Любовь, космос и цена свободы - Катерина Дэй

Король Велдор, наблюдая за этой суетой, старался сохранять невозмутимость, но иногда, когда Алор приносил ему очередную схему с пометками «здесь опасно», король вздыхал и говорил:

— Алор, я понимаю, что ты хочешь, чтобы принцесса была в безопасности. Но если ты продолжишь так методично находить угрозы, у нас скоро не останется ни одного безопасного места во дворце. Даже тронный зал придётся обнести рвом.

— Лучше ров, чем сожаления, ваше величество, — спокойно отвечал Алор, не сводя с короля твёрдого, прямого взгляда.

Велдор кивал, но в глазах у него мелькало что-то похожее на улыбку. Ему нравилась эта железная уверенность. Она была как якорь в шторм и не давала королевству сорваться в хаос.

Советник Грач тоже не отставал от общей суеты. Он составлял списки гостей на предстоящее мероприятие, расписывал порядок приветствий, уточнял, кто из принцев склонен к длинным речам, а кто — к неловким паузам, и всё это фиксировал в толстой папке, которую носил с собой, как талисман. Иногда он останавливался рядом с Алором, смотрел на его схемы и вздыхал:

— Знаешь, раньше я думал, что самое сложное в моей работе — это следить, чтобы никто не перепутал вилку для рыбы с вилкой для десерта. А теперь выясняется, что вилка — это вообще не проблема. Проблема — это чтобы никто не использовал её не по назначению.

Алор только кивал, будто это была самая логичная мысль на свете. Для него не существовало мелочей: любая деталь могла стать ключом к спасению или причиной катастрофы.

А принцесса Линна на все эти дни поставила себе цель — потрепать нервы телохранителю. Не из злобы, а скорее из упрямого желания напомнить, что она не просто охраняемый объект, а живая, своенравная личность, которая не собирается растворяться в бесконечных реверансах и церемониях.

Однажды, когда Алор проверял посты у восточного крыла, Линна нарочно свернула в узкий боковой коридор, который он только вчера отметил как «небезопасный», и принялась рассматривать старинный гобелен с преувеличенным интересом, будто перед ней висело величайшее сокровище мира.

— Принцесса, — раздался за её спиной спокойный, но с отчётливой ноткой предостережения голос Алора. — Этот коридор не предназначен для прогулок.

Линна не обернулась, продолжая изучать узор.

— А я не предназначена для бесконечных реверансов, — парировала она. — Может, мы с этим коридором друг другу подходим?

Алор подошёл ближе, но остановился в паре шагов, не нарушая её личного пространства, хотя, казалось, ему стоило усилий не схватить её за руку и не увести прочь.

— Я не шучу, — сказал он ровно. — Здесь слишком много слепых зон.

Линна шла дальше и нарочно замедлялась посреди коридора, чтобы посмотреть, станет ли он её подгонять. Не стал. Просто остановился рядом и стоял, спокойный, как скала, пока она разглядывала узор на мозаичном полу — замысловатое переплетение золотых линий, будто кто-то сплёл солнечный свет и упрятал его в камень.

— Ты вообще когда-нибудь торопишься? — пробурчала она, не столько всерьёз, сколько чтобы нарушить эту невыносимую невозмутимость.

— Тороплюсь, когда это имеет смысл, — спокойно ответил Алор, не сводя взгляда с коридора впереди. Его поза оставалась расслабленной, но в ней чувствовалась готовность в любую секунду сорваться с места, будто пружина, которую никто не видит, но которая точно есть.

Тогда она начала болтать без умолку — про платья, про принцев, про то, как ужасно пахнет в оранжерее после полива, будто пыталась заполнить тишину до краёв, чтобы в ней не осталось места для этой его ледяной собранности. Он слушал, кивал, иногда вставлял односложные ответы, но ни разу не закатил глаза, не вздохнул слишком громко, не попытался её остановить.

В какой-то момент Линна даже разозлилась по-настоящему:

— Да ты хоть что-нибудь чувствуешь?! — выпалила она, резко останавливаясь и скрещивая руки на груди. Голос прозвучал громче, чем хотелось, и эхом скользнул по коридору, ударившись о мраморные стены и вернувшись к ней уже чуть тише, будто даже эхо решило не спорить.

Алор чуть повернул голову, посмотрел на неё так, будто только сейчас понял, что она не просто болтает, а пытается его достать.

— Чувствую, что вам скучно, — сказал он ровно.

Линна так и замерла с приоткрытым ртом, словно слова застряли где-то между горлом и языком, не найдя выхода. Она хотела сказать что-то резкое, едкое, такое, что снова вернёт ей ощущение контроля, но вместо этого только фыркнула и отвела взгляд, будто внезапно заинтересовалась трещиной в плитке у своих туфель.

— Ну вот, — буркнула она, стараясь, чтобы голос звучал обиженно, а не смущённо. — Теперь даже злиться на тебя неинтересно.

Алор едва заметно улыбнулся, а принцесса снова пошла вперёд, уже не нарочно медленно, а просто потому, что ноги сами выбрали этот темп. Алор двинулся следом, привычно сканируя пространство, но теперь в его внимательности было что-то ещё — не только поиск угрозы, но и осторожная готовность не упустить момент, если принцессе снова захочется выговориться или, наоборот, помолчать.

Коридор тянулся вперёд, залитый косыми лучами послеполуденного солнца, и в этих лучах кружились пылинки, будто крошечные искры, которые никак не могли решить, лететь ли им вверх или упасть. Линна покосилась на Алора, потом снова уставилась вперёд, будто боялась, что если задержится взглядом, то скажет что-нибудь лишнее.

Следующий их совместный день начался с того, что Линна решила: если уж ей придётся жить под надзором, пусть этот надзор хотя бы поскрипит.

Она вышла из покоев, нарочно зацепившись шлейфом за дверной косяк, и, когда Алор шагнул вперёд, чтобы помочь, резко дёрнула ткань:

— Ой, кажется, я сама виновата. Или ты считаешь, что я настолько беспомощна, что даже из комнаты выйти не могу?

Алор замер на долю секунды и спокойно ответил:

— Я считаю, что двери в этом дворце сделаны так, будто их проектировал кто-то, кто очень не хотел, чтобы из комнат вообще выходили.

Линна едва не фыркнула, но сдержалась. Она-то хотела увидеть раздражение, вспыхнувшие глаза, хоть какую-то реакцию, а вместо этого получила слегка насмешливый сапфировый взгляд.

По дороге к малой галерее она нарочно замедлилась, потом ускорилась, потом остановилась, чтобы рассмотреть картину, потом снова пошла, но уже по самому краю ковра, будто проверяла, не шатается ли пол.

— Вы что-то ищете? — невозмутимо спросил Алор, идя на полшага позади.

— О, нет, — сладко пропела Линна. — Просто тренирую походку. Говорят, принцесса должна двигаться так, будто под ногами у неё не доски, а облака.

— Тогда, возможно, стоит избегать мест, где доски скрипят, как стая обиженных котов, — заметил он,