Похититель реальности - Пол Энли

Дар произвела расчеты.

Запаса топлива более чем достаточно, чтобы долететь до базы. Я еще никогда не оказывалась так близко к красной зоне. Выдержат ли мои вычислительные цепи перелет? Но если я запущу главный двигатель, охранители точно засекут вспышку. Они просто отследят меня и схватят на Секондусе. Незачем упрощать им задачу!

Значит, решено. Придется пойти на крайнюю меру. Уничтожить Терциус и сбежать под прикрытием обломков от ядерного взрыва.

Давным-давно она смоделировала, как астероид разлетится на части, если взорвать атомную бомбу в его центре. Среди смоделированных обломков Дар выбрала один достаточно крупный, с траектории которого можно выйти на орбиту Секондуса.

Снова и снова она меняла структуру туннелей, пока, наконец, не добилась, чтобы в симуляции взрыва образовывались достаточно крупные обломки с заданным разбросом траекторий. Удовлетворившись результатами, Дар высверлила внутри одного из таких обломков камеру размером с кибрида, укрепила ее толстым слоем титана, установила люк и добавила несколько наружных датчиков. И только потом приступила к взлому Лирандии.

Дар надеялась, что грубая спасательная капсула переживет взрыв, который должен уничтожить целый астероид, и уцелеет при разгоне по намеченной траектории.

Раньше этот план казался вполне разумным. Очень скоро станет ясно, насколько точны ее расчеты.

Тем временем охранители пробили вход в один из верхних туннелей, ведущих в центральный отсек, и уже направлялись к ней.

Установив таймер бомбы на семьдесят пять секунд, Дар помчалась по узкому туннелю к спасательной камере, втиснулась внутрь и заперла люк.

Еще восемнадцать секунд в запасе.

Оказавшись в безопасности, она подорвала связку химических зарядов. Километровый туннель, ведущий в отсек управления, обрушился, камеру затрясло. Если кто-то из охранителей сумеет добраться до центра астероида, заваленный туннель подарит ей еще немного времени.

В восьмидесяти процентах случаев разброс расчетных траекторий не превышает двадцать тысяч километров от Секондуса. Это все равно слишком много. Такие шансы мне не по душе.

По крайней мере, сам обломок-капсула должен более-менее уцелеть в девяносто шести случаях из ста.

Прощай, Терциус.

Пока таймер атомной бомбы отсчитывал последние сотые доли секунды, Дар пожалела, что не верит в Высшую Силу, к которой можно обратиться с молитвой. Увы, вера осталась в далеком прошлом.

Защити меня, – все же попросила она, не обращаясь ни к кому конкретному.

Ноль.

Стокилотонный взрыв испарил внутреннюю часть Терциуса. Расширяющийся огненный шар вытолкнул газифицированную породу через вентиляционные туннели, уничтожив лабораторию Дар, все наработки, соединительные коридоры и волны рыскающих в лабиринте охранителей вместе со всеми следами ее существования.

Печально, зато аккуратно. Все равно что начать с чистого листа.

Расчеты оправдались: чудовищные температура и давление раскололи астероид по заданным линиям. Обломки, в том числе самый важный, в котором покоилась спасательная капсула, с чудовищной силой разметало во все стороны.

Капсула, усиленная титановой оболочкой, облегала ее тело с миллиметровой точностью, но Дар все равно болтало, как сухую горошину в погремушке. Она корила себя за то, что не снабдила капсулу плотной амортизирующей пеной. Раньше это казалось излишней роскошью.

Так и пару винтов может выбить. Ну да ладно, все лучше, чем попасться охранителям.

Алум Всемогущий, охранители! Я не приняла их в расчет. И что важнее, не учла дополнительную энергию от взрывов их топливных блоков. Дар, ты идиотка!

Ядерный взрыв наверняка уничтожил их сдерживающие поля, а последующие реакции аннигиляции материи-антиматерии повлияли на ускорение и вращение обломков, включая тот, в котором находилась она сама!

Повезло не погибнуть в первую же секунду. Дар осталась жива, но сбилась с курса и почти исчерпала запасы энергии, а зарядная станция слишком далеко.

Мне конец. Или совсем уж безнадежно заблужусь в космосе, и потом – конец.

Если прямо сейчас не активирую хотя бы часть систем и не пересчитаю траекторию, у меня нет шансов. Но тогда истрачу остатки энергии раньше, чем доберусь до Секондуса, и, скорее всего, все равно погибну.

Дар медленно досчитала до ста триллионов и начала подключаться к уцелевшим наружным сенсорам. Ее опасения подтвердились. Просчет с боеприпасами и топливом охранителей сыграл роковую роль.

Когда с сенсоров начали поступать данные, Дар увидела, как ее ошибка превращается в проблему, причем весьма серьезную. Траектория спасательной капсулы проходила над орбитальной плоскостью и должна была разминуться с Секондусом почти на девяносто тысяч километров.

У нее оставалось сорок семь секунд, чтобы выбраться из капсулы. Это единственный шанс выйти на безопасную траекторию, которая приведет домой.

И сделать это нужно так, чтобы не заметили охранители.

По данным внешних сенсоров, взрыв пережила примерно половина отряда.

В ее поле зрения оставались обширные слепые пятна, особенно позади несущегося в пространстве обломка. За ним наверняка скрывались уцелевшие охранители. Спасательная капсула успела отдалиться от центра взрыва на несколько сотен тысяч километров, но все еще находилась в зоне активного поиска. Если повезет, сенсоры охранителей будут сосредоточены ближе к месту взрыва.

Дар активировала механизм открытия люка. Ничего не произошло. Она отправила повторный сигнал. Люк оставался закрытым. Тогда Дар выпустила гибкий манипулятор и, рискнув остатками энергии, попыталась его сдвинуть.

Заклинило! Похоже, титановая оболочка деформировалась от взрыва.

Времени почти не осталось. Промедление лишало ее последнего шанса. Если она пропустит стартовое окно, то не сможет вернуться на нужную траекторию, не привлекая внимания охранителей. Реактивную струю главного двигателя будет видно на миллионы километров – все равно что сигнальная ракета посреди космической тьмы.

Я лечу в запечатанной титановой капсуле со скоростью пятнадцать тысяч двести восемьдесят одна целая шестьдесят три сотых километра в час. Моим манипуляторам не хватит сил, чтобы открыть люк. А даже если и хватит, их все равно нельзя использовать еще раз при таком низком уровне заряда. Ультраконденсаторы почти на нуле. Когда они разрядятся, мне конец.

Спокойствие Дар сохраняла лишь благодаря выключенному эмоциональному модулю.

Я могу получить энергию за счет аннигиляции материи и антиматерии, но если включу двигатель прямо здесь, то умру от перегрева и радиации прежде, чем выхлоп сорвет люк. Что вообще остается?

В отчаянии Дар запустила несколько фоновых подпрограмм с предельно свободными параметрами – вдруг она что-нибудь упустила из вида. Сгодится любое решение – даже рискованное или нелепое.

Может, отключить все, кроме долговременной памяти, и сделать ставку на крошечный шанс, что меня кто-нибудь спасет в далеком будущем?

Давным-давно она уже отважилась на подобный риск. Но в глубоком космосе в этом нет смысла. Бесцельно дрейфуя, она скорее рухнет на звезду или попадется охранителям, чем встретит союзников.

Она могла перезагрузиться, стереть память ради защиты остальных и добровольно прекратить существование. Самоубийство