Искажение - Сергей Цеханский

— А, чтоб тебя... — пробормотал Андрей и опять зашарил рукой. Но рука не встретила ничего такого, что могло бы успокоить израненную душу.

— Леха! — взвизгнул Андрей испуганно.

— Что? Что такое? — донеслось с дивана.

— А где Тоня с Леной?

— Откуда я знаю. Ушли, наверное. Спи. Рано еще. Хррр...

Андрей ошалело крутанул головой. За окном светало.

Глава IX

Разоблачение врага

Наступившее утро не шло ни в какое сравнение со всеми предыдущими. Если зарядиться лицемерным оптимизмом спортивных комментаторов и назвать первое похмельное утро в «Локомотиве» неудачной разминкой, то даже в этом случае сегодняшнее утро пришлось бы признать полным поражением. Спортсмены лежали каждый в своем углу и пытались вести диалог.

— Бу-бу-бу-бу, — озабоченно доносилось с дивана.

— Аа... — легкомысленно слышалось с матраца на полу.

— Тебе когда на занятия?

— А ну их...

И все-таки спортсмены поднялись. Охая и морщась, испили горячего кофейку и побежали каждый на свою дистанцию: Леха — в научную лабораторию, Андрюха — в отель.

В отеле Андрей застал неожиданную картину. Вместо того, чтобы находиться на занятиях, трое его друзей разучивали сценку из трагикомической пьесы собственного сочинения.

Виктор сидел в кресле и, обхватив голову руками, страдальчески раскачивался. Вероятно, ему досталась роль убитого горем отца. Неразумные сыновья стояли посреди комнаты в позе боевых петухов. Взъерошенный и красный Гриша напротив злющего Николая. Судя по всему, репетиция продолжалась давно.

— А ну повтори! — угрожающе требовал Николай.

— И повторю! — задиристо отвечал Гриша.

Андрей, облокотившись о дверной косяк, режиссерским глазом определил, что игру еще можно подправить

— Ну, что тут у нас? — вздохнул он и вошел в комнату.

— Скажи ты им! — умоляюще возопил Виктор.

— Скажу, — пообещал Андрей и сел на кровать. — Рассказывайте.

Ему, понятное дело, хотелось спать, но ребята начали рассказывать, и Андрей позабыл про сон. Как оказалось, прошедшая ночь была полна приключений не только у Андрея.

После того, как Андрей ушел, ребята сидели в комнате, трепались, скучали. Время от времени Виктор или Николай выглядывали в окно — ждали Андрея. И вот...

Слово взял Гриша.

— Я вдруг почувствовал, что со мной опять что-то неладное, будто помутнение какое. Кажется, вот-вот, и снова хлопнусь, как там, возле пельменной.

- Мы это заметили, - подтвердил Виктор. Григорий глаза закатил, побледнел и стал пальцами шевелить. Вот так..

— Да, — вставил Коля, - Мы не знали, что и подумать, пока я в окно не посмотрел.

Когда Коля выглянул в окно, то увидел старого знакомого. Но не одного, как обычно, а в компании двух таких же хмырей. Правда, Николай решительно утверждал, что эти двое были явно из другой команды — обычные любители «раздавить» на троих. Они, видать, уже где-то «раздавили» и теперь хотели еще, а попутчик отнекивался, говорил, что хватит, и вообще старался от них отделаться.

— Я на балконе спрятался, — пояснил Николай. — А они внизу стояли. Так что кое-что я слышал.

Попутчик, по словам Николая, был как бы на автопилоте. Видимо, непривычный к алкоголю, случайно попал в компанию двух бичей, которые его угостили, а теперь требовали продолжения микста.

—Такое впечатление, - продолжал Коля, — что эти бичи за ним сюда увязались. Он, наверное, к гостинице шел, а им все рано куда.

В конце концов, убедившись, что от них так просто не избавишься, попутчик отпихнул обоих и бросился бежать. К стадиону зигзагами. Но дружки догонять не стали. Стояли внизу, бранились, махали руками. Потом вышла рыжая администраторша и прогнана обоих.

И вот тут началось самое интересное.

— Мы с Колей на балконе стояли, — вступил в разговор Виктор. — Смотрели. Вдруг видим — Гриша! Из гостиницы как выскочит, да как побежит! Мы ему кричать, а он еще пуще. Ну мы за ним.

Андрей взглянул на Григория. Тот пояснил:

— Я догнать его решил и разобраться. Ведь надоело!

— Мы, значит, за ним, — повторил Виктор. — Но куда там! Добежали до остановки. Я — налево, Коля — направо. Потом встретились. Всю ночь бегали по городу; искали, а когда вернулись в гостиницу, он, оказывается, спит себе!

Коля собрался что-то сказать, но Андрей перебил:

— Гриша, расскажи ты.

Григорий, хмуро глянув на Николая, начал:

— Ну... в общем, засек я его. Оторвался он, значит, от тех двоих и дальше шагом пошел. Пошатывался, останавливался, руку ко лбу прикладывал. Я хотел подойти, но не смог — плохо становилось. Не так, как у пельменной, а чуть-чуть. Он же выпивши был, ну и на меня послабее действовал. В общем, я дистанцию держал...

По словам Гриши, попутчик, побродив по улицам, зашел в какой-то сквер и сел на лавочку — то ли решил поспать, то ли отдохнуть. Григорий, держась на безопасном расстоянии, затаился в кустах. Пытался приблизиться, но всякий раз в голове начинало потрескивать. Попутчик же, казалось, не мог усидеть на месте. Крутил головой, дергался, вскакивал, но тут же снова падал на скамью.

— Такое впечатление, — прошептал Гриша, — будто он на поезд опаздывал, а идти не может — сил нету.

В конце концов, попутчик все же поднялся и стал вокруг клумбы бегать. Даже не бегать, а, скорее, метаться, словно в клетке. Шатался, заносило его, но не падал.

— А потом... — Гриша сглотнул. — Потом на тропинке две девушки показались. Спешили куда-то. Так этот тип, как увидел их, так сразу и замер. А когда они с ним поравнялись — вы себе представить не можете! — набросился!

— Как набросился? — опешил Андрей.

— А вот так! Вклинился между ними, руками облапил и прижал! Ну, думаю, сейчас они этому маньяку всю харю исцарапают, а они хоть бы что!

— Как так? — удивился Андрей.

— Я сам своим глазам не поверил, — признался Гриша. - Девчонкам будто даже понравилось. Остановились, головы склонили, слушают! Но самое удивительное — он им ничего не говорил! Молчал и только скалился, образина, так, что меня в дрожь бросило! Ну, вылитый маньяк!

— А дальше что было? — Андрей нахмурился.

— Отпустил он их, — сказал Гриша. — Они и пошли. Только как-то странно. Молчком, лица каменные, сами, будто неживые. В общем, я считаю... — Гриша покосился на Николая. — Да! Запрограммировал он их!

Коля скептически хмыкнул.

— А попутчик что? — поинтересовался