Хранители Тории: Город запретных желаний - Дарья Верескова

— Тридцать минут назад.

Плохо.

Теперь, когда мои результаты попадут в отчёт, я обязательно подниму перед Дитером Баром вопрос о том, что мне не нравится невозможность прогнозировать ИЧР в реальном времени — мы понятия не имеем, насколько наши наблюдения далеки от реальности. Причём высшему начальству, наоборот, это может быть на руку — не столько из соображений безопасности, сколько из обратных, а вдруг ИЧР растёт намного медленнее, и Джин может находиться там дольше?

Уверена, я не первая, кто поднимал этот вопрос.

Почти всю смену я то и дело бросала взгляды на ворота Тории, на чёрную сосущую массу внутри, думая о том, какой опасности подвергает себя мужчина на той стороне. Время от времени к нам доставляли куски биологических тканей — иногда они двигались, а иногда были уже мертвы. Чаще всего приносили почти неразличимые ошмётки плоти, но однажды — полноценную… ногу. Ногу паука, размером в две мои ладони.

Хотелось задать сотни вопросов, но я торопилась закончить и закрыть все свои задачи, краем глаза следя за тем, как заполняются таблицы остальных.

— Возвращается, — взволнованно произнёс Тома, показывая на ворота.

Мы сообщили о том, что ИЧР превысил ноль целых шесть десятых, ещё десять минут назад.

Джин вернулся с рюкзаком, полным материалов, и сразу же передал его охранникам, а сам направился в сторону другого автодома, куда более скромного по размеру.

— Красивый, — произнесла Аска, глубоко вздохнув и провожая его взглядом.

Я только хмыкнула, подумав про себя, что да, красивый — но я-то помнила его лицо, а вот что она могла разглядеть в такой темноте?

— Закругляемся, — мистер Мидзутани вышел из комнаты, где следил за Джином по мониторам, и хлопнул в ладоши. — Завершайте все дела. Сколько успели, столько успели.

Мне так и хотелось спросить, что же случилось здесь менее двух недель назад и имеет ли к нашей работе тот выброс опасных газов?

Но… я буду действовать осторожно. Спрошу кого-то другого, менее приближенного к начальству. Никто не должен считать меня конфликтной, этот контракт будет длиться ещё пять месяцев, и мне очень нужны эти деньги.

Из лабораторного автодома мы вышли как раз в тот момент, когда Джин покинул второй. Его каштановые, местами почти светлые волосы сейчас казались чёрными — они были мокрыми от воды и слегка вились. И Джин… был очень удивлён, обнаружив меня здесь.

Он не хотел меня здесь видеть.

Значит, он не имел никакого отношения к моему появлению — скорее всего, причиной вызова стал Юсэй, желавший снова прибрать к рукам мою работу. И таких, как я, у него было несколько — хотя вряд ли он обкрадывал их так же нагло и в таких объёмах.

— Мы собираемся на завтрак, пойдёшь с нами? — спросил Тома, устало зевнув и потирая лицо. Так и хотелось сказать, чтобы он перестал трогать кожу руками, но это, конечно, не моё дело.

— Спасибо, я домой. Сегодня был последний день на старой работе, так что буду отсыпаться, наверное, часов десять. Но в следующий раз — обязательно.

Мой телефон, который я достала впервые за восемь часов, зажужжал. Я открыла его, ожидая увидеть сообщение… Но вместо этого обнаружила отчёт о перечислении месячной зарплаты. Губы невольно растянулись в широченной улыбке. Я представила всё, что смогу позволить себе с новыми деньгами, и как сразу же отдам долг Оскару.

Будто в моей жизни начиналась новая глава.

— С первой зарплатой, — Аска смотрела куда-то за мою спину, видимо, на Джина. — А в прошлый раз… вы куда ходили?

Надо же, я думала, никто не заметил нашего исчезновения.

— Просто кофе. Мой… молодой человек заинтересован в инвестициях, и мы встречали Джина и Хару в ресторане, пару раз, так что были знакомы до этого.

Правда, пусть и неполная, звучала куда лучше нелепых отмазок.

— Понятно… Я не верю, что у них всё серьёзно, но он даже не посмотрит на такую, как я, — мечтательно произнесла Аска.

Вообще-то я считала её симпатичнее себя. И если Джин находил меня привлекательной, то и Аска ему бы понравилась, наверное.

— Ты ведь не знаешь его. Что, если он не понравится тебе как человек? Он почти не общается с нами, — с улыбкой предположила я. — Но если он тебе нравится, подойди и спроси его сама.

Мы стояли снаружи автодома, и я проверяла карту в телефоне — до метро всего три минуты пешком, так что дома я буду в пять тридцать. И спать…

Выход из храмового комплекса был впереди, когда меня неожиданно схватила за запястье рука. При этом я даже не слышала шагов позади.

— Рэй, — низкий, хриплый голос Джина послал волну мурашек по всему телу. Я вспомнила, что сразу после этих походов за ворота Тории у него начинается откат. — Рэй, пойдём со мной. Ты не пожалеешь.

Вот так, без лишних предисловий. Прямо в лоб — почти так же, как я сама в прошлый раз предложила ему.

В голове вспышками замелькали воспоминания о том единственном нашем… утре. Безумный секс, самый спонтанный и яркий из всего, что было в моей жизни.

Чего я хотела больше? Повторения этого безумства или возвращения в нашу квартиру к Оскару, который наверняка будет сиять, утопая во внимании других женщин? Он знал, что я вернусь, потому что сегодня работал из дома.

Я развернулась к Джину, встречаясь с его глазами — лихорадочными, воспалёнными, он почти горел от нетерпения. Его пальцы не отпускали моего запястья, сжимали чуть сильнее, а затем едва заметно ослабляли хватку.

В ответ я кивнула, доставая телефон.

«Вернусь домой часов через шесть».

* * *

Джин отпустил меня, как только убедился, что я действительно следую за ним — в конце концов, здесь повсюду сновали наши коллеги. Молодой мужчина казался куда более нервным, чем раньше, двигался далеко не так спокойно. Возможно, этот его откат уже начался.

Мне так и хотелось спросить, а как же Хару, но я промолчала. Это не моё дело — он же не спрашивает меня об Оскаре? Мы не вступаем ни в какие отношения, и оба понимаем, зачем я еду к нему.

Тот же самый низкий порше оказался припаркован не так далеко — на платной стоянке, которая стоила за одну ночь как три полноценных похода в Хакушу. Я не особо понимала такую привязанность к машине с учётом того, что Джин жил в городе, а не за его пределами, как та же Саори. На метро быстрее и дешевле.

Он опять открыл для меня дверь, и,