, но с другой…

«Получается, я дал ребёнку ложную надежду?» Так паршиво на душе ещё никогда не было.

Он снова снял трубку и также по памяти набрал номер Жени. Когда он услышал в трубке «абонент недоступен», почему-то даже не удивился, как будто предчувствовал это. Но всё-таки на всякий случай набрал ещё раз и, услышав тот же вежливый механический голос, с растущей тревогой положил трубку на рычаг.

Алекс нахмурился и мрачно оглянулся на гвардейца, который как раз закончил разговор и убрал сотовый в карман.

— И?

— Мне не удалось связаться с Сольвейг. Телефон выключен.

— Может быть она где-то, где не ловит связь? — предположил Ермолов, размышляя. — Или в самолете, или…

— Или десяток других «или», — невозмутимо подхватил Нагварден.

Он казался безмерно спокойным, и Алекс не мог понять, то ли тот действительно уверен, что с его сестрой всё в порядке, то ли просто сумел так себя настроить с помощью каких-то особых способов.

— А твои… коллеги в Липецке? Ты связался с ними?

— Не коллеги, а члены семьи, — поправил его гвардеец. — Напрямую мне не удалось с ними связаться. Что неудивительно, учитывая, что у меня нет их контактов, хотя кое с кем из них я поверхностно знаком. Но я дозвонился до нашего оператора, у которого есть номера всех Нагварден. Он передаст сообщение. Кроме того, я запросил подкрепление, но не уверен, что тут выгорит. Слишком много хаоса происходит после Парижа…

Тут самообладание Константина дало сбой, и Иррата увидел его боль. Причём не только увидел внешнее отражение эмоций, но и услышал мысли, полные пронзительной горечи. Так могут скорбеть только по тем, кого любили всей душой.

— Как думаешь, в салон сотовой связи успеем заскочить? — спросил Алекс, просто стараясь отвлечь от грустных мыслей гвардейца, ставшего всего за несколько суток таким близким… другом?

Нагварден задумался, взвешивая «за» и «против».

— Можно было бы, но не стоит. Симку восстанавливать не очень долго, но я бы не хотел, чтобы твой номер появился в сети. Боюсь, что по нему могут вычислить, где ты. Пока Лорин считает, что ты едешь сюда с нужным ей артефактом, твоей жене ничего