Дело о мастере добрых дел - Любовь Борисовна Федорова

ладно. Все потом. Мало успеваем, большая нагрузка, у нас очень много задач. Реанимационная капсула пока занята, Чаёрина туда уложили на реабилитацию, он старше нас, приболел, устал и плохо себя чувствует. У нас тут ночь, почти утро, нам надо поспать, так что связи некоторое время не будет. Ты тоже ляг поспи, выспись. Ты нам нужен отдохнувшим. И еще раз прошу тебя: не забудь про кира Хагиннора. Он волнуется!"

Илан отметил сообщение просмотренным, отправил шаблонное подтверждение, что просьбу выполнит – куб сам предложил ему так сделать, подсунул готовые картинки для ответов: принял, понял. Вот так – у всех все хорошо, но у некоторых плохо.

Временное затишье в отделении прерывалось ерундой и несущественными глупостями – хозяйка мясной лавки со сломанной и загипсованной ногой попыталась удрать домой, чтобы присмотреть за торговлей, но упала в коридоре и до утра была водворена в палату, в платной уборной санитары напугали юную рабыню госпожи Нарданы, отчего та облилась водой и расплакалась, да еще с шумом пробежал интендант, выясняя, куда клопы по дворцу уже расползлись, а куда еще нет.

Тащиться в ночи в Адмиралтейство Илану не хотелось. Он лучше посмотрел бы в кубе операции, поучился, или полечил бы кого. Ну, хорошо, раз связи не будет, куб можно приспособить к делу, а самому отправиться выполнять просьбу. Илан зашел к Черному Человеку, не стал будить и выводить на разговоры о пьяном грибе, Нардане и госпоже Лау, тем более, что того по состоянию качало из просветления в сумрак, немного назад, и снова в полузабытье. Илана он не узнал, и это Илану не нравилось. Схема лечения, оставленная Наджедом в прикроватном листке, была длинная и сложная. Илан собрал прописанные препараты, подцепил к капельнице куб, позвал свободную сиделку и велел никого близко не подпускать и ничего не трогать, пока сам не вернется. И опять пошел искать Намура.

Вовремя. На разворотном кругу во дворе цокотала подковами губернаторская карета. Илан думал, кир Хагиннор не вытерпел и сам примчался за новостями, но оказалось, Намур едет в Адмиралтейство на доклад. В карету Илан заскочил, как был – в рабочем кафтане, успел только накинуть плащ Вояки, прихваченный в малой сестринской.

Намур разговаривать о делах не хотел – вдруг Илан еще чем обрадует. Советнику и так уже было слишком, в дороге он дремал. Хотя в карете той дороги от силы десять сотых. Илан крутил в голове вопросы, которые можно было бы задать киру Хагиннору. Некоторые даже нужно. Но решил, что пока не будет. В сложившейся ситуации генерал-губернатора следует успокаивать, а не тревожить лишними расспросами. К тому же, почти ночь. Впрочем... Государь был пташка ранняя – начинал дела и принимал доклады чиновников до утренней зари. Кир Хагиннор, наоборот, ночная птица. До полуночи, а то и в первую стражу пополуночи на доклад к нему было не поздно.

Илан вошел вместе с Намуром и надеялся быстро отделаться. Просто сказать, что ему передали, и спокойно отправиться думать о своем. Или, как просили, выспаться. Крылатые действуют по обстоятельствам, в последнее время взялись многое решать за него, а в дело, которое Илану предстоит, не годится лезть измотанным.

Но кир Хагиннор увидел Илана и сразу сделал жест Намуру выйти. Прием происходил в кабинете при спальне – Илан здесь был в то посещение Адмиралтейства, когда в первый раз встретился с государем. На столе генерал-губернатора лежала карта. Та самая карта Хофры и дальних Птоорских побережий, из-за которой, как подозревал Илан, и начался весь конфликт. Только эта карта была больше и подробнее. Кир Хагиннор сдвинул чернильницу, и край карты свернулся, скрыв магнитный остров.

– Хорошо, что ты догадался сам приехать, – сразу сказал кир Хагиннор, встав из-за стола. Илан так и остался стоять столбом в середине комнаты под люстрой. – Ваш госпиталь – липкое место. С огромным трудом борюсь с искушением все бросить и поселиться там у вас. На время, не пугайся. Просто чтобы не ждать новостей. Тебе что-то сообщают? Как у них идут дела?

Илан изложил. Киру Хагиннору показалось мало. Илан добавил то, о чем болтал Обморок.

– Больше сказать нечего? Никаких других подробностей? По правде говоря, ни черта я им не доверяю. Ни одному из них, особенно старому.

Илан повел рукой. Про Чаёрина и реабилитацию, про собственное мнение "все живы, все нездоровы, но они соблюдают договор" вслух говорить не стал. В том, что кир Хагиннор его не читает, уверен не был. Но, вроде бы, не читает. Может, из уважения и доверия. Может, из-за недостаточных способностей.

Кир Хагиннор вышел из-за стола, шагнул ближе, присмотрелся:

– Плащ этот у тебя откуда?

– Расплатились им за лечение одного... беспокойного из посольства. Он хлебнул портовой смелой воды, чуть не наделал бед.

Про дуэль, наверное, рассказывать было нельзя.

– Нашивочки срежь, – посоветовал кир Хагиннор. – Они – клана Белых. Ты из совсем другой семьи. Рассказать тебе, кто ты? Кто вы все?

– Уже не уверен, что хочу это знать в подробностях, – покачал головой Илан. – Расскажите лучше про Хофру. Раз уж вы придумали клятву, которая взвалила мне на плечи весь мир, и хотите, чтобы я эту ношу тащил, рассказывайте, как этот мир устроен.

Чернильница на столе вернулась на прежнее место, расправив карту.

– Смотри, – сказал кир Хагиннор. Пальцем он указывал не на Хофру, а на побережье за океанскими водами. Там лежала другая великая империя – Птор-Птоор, контакты с которой в Таргене и Ардане шли только через Хофру или ходжерские корабли, торговавшие с Островами Одиночества.

– Конфликту между островами не один год? – Илан подошел ближе, тронул четкие черные линии на вощеной бумаге. – Откуда взялось их упорное противление прогрессу? Я правильно понял, что на "Итис" брали свидетелей, чтобы допросить их на своем Совете родов, и принять решение? Вернее, признать заранее принятое решение, будто Ходжер виноват во всемирном прогрессе?

– Думаю, так. И история началась не вчера. В основе ее – даже не хитрость и наглость. Просто жадность и трусость. Всё как всегда.

Многое Илан частично понял и до этого разговора – причиной было желание Хофры держать монополию на редкие материалы и высокотехнологичные товары собственной добычи и производства. Остальное кир Хагиннор дополнил.

Давно, когда кланы Белых, Серых, Зеленых и Черных попали на Та Билан, они поделили между собой не только острова, но и царства. Клан Черных был немногочислен, ему достался тот берег,