Проводник проклятых - Ольга Дубровская

Координаты, что получила валькирия в послании погибшего главы Нагварден, привели её на южное побережье Ирландии. Сначала был путь до деревушки Скалл, который сам по себе оказался тем ещё испытанием, потом — выкупленная за баснословные деньги лодка, позволяющая добраться без лишних глаз до нужного необитаемого острова, дальше — несколько часов упражнений с вёслами в преддверии надвигающегося шторма.

Местный житель, бывший владелец лодки, мысленно крутил пальцем у виска, пересчитывая внушительную пачку наличных. Он был уверен, что ему встретилась безумно красивая, но напрочь сумасшедшая женщина, желающая покончить с собой и пойти на корм рыбам. Впрочем, моральных терзаний от этого он странным образом не испытывал, предполагая, что рыба, которую он ловил в этих краях всю жизнь, будет теперь только жирнее.

Когда Сольвейг вытащила лодку на побережье, ей пришлось взять небольшой перерыв, чтобы отдохнуть. Какой бы высокой ни была выносливость вампиров по сравнению с обычными людьми, даже у неё имелись свои пределы. Дальнейший путь Сольвейг пролегал по валунам вдоль побережья и высоких отвесных скал, пристать к которым на лодке не было никакой возможности. Несколько раз она поскальзывалась и чудом ловила баланс. Один раз не удержалась и с размаху упала на живот, ощутимо ударилась подбородком и рассекла его. Впрочем, на регенерацию Сольвейг тоже никогда не жаловалась и довольно быстро забыла о минутной боли.

Наконец, путь её был завершён. Валькирия оказалась на последнем валуне у нависшей над ним скалы и замерла, не понимая, куда двигаться дальше. Северянка вытащила из кармана завёрнутый в пластиковый герметичный пакет навигатор и сверила координаты. Всё оказалось верно: прибор утверждал, что она добралась до нужного места, но… Дочь севера запрокинула голову, пытаясь увидеть вершину выросшего перед ней горного массива, которая терялась в ненастном сером небе.

Видимо от усталости, тяжёлой дороги и переживаний последних дней, Сольвейг не сразу догадалась посмотреть особым взглядом на окружающее пространство. А когда присмотрелась, то поражённо ахнула, едва не сделав шаг назад с камня прямо в море.

Скалу перед ней опутывало тончайшее плетение защитного заклинания. Даже не одного — десятков, если не сотен заклинаний, ловушек, отпугивающих, ограждающих и тревожных нитей, соединённых в такое изящное кружево, что за всю свою длинную жизнь дочь севера никогда не встречала чего-то подобного, хотя уж кто-то, а её учитель был признанным и самым великим, не считая самого Вигиланта, мастером.

Перед ней был развёрнут огромный магический гобелен, сотканный неизвестным гением. Как не старалась, Сольвейг не могла определить, из какой вампирской семьи он происходил. По тонкости плетения это походило на работу Нагварден. В гобелене было действительно много знакомых элементов, но ещё больше — неизвестного, чуждого: иное строение линий, другой перегиб, неизвестный узел, а висящий в центре гротескный узор из тысяч петель внушал одновременно и благоговение, и ужас.

Придя в себя и сбросив оцепенение, Сольвейг, ощущая себя одновременно придавленной мощью заклинания и испытывая неимоверный восторг от того, что ей довелось увидеть такое, произнесла одну лишь фразу — ту, что была указана в письме:

— Tempus advenit.

Сольвейг опасалась, что невероятной красоты плетение распадётся и перестанет существовать, поэтому радостно выдохнула, когда этого не произошло.

Полотно всё так же оставалось на месте, но теперь валькирия видела место, где можно пройти, не нарушив узора заклинания. Оказалось, отвесная скала имела расщелину, размеры которой вполне позволяли в неё протиснуться. Но перед этим нужно было… совершить заплыв в ледяной воде.

Не теряя времени, Нагварден нырнула. Зубодробительный холод тут же навалился со всех сторон, вызывая жгучую боль — словно тысячи миниатюрных кинжалов одномоментно вонзились в тело. Дорога сюда сильно измотала Сольвейг, и бороться с холодом становилось всё сложнее. Она гребла мощно, на пределе сил, стремясь как можно скорее добраться до расщелины. Сделав это, валькирия ухватилась за небольшой выступ, подтянулась, используя набегающую волну, и втиснулась в щель, судорожно пробираясь дальше и дальше, уходя вглубь скалы от изнуряющего ветра и холода.

Спустя несколько метров она оказалась в коридоре, размеры которого вполне позволяли выпрямиться в полный рост. Северянка потрясла головой, с раздражением скинула мокрую обувь и куртку, зябко поёжилась. Будь она человеком, скорее всего погибла бы по дороге сюда — разбилась о камни или утонула в ледяной воде, но даже если бы выжила, наверняка получила бы обморожения и целый букет болезней.

Валькирия отжала волосы и двинулась дальше по петляющему коридору, уходящему с небольшим уклоном вверх. По пути она то тут, то там замечала небольшие плетения — предупреждающие заклинания.

Целью их было лишь оповестить создателя о том, что к нему направляется гость. Сольвейг могла бы легко их обойти, но предпочла этого не делать. Основное плетение на входе, скрывающее расщелину, явно уже сообщило о её приближении.

Спустя ещё несколько метров вампирша оказалась в просторной пещере. Местами она была гладко обтёсана, местами из стен торчали острые камни. Свод пещеры заканчивался на высоте около пяти метров, откуда тянулись вниз небольшие сталактиты.

Ни единого источника света здесь не было, но при этом казалось, что в пещере светлее, чем в коридоре до неё. Не иначе, как светились тонкие магические нити, но Сольвейг такой не знала. Ощущения шли знакомые и приятные, не такие, как от огненной магии Ордо Иррата, но определить, какая семья приложила руку к её созданию, северянка по-прежнему не могла. Но ей не было страшно. Вигилант не мог послать ни Даниэля, ни её туда, где могла грозить опасность.

Воцарившуюся тишину нарушил звук приближающихся шагов. Сольвейг стряхнула с себя навалившееся оцепенение и только сейчас заметила несколько проёмов и коридоров в противоположной стороне пещеры. Рефлекторно вампирша активировала рапиру цвета раухтопаза. Лёгкое свечение магического оружия влилось в полумрак пещеры, добавив игры светотени на каменные своды.

Шаги затихли, но из коридоров никто не вышел. Дочь севера даже не смогла точно определить, в каком из них прятался неизвестный.

— Время пришло, — отчего-то повторила на латыни Сольвейг, выпрямляясь, но не опуская оружие.

Спустя несколько мгновений она получила ответ на чистом английском:

— Он мёртв? Вигилант мёртв? — Голос говорившего был хриплым и неуверенным, будто он настолько долго молчал, что успел позабыть человеческую речь.

— Да, — глухо ответила Сольвейг.

— Значит, время действительно пришло…

Глава 16. Затишье перед бурей

Дорога до родного города Алекса оказалась на удивление быстрой и лёгкой. Константин, словно не чувствуя никакой усталости и неудобств, связанных с полученными не далее чем ночью повреждениями, сел