Пустой II. Книга 3 - Артемий Скабер

Корень я поставил уже на выходе, когда оказался за его плечом. Тут же активировал режущий и ударил мечом в горло. Ещё одна активация Короткой Черты, чтобы остановиться.

Воздух ударил его по шее. Одр замер и поднял брови от удивления. Использовал этот момент и шагнул ближе, коленом выбил ему опору и уложил на землю, используя Харекайдо.

Он лежал на спине и улыбался.

— Великолепно, — обронил он. — Ты просто великолепен…

Двор молчал.

Тавр сидел на камне, обхватив руку, и глядел на меня снизу вверх. Сарн хлопал глазами и что-то бубнил губами. Бренна уже сидела и держалаИ шаг не какой-то странныйсь за локоть. Дышала ртом и всё красная. Варис стоял на одном колене, без оружия, и мотал головой из стороны в сторону.

Стоял лишь я. Мои ноги немного подрагивали. Нёбо горело так, что я не рискнул бы сейчас разжать зубы. Правое запястье немного ныло, левая стопа отзывалась при каждом переносе веса, левое ребро при каждом вдохе. Источник просел лишь наполовину. Неплохой результат… Я доволен.

— Хватит, — повысил голос Бранн.

Он подошёл и остановился в шаге. Оглядел меня всего, потом обвёл взглядом пятерых, одного за другим, никого не пропустив, и вернулся ко мне.

Молчание тянулось.

— Вот теперь, — произнёс Бранн, — похоже на ученика Второго Круга.

Мешок мой лежал у стены, там, где я его оставил перед уроком. Взгляд сам ушёл туда и вернулся. Учитель развернулся к остальным и заговорил громче, чтобы слышал весь двор, и те, кто занимался у столбов, тоже опустили руки.

— Видели? Не голая сила, а мера. Он не лил вёдрами там, где хватало напёрстка. Взял ровно столько, сколько нужно, и ни каплей больше. Оттого и хватило на пятерых. Ещё и свой ритм вам навязал, знал как вы будете атаковать… научился читать вас.

Карн тоже подошел к нам. Сложил жилистые руки на груди.

— И всё-таки давление помогло, — заметил он негромко, будто размышляя вслух.

— Значит, будем давить чаще, — улыбнулся Бранн, — и ещё сильнее.

Уголок рта у меня пополз вверх, и я его придавил. Они правда решили, что это их работа? Всё, что сейчас было — это моё личное. Школа дала то, что я не смог применить, поэтому я просто изменил.

Карн не сводил с меня взгляда и как-то странно щурился.

— Движения только какие-то странные, как и техники… — произнёс он. — Не чистый Корень, как и всё остальное. Ты его не держишь, ты его щиплешь. И шаг какой-то странный… Такому тебя не учили.

Под рёбрами стянуло.

— Но ведь работает? — хмыкнул Бранн.

— Работает…

— Тогда не трогаем.

Карн повёл плечом и умолк. Я выдохнул, и тяжесть упала с плечей. Я переживал не о бое, а о том, что они могли увидеть. Это моя первая полноценная проверка совмещённых техник. Значит, я смогу это дальше использовать, а они будут считать это странными техниками Равновесия.

— Вставайте, — бросил Карн через плечо. — Хватит тут корчить из себя невесь кого.

Тавр поднялся первым, словно это было какое-то соревнование.

— Рейланд! — Он растирал грудь ладонью и шипел. — Да чтоб тебя шмыги сгрызли. Почему⁈

Ответить я не мог. Разожми я сейчас зубы, нёбо ответило бы так, что весь двор увидел бы, как ученик Второго Круга оседает на землю без единого удара.

Промолчал.

— Я думал, ты сломался, — выпалил Тавр. — Или обиделся, ну, на нас. Или… — Он поморщился, подбирая слова. — Я только начал надеяться, что теперь я тут самый сильный!

Варис поднялся, отряхнул колени.

— Ты всё это время притворялся?

Мотнул головой.

— Нет? — Он шагнул ближе. — Тогда как?

Разжал зубы. Нёбо полыхнуло, и слово протиснулось наружу через боль, короткое и глухое.

— У-чил-ся.

— Нет… Так нас не учили.

Промолчал снова. Варис глядел мне в лицо, и в глазах у него шла та же работа. Он раскладывал увиденное по полкам и находил что-то лишнее, вот только что — понять не мог.

Бренна поднялась последней, придерживая локоть.

— Я… — Она опустила глаза. — Вот это да. Не думала, что ты настолько сильный.

Пожал плечами. Сарн сплюнул кровью на плиты и криво усмехнулся, разглядывая расщеплённую рукоять.

— Снова все попались. Решили, что ты слаб, и попались в твою ловушку… Хитро… очень. Я ведь знал, что ты что-то такое выкинешь, но ты так притворялся… Что даже я купился.

Он повертел обломок в пальцах.

— Больше не буду.

— А-а-а… — простонал Тавр. — Всего семь дней я был лучшим и самым сильным.

— Если точнее… — тут же вмешался Варис. — То шесть дней и нет, ты не был лучшим.

— Ой, да иди ты, — махнул рукой и тут же поморщился сын дружины.

Одр всё это время сидел на камне, потирая шею, и смотрел на меня снизу.

— Твой Рваный шаг, — обронил он. — Великолепен.

— Это не только Рваный шаг, — тихо сказал Варис.

Одр улыбнулся:

— Я знаю, и поэтому это так хорошо.

— И что теперь выходит? — не унимался Тавр, оглядывая всех. — Он снова лучше?

Никто не ответил.

— Отлично, — Тавр всплеснул руками. — Просто отлично. Спасибо, тебе Рейланд.

— Хватит ныть! — бросил Сарн.

— А ну иди сюда! — тут же встал в стойку Тавр.

— Сам иди.

— Нет, ты иди.

Я улыбнулся и развернулся.

К корыту с водой шли молча. Вода в нём стояла ледяная, и после неё кожа на лице долго не чувствовала ничего. Тавр умывался так, что обдал Сарна с ног до головы, и тот даже не выругался.

— На, — Тавр протянул мне мокрую тряпку. — Умойся, а то опять будешь молчать, и мы решим, что ты нас ненавидишь.

Взял и разжал зубы.

— По-зже.

— Ты что, говорить не можешь? — удивился дитя дружины.

Показал на нёбо и помотал головой.

— Тавр, — похлопал его по плечу Варис. — Ты как был непробиваемым, так и остался. Ты что, не понял?

— Что не понял? — повернулся парень.

— Рейланд постоянно пытался открыть рот и морщился от боли. Значит, его тренировки как-то повредили