Землянка для наемников - Тина Солнечная

дотянулась до его мордочки и тихонько провела пальцем между ушами. Он довольно пискнул и, вильнув пушистым хвостом, полез ко мне на колени, требуя внимания. Мы поиграли немного — я подбрасывала ему мелкие кусочки сухофрукта, а он ловил их на лету с поразительной ловкостью. Почти как дельфин. И всё же… пора было вставать.

Я встала, подошла к шкафчику и начала перебирать вещи, вспоминая, как Келлар возил меня по магазинам, хмурился на каждую короткую юбку и качал головой на кружевные топы. «Это непрактично», — ворчал он, а я только посмеивалась. Но теперь… теперь я почему-то хотела надеть как раз что-то подобное. Соблазнительное. Обтягивающее. Чтобы снова почувствовать себя привлекательной, а не похищенной девушкой с Земли. Чтобы напомнить и им, и себе — я всё ещё женщина, которая знает, чего хочет. Хотя и не думаю, что им удалось так быстро это забыть.

Я выбрала лёгкий тёмно-фиолетовый костюм, который сидел как влитой: облегающий топ с полускрытым вырезом и короткая юбка с разрезом сбоку. Покрутилась у зеркала, приподняла волосы, слегка поправила ткань на бёдрах… и всё настроение испортилось, когда заметила, как проступают тени от синяков. Даже мазь не справилась до конца.

Я замерла, глядя на своё отражение, и вспомнила выражение лица Келлара. Его жёсткий, хмурый голос. Слова о разбирательстве. Нет. Нельзя. Это только причинит боль. Мне — нет, но им… да.

Сжав губы, я переоделась. Выбрала чуть более скромный костюм: всё ещё обтягивающий, но с длинными рукавами и юбкой до колен. Привлекательно, но безопасно.

Когда всё было готово, я задумалась: а чем я вообще могу заняться? Судно жило своей жизнью — мужчины, кажется, всё здесь делали сами. Но я ведь с Земли. А значит, наверняка есть что-то, в чём я могу быть полезна.

Я обошла каюту, потом прошлась по коридору и заглянула в кладовую, где стояли коробки с инвентарём. Остановилась, когда увидела уголок с бытовыми мелочами: наборы для починки одежды, какие-то старые приборы, груды кабелей. На полке пылился большой контейнер с грязным бельём. Я знала, что самое нужно мужчины стирали довольно регулярно, но у них все равно отлично копились горы стирки. И тут меня осенило.

Прачечная.

Судя по состоянию ящика, времени на это дело у них не было довольно давно.

Я вздохнула, закатала рукава и принялась разбирать содержимое контейнера. Это было не самое приятное занятие, но зато — полезное. Через пару минут я уже запускала первую стирку, благо интерфейс машинки был интуитивно понятным. Я даже добавила что-то вроде кондиционера, который нашла в одной из бутылок. Вещи аккуратно развешивала, проверяла швы, кое-что даже подлатала. На Земле мне это казалось скучной рутиной. А здесь… это был вклад. Маленький, но от души. Чтобы они пришли уставшие и увидели: о них позаботились.

Я закончила с последней рубашкой, повесила её рядом с остальными и огляделась. Всё выглядело аккуратно и даже уютно. Но внутри что-то тянуло дальше — я ведь могу сделать больше. Для них. Для нас.

Бродя по коридорам в поисках очередной точки приложения своей неуемной энергии, я набрела на неприметную дверь. Она заедала, но поддалась. За ней оказался старый отсек, скорее склад, чем помещение. Пыльный воздух щекотал нос, лампы мерцали, как будто вот-вот сгорят. Но был там один чудесный иллюминатор, закопчённый, но целый. А под ним — свободное пространство. С этим можно было работать.

Меня осенило. Я даже в ладоши хлопнула от радости. Уголок для отдыха. Пространство, где можно просто… быть. Я взялась за дело. Сначала расчистила всё от хлама: разбитые ящики, порванные упаковки, какие-то странные панели. Потом отдраила полы и стены — руками, с мылом и упрямством. Нашла пару старых кресел, очистила их и накинула сверху покрывала, которые раньше были свёрнуты на складе. Из одной коробки достала подушки. Даже сшила скатерть из обрезков ткани.

Всё это я делала с тем светлым азартом, который редко посещал меня на Земле. Тут каждый жест значил больше. Тут я не просто жила — я обустраивала дом. Наш дом. пусть и временный. И совсем не дом. Разве это важно?

Когда я закончила, прошло определенно много времени. Живот урчал, но мне было все равно… Я села на одну из подушек, обхватила колени руками и посмотрела на результат. Это было хорошо. По-настоящему хорошо.

Именно в этот момент в дверях появился Саэт.

— Вот ты где, а я думал, куда ты… Ты что… гнездо свила? — произнёс он с приподнятой бровью, окидывая взглядом помещение.

— Ну… если гнездо пахнет чистотой и уютом, — то да, — я повернулась к нему и похлопала по подушке рядом. — Проходи, мне интересно твое мнение.

Вскоре за Саэтом пришли и остальные: Дрей, Риан, Вэлк. Даже Келлар. Один за другим. С разными выражениями лиц, но с одним и тем же посылом в глазах: «Она это для нас сделала?»

Они замерли у входа, осматривая комнату, которая ещё недавно выглядела как забытый склад, полный пыли и хлама.

Теперь в ней царило тепло. Яркий, но мягкий свет из очищенного иллюминатора падал на импровизированный диван, собранный из старых ящиков и покрытый мягкими пледами. Поверх лежали пестрые подушки, каждая — сшита вручную из разных обрезков, найденных в коробках. Стена, некогда облупленная, теперь украшена тканевой драпировкой, скрывавшей трещины и неровности. Старый перевёрнутый контейнер превратился в стол, накрытый скатертью в сине-золотых тонах. Даже потрескавшийся корпус какого-то прибора был вычищен, перевёрнут и стал табуретом. А в углу стояла небольшая корзина с фруктами — я принесла их с кухни, как финальный штрих.

Мужчины молчали. Лишь звуки их шагов мягко отдавались от вычищенного пола.

— Виола, — пробормотал Риан, по-прежнему растерянный. — Ты потрясающая.

Дрей тихо усмехнулся и покачал головой, оглядывая всё вокруг. Саэт молча скрестил руки на груди, но губы дрогнули. Вэлк подошёл ближе и коснулся ткани на кресле, как будто проверяя, не галлюцинация ли это. Келлар остался в дверях, с прищуром наблюдая за мной — взгляд его был хмурым, но в глубине чувствовалась тёплая, сдержанная благодарность.

Я только улыбнулась, прижимая к себе подушку.

— Добро пожаловать, ребята.

— Похоже на гнездование, — хмыкнул Келлар, наконец заходя в комнату и оглядывая всё с тем самым выражением, будто не знал, как к этому относиться. — Правда, как-то рановато.

— Гнездование? — удивлённо переспросила я, бросив на него взгляд поверх подушки. — Что вы имеете в виду?

Мужчины переглянулись, и Дрей усмехнулся, почесав затылок.

— У нас так ведут себя беременные женщины, — пояснил он. — Когда уже на ранних сроках начинают обустраивать